Папина дочка

Рам Янка

Но их с Иваном сегодня не было.

А я не могу закрыть им рты. Я не понимаю о чем речь. Да и вообще… Игнорирую.

Но очень неприятно! И Рома бы выхватил от меня точно за эти мои эмоции. Но его не было тоже.

Папа сказал у него серьезные проблемы с отцом.

После лекций мы с Маем забегаем ненадолго в кафе возле универа, у нас один на двоих курсак.

Мне приятно делать его с Маем, а не с одной из наших хищниц, которые не могут удержаться и не всадить в меня шпильку по поводу

Шмелёва. И я опять в раздрае - игры это всё или что-то серьезное. Не хочу в эту массовку!

Я понимаю, что Роман наверняка взбесится на счёт Мая. Но не я инициировала этот тандем, разбивал на пары нас преподаватель.

– Давай, я первый возьму параграф, а ты - второй. А в пятницу на лабах сделаем...

Телефон пиликает. На мой счёт приходят деньги. "Роман Олегович Ш.".

Прокашливаюсь.

Как это все неловко...

Делаю перевод Маю.

Он смотрит в свой телефон.

– Спасибо, что одолжил, - сжимаю его кисть на столе.
– И извини за всю эту возню, возле этих денег. Это я виновата. Поймала панику.

Улыбается...

– Обращайся. Все хорошо теперь?

– Более менее.

– Я рад...

Встречаемся взглядами. У него такой неспокойный взгляд...

– Ты хочешь мне что-то сказать?

– Take care of yourself. Не позволяй себя обижать. Ты - классная девочка...

– Спасибо, Май.

Отвожу взгляд.

Продолжаем обсуждать курсак.

Шмель: "Лиз, это что, я не понял?"

Скидывает мне наше с Маем фото, где я благодарно сжимаю его кисть.

Поворачиваю голову в сторону откуда сделано фото. Там его одногруппники за столиком.

Закатываю с раздражением глаза. Что за наглость?!

Лиза: У нас общий курсовой...

Шмель: А что за "ручки"-то вдруг?! Нельзя обсудить курсак по телефону?

Лиза: Знаешь, Ром... Мы с Маем нормально общались ещё до знакомства с тобой. По-дружески. Так же и продолжаем общаться. А тебя на секундочку ниже пояса пол потока перемывает! И мне уже порядковый номер присвоили. Так что давай не будем?.

Написав тираду, отправляю.

Откладываю телефон в сторону. Быстро договорившись с Маем, ухожу вся в расстроенных чувствах.

Игнорирую вызовы.

Потому что тираду то я отправила, а вот вывозить конфликт с взрывным Шмелевым глаза в глаза - это уже совсем другая история.

Не люблю ругаться... Сразу чувствую себя больной.

И в душе надеюсь, что он остынет до нашей встречи.

Иду пешком до Арены. Сегодня приезжает Геннадий Викторович. И попросил подойти.

Поздоровавшись с персоналом, присаживаюсь на кресло в первом ряду. Достаю телефон, открываю переписку. В груди словно кислотой разъедает.

Несколько пропущенных вызовов.

Шмель: Классно, Лиза. Молодец!!

Наверное,

я была резка. Просто… Я не ощущаю себя его девушкой! Меня никак этот статус не защищает от всего вот этого! А он ведёт себя слишком уж по-хозяйски! И указывает мне.

Ты и не ощутишь, Елизавета! Афишировать же эти отношения ты не собираешься, да?

Эмоционально сдаюсь.

Лиза: Извини за резкость...

И меня совсем размазывает.

Мимо меня проходит вылизанная с ног до головы Жанна с телефоном у уха и демонстративно повышает голос:

– Привет, Шмелёв...
– сладенько.

Сердце, сжавшись камнем, обрушивается вниз.

Задохнувшись, вылетаю из реальности.

В голове гул...

Вырубив телефон, убираю в карман. Вот и общайся со своей Жанной! Все!!

Ааа!!!

Пальцы немеют и губы дрожат от обиды.

– Ооо! Моя драгоценная Иштар, - подходит ко мне Геннадий Викторович, чуть ли не раскрывая объятия.

– Здравствуйте...
– выдавливаю я из себя, распрямляя спину.

– А что случилось?

Отрицательно качаю головой.

– Не очень чувствую себя.

– Сейчас поднимем тебе настроение, - протягивает руку мне.
– Пойдем! Пойдем-пойдем... Мы решили сделать серию клипов и хотим предложить тебе долгосрочный контракт.

– Оу... Здорово.

Наверное...

Покачнувшись, прижимаю ко лбу ладонь. Я горю...

Подхватив за талию, с беспокойством усаживает обратно.

– Это что такое? Таня! Чаю сделай сладкого, - просит кого-то из персонала.

Мне приносят чай. Делаю пару глотков.

– Давай-ка домой, что-то ты бледная. Я тебя отвезу, по дороге и обсудим всё.

И все ещё находясь в каком-то коматозе, я оказываюсь у него в машине. Оказываюсь ещё и потому, что подсознательно не воспринимаю его как потенциального мужчину, скорее где-то как отца.

Он рассказывает про проект. На мгновение сжимает мою кисть.

– Ледяная. Может, к врачу?

– Нет, не нужно. Лучше домой.

– Адрес?

Говорю ему адрес.

По дороге он переводит мне деньги, извиняясь за задержку. И ругает, что я не позвонила и не напомнила о себе.

Это всё я слушаю фоном, а основное ощущение - вся та же кислота вытекающая из грудной клетки прямо в живот.

Но я не позволяю себе включиться. Дома... Все дома. Истерить при посторонних - это не мое. При посторонних я впадаю в тихую кому. И я в коме...

Включаю свой телефон, чтобы проверить перевод. Он пиликает смс о дозвонах. Сжимаюсь от того, как все дёргается внутри. Как нерв в больном зубе.

– Геннадий Викторович, а Вы в два раза больше мне перевели.

– Да, это аванс на будущий проект.