Папарацци
Шрифт:
— Виктория Дмитриевна! — Валерий Николаевич собственной персоной высунулся из приоткрытой двери кабинета. — Зайдите ко мне.
Откуда такая формальность? Начальник обращался к подчиненным чуть ли не панибратски: Саныч, Михалыч. Меня, в силу возраста, вообще звал просто «Вика». А тут вдруг «Виктория Дмитриевна».
Если начальство обращается к тебе по имени-отчеству, не стоит ждать ничего хорошего. Это предчувствие подтвердилось, когда в кабинете редактора я увидела Андрея Соболева.
Его холодный надменный взгляд говорил сам за
5
Андрей
«С*ка!» — так и укрутилось у меня в голове, пока я пытался отдышаться, поднимаясь с пола. Злобная стерва буквально уложила меня на лопатки. Но каким грязным способом.
Кто же знал, что она настолько дикая, и простую забаву воспримет так агрессивно? Или она просто сумасшедшая?
Гадина не обошлась членовредительством, а в придачу бросила еще и угрозу, напоследок позлорадствовав. Снова. Она намеренно испытывает мое терпение, только еще не знает, с кем связалась.
Когда я очухался, первым делом поднял на уши PR-отдел. Мне нужно были списки аккредитованных журналистов на этот вечер. Я отыщу эту наглую девицу и…
Оторву голову!
Пришлось позвонить Витьку, и узнать имя владельца колымаги, на которой разъезжала репортёрша.
Вика. Злобную суку звали Виктория Баринова, и работала она в какой-то замшелой желтой газетенке.
Вот ты и попалась, Виктория!
У меня в руках был адрес, и уже на следующее утро я сидел перед трусливым редактором, который прямо с порога начал пресмыкаться и, не раздумывая, согласился уволить свою сотрудницу. Мне даже угрожать не пришлось, балван хорошо знал, что связываться со мной себе дороже. Какой же жалкий тип.
Скоро подоспела и сама виновница «торжества». Я с удовольствием наблюдал за ее реакцией, когда она застала меня в кабинете начальника. Она оказалась умной девочкой и сразу все поняла. Я надеялся насладиться ее страхом, паникой и, наконец получить от нее должное уважение, но она не дала никаких эмоций. Ни одной!
— Твой начальник хочет тебе кое-что сказать, — сначала глянул на редактора, чтобы он не вздумал идти на попятную, потом на девушку, — Виктория, — добавил как бы невзначай. Хотел пошатнуть ее хладнокровие, но никак не удавалось. Что за Железная леди?
— Виктория Дмитриевна, я вынужден…
— Не надо, — оборвала она редактора, когда тот начал, виляя, мямлить, что она уволена. — И так все ясно.
Громко хлопнув дверью, Вика вылетела из кабинета, уже не в силах сдерживать себя. Я не смог усидеть на месте и не полюбоваться этим моментом, поэтому последовал за ней.
Вика схватила со стула знакомый рюкзак и быстрыми движениями покидала внутрь какую-то мелочь со своего рабочего стола. Она чувствовал мой взгляд на себе, но стойко терпела мое присутсвие.
Какая упрямая.
Собрав свои
Но я не мог позволить, чтобы последнее слово осталось за ней — победитель здесь я.
— Я тебя предупреждал, — крикнул в спину, неспешно шагая за ней по коридору, тогда как она летела вперед на всех парах. — Это будет для тебя уроком, что опасно связываться сильными людьми мира сего!
Вика резко остановилась и развернулась ко мне с перекошенным от гнева лицом:
— Это ты что ли? — прошлась по мне оценивающим взглядом и скривилась еще больше. — Не тебе учить меня. — Шаг за шагом она приближалась ко мне, выплевывая каждое слово словно яд: — Да что ты знаешь о жизни, самовлюбленный мажор?
— Поверь, не мало, — идиотка не знала о чем говорила.
— Верить тебе?! — она вспыхнула, во всей красе демонстрируя свои истинные чувства. — Ты мне угрожал, напал и пытался изнасиловать. И после этого я должна тебе верить? Да от таких психопатов как ты надо держаться подальше!
— Изнасиловать!? — здесь уже я не сдержал эмоции. За всю жизнь я не получал более бредовых обвинений. Эта серая мышь сначала бы на себя посмотрела, прежде чем заявлять подобное. — Да кому ты нужна? Я по щелчку пальцев могу поиметь любую женщину, какую захочу.
Она не стерпела оскорбление в адрес своей привлекательности, и ответила такой же «любезностью»:
— Хватит похваляться передо мной своей мифической властью, мне это не интересно.
— Мифической, значит? — ухмыльнулся. — Напомни, кто сегодня остался без работы?
— Козёл, — как кобра зашипела. — Для «сильных людей мира сего» ты летаешь слишком низко, — каждым словом, как точным снарядом, она бомбила мое самолюбие. — Выкинул на улицу обычную девчонку? Это как подножка школьного хулигана, просто пустил пыль в глаза. — Она подошла вплотную ко мне и, не смотря на то, что была ниже меня ростом и смотрела снизу верх, в данный момент я чувствовал себя мелким и ничтожным. — Но я не одна из твоих безмозглых кукол, и прекрасно вижу мелочность твоих поступков, как и твою подлую душонку.
Проклятая моралистка и идеалистка! Терпеть не могу подобных пустых рассуждений.
— Сколько пафоса! — ничего другого такие обличительные тирады не несли. — Считаешь себя лучше других? — теперь все вставало на свои места, и настала моя очередь смотреть сверху вниз. — Лучше меня?
Признаться, я разочарован, что она оказалась такой…. Простой и банальной.
На Викином лице появилась снисходительная улыбка:
— Можешь сколько угодно рядиться в свои дорогие костюмы, — ее взгляд опустился на мою грудь, она аккуратно поправила, приглаживая ладонью, лацкан пиджака, — но это лишь красивая обертка, — глаза взметнулись вверх, прямо в мои, — внутри-то, — она щелкнула пальцами перед самым моим носом, — пшик!