Палуба
Шрифт:
— Пойдем-ка вместе к бару. Иначе ты еще долго будешь раздумывать. — Марио повернулся к Дейлу и Риган. — Извините нас.
— Как тут у вас замечательно! — признался Дейл, оглядываясь. Кеннет в это время отошел к бару за напитками.
— Да, действительно, — согласилась Риган и отпила глоток шампанского из своего бокала. Она заметила, что Хардвик выскользнул на террасу и замер у перил, повернувшись к остальным гостям спиной.
— Риган, мне нравится ваша новая прическа, — сказал Кеннет, подходя к ним и передавая Дейлу стакан с виски. — Может быть, слишком много лака положили,
— Мы с Кеннетом никак не можем не говорить про нашу работу, — улыбнулся Дейл. — Пока я осматриваю мебель во всех новых помещениях, он изучает прически людей, прикидывая, что этой вот женщине надо было бы, например, сделать “волну”, а вот тому мужчине чуть подкрасить волосы…
— Чаще всего, на мой вкус, мужчинам не хватает волос как таковых, а женщинам — умения их расчесывать, — подхватил мысль друга Кеннет. — Риган, мы тут договорились с Вероникой насчет того, что встретимся здесь же, у вас в каюте, утром в субботу, часа в четыре утра. Выпьем шампанского, а я подправлю волосы Веронике. Она очень хочет хорошо выглядеть при встрече со своими племянницами. Нам надо рано встретиться, чтобы до пяти быть уже на палубе и посмотреть, как корабль будет проплывать мимо статуи Свободы.
— В четыре часа утра? — удивленно повторила Риган.
— Это традиция, которую вам ни в коем случае не следует нарушать. Вполне возможно, что мы попросту не будем ложиться всю ночь. Почему бы вам не присоединиться к нам? — предложил Дейл.
— Спасибо, ребята, но я предпочла бы все же хорошо выспаться, — ответила Риган.
Через полчаса вечеринка достигла апогея веселья. Сильви пришла с Милтоном и Виолет. Приветствуя их, Риган отметила, что Сильви выглядит победительницей. Она явно была довольна тем, что ей удалось произвести впечатление на Милтона и его заносчивую сестричку.
— Ах-ха, — произнесла Виолет, критически осмотрев обстановку. — Очень мило. Милтон, смотри-ка, вот он, этот грубый молодой человек. Стоит ли нам оставаться и проводить время в одной с ним компании.
Риган поняла, что Виолет во все глаза уставилась на Камерона Хардвика. Лицо Сильви стало бледным.
Риган взяла Виолет за локоть и сказала:
— Пожалуйста, останьтесь. Здесь у нас так много всяких интересных людей. Леди Экснер говорила мне, что вы встречали Камерона в Греции?
— Совершенно верно. Он обслуживал нас в тысяча девятьсот восемьдесят первом, в тот год, когда скончался мой дорогой Брюс.
Провожая гостью до бара, Риган спросила у нее почти равнодушно:
— В следующее свое путешествие я отправлюсь в Грецию. В каком городе вы там были?
Не моргнув глазом, Виолет сухо и коротко ответила:
— В Скулисе.
— Нет, нет. Не глупите, господин Грей. Я просто не допущу этого, — настаивала на своем Вероника.
— Но мне потребуется всего несколько минут, чтобы привести все здесь в полный порядок. Вы идите на ужин, а я тут быстренько все приберу и спущусь следом за вами через пару минут.
— Нет, вы и без того слишком много для нас сделали. Сейчас уже половина восьмого, мы и так уже опаздываем. Сейчас придет сюда стюард и завершит уборку, пока мы все будем
Нехотя Гевин последовал за ней.
— Да, замечательно повеселились, — признал он. — И именно поэтому я хотел, чтобы все совсем уж было великолепно, чтобы все было убрано, когда вы вернетесь сюда после ужина.
Риган захлопнула дверь и тоже пошла по коридору к лифту. При этом ей показалось, что голос I рея звучал жалобно, словно бы умоляюще.
Пятница, 26 июня, 1992 год
“Всё, больше ждать я не могу”, — решила Риган и выбралась из-под одеяла. Она внимательно посмотрела на Веронику, которая, казалось, спала глубоким сном. Часы, стоявшие рядом с кроватью, показывали четыре тридцать утра. Это значило, что в Оксфорде сейчас было половина девятого.
На цыпочках Риган пробралась в ванную комнату, закрыла за собой дверь и взяла со стены телефон.
Пять минут спустя она уже говорила с комиссаром полиции Ливингстоном.
— Я так рада, что мне удалось застать вас на месте, — прошептала Риган в трубку. Она рассказала полицейскому о том, что Вероника уверена, будто Вэл была гувернанткой, и что именно она оказалась запечатленной на фотографии рядом с Атеной, ее тетей и детьми Элен.
Ливингстон опустил взгляд на бумаги, разложенные перед ним на столе, порылся в них и вскоре нашел то, что искал, — нужную фотографию Держа снимок перед глазами, комиссар внимательно его изучил.
— Что ж, вполне возможно, — сказал он наконец. — Трудно быть на сто процентов уверенным: фотография из газеты достаточно зернистая. Здесь указывается, что гувернантку звали Мэри В.Кук. Я заеду сегодня в “Сент-Поликарп” и посмотрю ее досье в отделе кадров колледжа.
— Еще кое-что я должна вам сообщить, комиссар, — продолжала Риган. — Тут на борту есть один американец. Он сидит с нами за столом. Его биография не выглядит для меня убедительной. Одна пожилая женщина, с которой я тут беседовала, утверждает, что он как-то прислуживал ей в качестве официанта в городе Скулис в Греции. И было это одиннадцать лет назад. Ничего точного в этой информации нет, но, может быть, стоит проверить все это по данным греческой полиции? Не появлялось ли его имя на каком-то этапе расследования дела Атены Пополус. Может, его допрашивали по этому делу, если он действительно в то время работал в Скулисе. Городок ведь этот достаточно маленький.
— Буду рад сделать это. Как его имя?
— Камерон Хардвик.
В очередной раз двигаясь на автомобиле в направлении колледжа “Сент-Поликарп”, Ливингстон пытался мысленно подвести некоторые итоги хода своего расследования. Если действительно Валери Твайлер окажется той самой гувернанткой, то почему же она все это время скрывала данный факт? А не было ли убийство Элен Карвелус при ограблении ее дома, так сказать, внутренним делом, то есть преступлением, совершенным одним из вхожих в дом людей. Ливингстон уже позвонил в Грецию и попросил там добыть старые досье, касающиеся расследования убийства Элен Карвелус.