Параллельный катаклизм
Шрифт:
Что с того, что при засечке вражеских самолетов «Советский Союз» ставит мощнейшую дымовую завесу? Она хороша против атаки миноносца, да и то не снабженного радиолокатором, а против самолета так, смех один – своим же 37-миллиметровым автоматам помеха.
И смыкаются челюсти.
Вот они, вываливаются из-за изодранных клочьев облаков передовые ряды зубов. Торпедоносцы «Авенджер». Атака. Заходят с носа. Две торпеды по курсу, с обеих сторон, дабы жертва не могла уклониться в сторону. Пенят воду неразличимые сигары. И рвут на их пути воду, встают зависающими горами фугасные снаряды среднего калибра. И корабль идет ровно, ни влево, ни вправо, может, минуют его сходящиеся стрелы. А полторы сотни пулеметов пилят небо, нарезая его ломтями, делая из него фарш. Однако очень оно велико, и есть где спрятаться в его нутре пиратствующим неуловимым мстителям. Попадание – редкость. Прав контр-адмирал Пронь, даже старший лейтенант флота Горбатов и тот прав: без прикрытия истребителей-перехватчиков корабль против авиации противника бессилен. Но все же трассирующие шрамы в небесах отпугивают
29. Запасливые космические волки
Вам никогда не направляли ствол пистолета в голову? Мерзкое ощущение, не производящее большого впечатления только на людей, никогда не видевших применения оружия в действии наяву, да еще к тому же со слабым воображением. Так вот, для усиления воображения на охранника навели три ствола, причем два из них калибром двенадцать с половиной миллиметров. И кому какое дело, что стволы те гладкоствольные и бьют дробовым зарядом? Даже хуже, коль знаешь. Если обычная пистолетная пуля, из «макарова», сделает во лбу аккуратную дырочку, а на выходе сорвет черепную крышку, то дробовой заряд с близкого расстояния просто-напросто снесет головушку. Самое интересное, что стоят те стволы в одной связке, а стрелять всеми тремя курками можно одной рукой и почти одновременно. Знаете, кто имеет на вооружении такие странные штуковины? Если не знаете, сами не докумекаете. Держитесь за стул. Буду говорить шепотом, а то правда упадете. Русские космонавты! Космическое оружие ближнего боя. Нет покуда у них всережущих бластеров и аннигиляторов, так что довольствуются передовые силы Земли трехстволкой «ТП-82». А куда деваться? Вдруг занесет представителя демократической России на какой-нибудь Марс и не получится контакт в положительном варианте? Что делать? Кулачный бой в скафандре не очень удобен, так ведь? Вот тогда и пригодится «ТП-82» с мачете, припрятанным в прикладе. Одному-двум селенитам снесешь головы, снабженные мозгами большими, но недружественными – другие зауважают. По одежке встречают, а раз «ТП-82» на брюхе, то можно отнести его к предмету одежды.
Еще «ТП-82» на вооружении у некоторых летчиков. Те, правда, на чужие луны летать не готовятся, и им что до Ганимеда, что до Альфы Змееносца – одинаково далеко, но тем не менее могут они из своей летающей машины вывалиться не только в Ле Бурже, но в районах родной страны, неосвоенных человеком. Да и опять же, летающие тарелки пугнуть при случае.
Но мы отвлеклись. Когда «ТП-82» направляют вам в глаза, становится как-то невесело. Охраннику Валерию Сидорову становится невесело оттого, что мелькает перед ним его тридцатипятилетняя жизнь и кажется такой короткой, а остальным как-то неловко становится, что за них всех в случае чего одному короткоживущему Сидорову расплачиваться. Так что теряются люди, да и отвлекаются от «главной арены». А покуда все на вооруженного «ТП-82» мощного парня, с акцентом иностранным командующего, смотрят, упущен главный момент – реализация в пространстве разведчика планеты Земля вместе с его принцессой из заморской русскоязычной империи. Бывают совпадения, хоть и не верится. А у принца, из леса подмосковного явившегося в этот расчищенный от растительности пригородный район, тоже руки не пусты, в одной руке тезка революционного корабля, а в другой пистолет «ПСМ», стволом головы ученые выискивающий и, несмотря на малый калибр, способный их расколоть не хуже старичка «макарова». А поблизости, на забетонированной полянке, могущий вертикально взлетать «Як-38», правда, не боевой, а учебный вариант, с полигона угнанный, но кто из охраны и технического персонала разберет, что учебный – на вид-то боевой. Как уж этот «Як-38» морского базирования на суше раздобыли и куда часовые смотрели, мы распространяться не будем, мало ли чего в Российской армии в один день воруется. Если перечислять, только список названий займет пару страниц, потому как войдет в списочек и крупа перловая, и проволока-катанка, не говоря о бензине и спирте техническом.
30. Сложности
Итак, против танков артиллерия, мины, пехота с базуками, контрэскарпы, рвы и штурмовая авиация, наконец. Конечно, с эскарпами и рвами все вроде ясно, танк, в одиночку и с ходу, четырехметровую яму двухметровой глубины не перемахнет. Однако если ту яму-ров не оборонять, бесполезна она, как и любое природное препятствие. Ведь сами по себе любые преграды на местности, за исключением межзвездных пустот, ничто – человек всегда их обойдет либо изничтожит. Нельзя оставлять препятствия сами по себе, нужно их защищать активными методами обороны. Без сомнения, когда все перечисленное выше собрано в умелую систему прикрытия, танкам, сколько их ни имей, не прорваться. Есть, конечно, среди них средние и тяжелые, да еще с различной спецификой применения, но все равно действуют они с «друзьями» – пехотой, самоходной артиллерией, минометами и авиацией. И когда эти комплексные системы начинают испытывать друг друга на прочность, меркнет перед тем испытанием библейский апокалипсис.
Но не в красивых аллегориях дело. Суть в том, что любая линия обороны пробиваема, потому как линия – это размазанность и кисель, а наступление – сосредоточенность, колющее ударное копье, в галопе разогнанное – и если и не пробита кольчуга, то всадник, определенно, вон из седла. А потому лучшая оборона – встречный громящий удар, а еще краше – боковой – эдакое сворачивание скулы или подсечка
И, знаете, не зря они нервничают. Хорош танковый контрудар против танкового клина, но лишь с маленькой поправкой: если танки равноценны. Но нет у империалистов тяжелых машин, подобных «ИС-2», а уж «ИС-3» и подавно, и нет у них средних машин, равных по подвижности и маневру «Т-34-85». Отстали они в конструировании танков, очень сильно отстали. А потому встречный прямой удар для их «Шерманов» и «Першингов» – сплошная катастрофа.
Остается обходный, боковой финт-отсечение, когда у унесшихся в дальние дали танков отрезаются ходы-выходы назад, защелкиваются проходы для тягачей с боеприпасами и соляркой. И тогда тот, стремительный бег вперед внезапно леденеет катаклизмом, и даже менять курс на обратный абсолютно поздно.
Но это все в планах, а покуда врытая бульдозерами в каменистую землю артиллерия пытается отсечь от наступающих танков пехоту. В отражении русской атаки это навсегда первейшая задача. Танки без сопровождения людей – это мамонты, коих забивают камнями все кому не лень. Конечно, камень должен уметь дырявить стомиллиметровую броню, но это дело техники, есть такая штука – подкалиберный снаряд.
Попробуем не стать мамонтами.
31. Дуэль
Да уж, это не совсем честная дуэль, но, великий Сталин, хоть применяемое оружие идентично. Ведь могли гнать в угол, пока не подоспеют авианосцы. Тем не менее перевес налицо, да и как хочется линейному флоту доказать, что он еще на что-то годен, даже в теперешнем, снабженном летательными аппаратами тяжелее воздуха мире. Соотношение сил один к пяти. Участники? Со стороны русских: многоуважаемый «Советский Союз». Со стороны австрало-американо-английского флота линкоры: «Миссури», «Айова», «Висконсин», «Индиана» и «Массачусетс». (Благо все пятьдесят штатов не собрались!) Последние два полегче и помедленнее трех предыдущих, но главные калибры совпадают – четыреста шесть мм. Мог ли «Советский Союз» уклониться от боя? Очень маловероятно, у первых трех из перечисленных врагов скорость на четыре узла выше. Эх, если бы поближе к родным берегам, а не здесь, у черта на куличках. Прикрыли бы с воздуха морские бомбардировщики с красными звездами, окружили бы телами малые и большие торпедные катера, тогда бы и с пятью великанами появился шанс. А сейчас, конечно, ясный и понятный итог.
А разве кто надеялся, что проклятый империализм просто так отдаст свои океаны? Да, слабы мы еще победить его одним махом, но уж бой классический на пределе сил – всегда пожалуйста. Пусть знают, с кем имеют дело, кто вышел на мировую арену. Цели у нас не мелочные, не какая-нибудь сфера азиатского сопроцветания, как у канувшей в историю Японской империи, цели у нас крутые – освобождение всего мира, а потому и продавать будем себя дорого. Держите штаны, мистер «Миссури», диаметр ствола у нас одинаковый, но наши орудия все-таки мощней! Сойдемся калибр в калибр?
Что есть корабль в зоне поражения? Хотя бы такой большой – линейный? Точка на горизонте, даже для опытного зрения морского волка, вот что. На стереодальномере – чуть лучше. Но стрелять давно пора, радиус поражения гораздо дальше горизонтальной видимости. И к черту дымовые завесы, глаза в глаза, пусть и через бронированные бойницы. И дрожит воздух от сверхзвуковых ударов, и белый дым из главных калибров, и команды подавления очагов возгорания в тяжелой пожарной амуниции, готовые умереть за непотопляемость железа. И кажется, так долго это готовилось: много лет возводились на стапелях корабли; годами офицеры накапливали опыт и штудировали алгебру, недосыпая; месяцами натаскивались матросы, превращаясь в автоматические машины; часами ходили в ствольных трубах гигантские шомпола. А значит, и свершаться обязано продолжительно. Только неправда это. Строительство и учеба – дела мирные, хоть и для войны производимые. А в апофеозе войны – бою – все стремительно. Катастрофа, и неважно, что искусственно вызванная.
И все же расстояние большое – снаряды около минуты движутся. Можно даже произвести уклонение, знать бы, куда. Везет тем, кто когда-то нужную страничку учебника выделил из массы идентичных, к жизни не относящихся, да у кого нервные волокна толще, а еще, конечно, тем, у кого больше орудий. Помним соотношение? Пять к одному. У «Советского Союза» девять главных калибров, не считая мелочи. И, значит, на его девять тяжелых снарядов – сорок пять противника. Прямая привязка вероятности. Калибр – четыреста шесть. Тип – бронебойный. Представляете, что происходит, когда всего одна такая неподъемная бамбулина втыкается в палубу на скорости вдвое выше звуковой? Вертикальная защитная броня «Советского Союза» – сорок два сантиметра, палуба передней части – десять. Еще всякая навесная, усиливающая сопротивление всячина. Но и этого против равновесных калибров оказывается мало.