Пандемоний
Шрифт:
— Но есть ведь что-то такое, что вы умеете делать, — возразил я. Мне очень хотелось, чтобы мои слова прозвучали как утверждение, а не как мольба. — Вы же помогали другим людям. Вы изгнали Ангелочка в Нью-Джерси, Короля Пиратов в Сан-Диего. — Ведь были свидетели того, как она изгоняла демонов, мы с Лью собственными глазами читали об этом, причем источники были вполне достоверные — газетные и журнальные сайты в Интернете, а не веб-сайты и форумы чокнутых любителей этой темы. — Я знаю, что могу рассчитывать на вашу помощь, — добавил я. — Вы видели того демона,
— О чем вы?
— Вспомните нашу встречу в отеле. Вы посмотрели на меня и сразу поняли, что я одержим.
— Матерь Божья, да вы считаете, что я обладаю магическими способностями! Неужели вам никогда не приходило в голову, что вы вовсе не одержимы, а страдаете психическим расстройством?
— Шутите? — Я провел рукой по волосам. — Я прошу у вас самую малость — чтобы вы сделали со мной то, что когда-то проделывали с другими людьми. Я хочу, чтобы вы изгнали демона. Чего бы это ни стоило.
О'Коннел недовольно поджала губы и вытащила из пачки сигарету.
— Хорошо, — последовал короткий ответ. Мать Мариэтта закурила и сделала первую затяжку. Сигарету она держала между указательным и средним пальцем, прижимая остальные к ладони. — Стандартная такса — пятьсот долларов час. Авансом оплачиваются два первых часа.
Лью, опираясь локтями о подлокотники, подался вперед.
— Да за тысячу долларов можно купить этот дом, ваш пикап и на корню всю «травку», что вы выращиваете в теплице.
— Эти деньги будут пожертвованы церкви, — спокойно ответила О'Коннел. В голосе отчетливо слышался ирландский акцент. Мне понравилось, как она выговорила слово «церковь». — Я давала обет бедности, — добавила Мариэтта.
— Очевидно, — отозвался Лью.
— Я согласен, — произнес я.
— Дэл!..
— Повторяю — я согласен.
— Вам стоит прислушаться к словам вашего водителя, — съехидничала О'Коннел. — Я уже дважды говорила — помочь я не в состоянии. Вы просто выбросите деньги на ветер.
— Все в порядке. У меня в любом случае денег нет.
Мариэтта О'Коннел пристально посмотрела на меня, затем улыбнулась.
— Все честно, — проговорил Лью, обращаясь к ней. — Вы не можете выполнить его просьбу, а у него нет денег.
— Пока что мы понимаем друг друга, — отрезала она и убрала улыбку с лица, как убирают в карман бумажник. Затем опустилась в кресло, скрестила ноги и откинулась на спинку. — Итак, начинаем урок демонологии. Заводим часы.
Мариэтта объяснила, что существует три способа изгнания демона. Вообще-то даже четыре, однако лишь три по-настоящему действенны.
Все они основаны на убеждении: демона просят покинуть сознание жертвы. Насилия при этом быть не должно. Демон обязан уйти исключительно добровольно.
Но убеждать его приходится на эмоциональном уровне. Демоны не отличаются рациональностью. С ними невозможно договориться, их нельзя переспорить. Это ведь не люди, а архетипы — двухмерные личности, действующие в соответствии со знакомым, неизменно повторяющимся сценарием. Их цели всегда одинаковы, их методики —
Во-первых, можно попытаться дать демону то, что он желает, то есть доступ к его требованиям. Если вы довели нынешний сюжет истории до удовлетворительного финала, то демон скорее всего выберет себе новую жертву, пользуясь которой будет разыгрывать следующий эпизод.
Или можно убедить демона в том, что он не получит сюжета, в котором нуждается. Разочаруйте его, лишите возможной забавы. Попробуйте прибегнуть к помощи сенсорной депривации и измотать его скукой. Или поместите в обстоятельства, которые ему не нравятся, и смоделируйте ситуацию, которая рушит сюжет: заберите Ангелочка из больницы, удалите Короля Пиратов с корабля. Вы также можете превратить жертву в малопривлекательную личность. Это зависит от демона. Главное — лучше узнать сюжет, а затем разрушить его.
Третий способ заключался в использовании подставного лица: демон переселялся в другого человека. Кто-то другой неожиданно оказывался более подходящим для удовлетворения потребностей демона как в физическом, так и в эмоциональном отношении. Такой человек представлялся демону более легкой жертвой, неспособной на сопротивление. Для этого не нужно кого-то похищать или обманом заставлять обменяться рукопожатием с дьяволом. Всегда найдутся добровольцы, люди, которые хотят стать игрушкой в руках божьих. Наверняка половина участников «ДемониКона» только и делала, что молилась о том, чтобы демон выбрал кого-нибудь из них, выделил из числа прочих. Среди них были даже профессионалы, которым, впрочем, не слишком везло. Похоже, таких демоны распознают сразу. Нет, хороший козел отпущения — это честный доброволец. В таком случае оставалось лишь представить столь наивное существо демону и позволить природе дальше следовать своим курсом.
— Сравните одержимость с захватом заложников, — продолжила О'Коннел. — Некий негодяй находится в доме, он приставил пистолет к голове маленькой девочки. Вы не можете взять дом штурмом. Можете лишь уступить его требованиям или попытаться убедить его в том, что эти требования абсолютно невыполнимы. Или у вас есть возможность поменяться ролями с заложником.
— Вы упомянули о четырех способах. Что будет, если обмен не состоится? — поинтересовался Лью.
— Заложника убивают, — ответила она, подчеркнув свои слова взмахом руки.
Я встал с кресла и прошелся по комнате, чувствуя даже через носки, насколько грязен ковер. Лью сидел с задумчивым видом, сложив ладони домиком. Мариэтта О'Коннел курила очередную сигарету.
— Нам нужно что-то еще, — произнес я. — Ничто из того, о чем вы сказали, для меня не подойдет.
— За исключением последнего, — возразила Мариэтта.
— Но ведь это то же самое, что и прочее, — не согласился Лью. — Если демоны только и делают, что скачут от одной жертвы к другой, то мы только и делаем, что меняемся местами с заложниками.