Пари 2
Шрифт:
— Вы что, меня боитесь? — вырвалось у меня помимо воли. А по спине пробежал неприятный холодок. Стало не по себе.
Только не это.
— Нет, милая, что ты? — с улыбкой заговорила мама. — Мы просто обсуждали меню на завтра.
Что-то не похоже на правду, но сделаю вид, что поверила. А отец еще и энергично покивал, мол это истинная истина. Вот только, рядом со мной он упорно молчал. И это, хочешь не хочешь, а напрягает.
В крохотном помещении воцарилась напряженная тишина, которую нарушить никто не решался. Кроме, мамы, пожалуй. Она бросила строгий взгляд на папу, после на меня и сказав,
Мы вместе покинули булочную через заднюю дверь, ибо передняя заперта, и зашагали по улице. Дождь уже прекратился, а вот ветер продолжает раскачивать деревья и разносить во все стороны оставшуюся на них влагу. Людей вокруг было мало и это неудивительно, ведь погода не располагает к прогулкам. А вот мы втроём направлялись явно не домой. Правда, сразу догадалась, куда шли. Ведь город у нас небольшой и мест, куда можно пойти, не так уж и много. И когда снова, все вместе вошли в уже знакомый торговый центр, лишь хмыкнула. Догадалась уже, что хочет сделать мама.
Бродить по зданию и смотреть на витрины мы не стали, а молча вошли в магазин брендового нижнего белья. Даже у Натии глаза загорелись, не говоря обо мне. Девушка с жадностью начала изучать содержимое вешалок. Что греха таить, мне самой захотелось примерить парочку из тех, что так и манили своей красотой. Моя родительница точно знала как отвлечь от негативных мыслей. А когда она сообщила нам, что можем выбрать по два комплекта, радости нашему не было предела. И если я лишь скромно улыбнулась ей, то магичка аж взвизгнула и побежала к в дальний угол бутика.
Но, прежде чем приступить к поискам того самого белья, которое вызовет во мне восторг и желание немедленно надеть его, я повернулась к маме.
— Ничего не хочешь мне сказать?
— Хочу, — улыбнулась она, — но не сейчас. И я бы посоветовала выбирать белое.
4
Я с нескрываемым возмущением посмотрела на родительницу, что уже решила отдать меня иномирному супругу и тихо прошипела:
— Не смешно.
— Я и не смеюсь, — мама подошла к вешалке и начала смотреть на нарядные комплекты всевозможных ярких цветов, вытаскивая один за другим и демонстрируя их мне.
— Я расторгну этот брак, — решительно проговорила и посмотрела на свое запястье, на котором красуется яркая татуировка. Дракончик спал. Но у меня все равно появилось ощущение, будто он все слышит и может проснуться в любой момент.
— Кирюш, — мама вернулась ко мне с пустыми руками. — Не имеет значения, что ты собираешься сделать, пусть у тебя будет. Захочешь, наденешь.
Я и хотела надеть.
Просто не понравился подтекст маминого совета. Она предлагает выбирать белье для брачной ночи. А я пока, даже думать о ней не могу без желания крушить. Но сказать об этом не успела, прибежала Натия со словами: "Ты обязательно должна это увидеть" и схватив меня за руку, потащила к дальнему углу. Сопротивляться ей не стала, лишь шепнула маме одними губами, что позже обязательно поговорим. Она мне в ответ кивнула и осталась на месте, глядя на нас с иномирянкой. А ведь у нее на родине таковой
Домой мы пришли, когда уже стемнело и с полными пакетами. Не удержались и купили больше, чем планировали. И сейчас, довольные, обсуждали планы на ближайшее будущее. По дороге мы вошли в канцелярский магазин, где я купила много ручек. Начиная от самых простых, до гелевых с разными цветами. Прикупила еще и парочку чтобы подарить девочкам. Ну и одну для него. Того, из-за которого и началась вся эта история с пари. Я как увидела эту ручку, так и подумала о королевском племяннике. Правда, никому не сказала, что покупаю подарок. Да и дарить ему что-то не самая лучшая идея, но мне захотелось сделать человеку приятное. Хотя, человек ли он, еще не известно. И не скажет ведь, пока мы не проведем ночь в постели.
Дома нас ждал папа. А в прихожей, самая большая коробка с логотипом нашей булочной, какая имелась в наличии. И подозреваю, она под завязку полная. Он сидел в зале и смотрел телевизор, но, когда мы вошли, тут же выключил его, положил черный пульт на подлокотник дивана и встал на ноги. Сейчас он выглядел не таким безжизненным, каким был перед расставанием, пару часов назад. Он даже улыбнулся мне и подойдя поближе, обнял и поцеловал в щеку. От него резко пахнуло лекарством, и я поняла, что пора уже поговорить.
Бросив умоляющий взгляд на Натию, я отдала ей пакеты. Она кинула и направилась в мою комнату. А после плотно закрыла за собой дверь. Я взяла родителей за руки и решительно повела в кухню. Посадила их за стол и поставила чайник. Правда, я сама пока не знаю, о чем мы говорить будем и с чего начать, но страх в глазах того, кто всю сознательную жизнь меня оберегал от всех бед, вызывает едкое чувство вины.
— Пап, — начала я, сложив руки на груди и прислонившись к холодильнику, — я не хочу, чтобы ты меня боялся.
Может быть, стоило сказать что-то другое, что в этот момент мне показалось, что это самые правильные слова, которые можно сказать в данном случае.
— Я и не боюсь, — глядя прямо перед собой, глухо ответил он. — Просто… видеть тебя в огне без возможности что-либо сделать… это… это…
Папа замолчал, так и не закончив фразу, а я не удержалась и стремительно преодолев разделяющее нас расстояние, обняла его со спины.
— Все это временно, — тихо пообещала у его уха, — я обязательно научусь контролировать свою силу.
— Верю, — накрыв мою руку своей, которую я положила ему на плечо, тихо проговорил папа, — и прости, что сегодня повел себя так неподобающе. Испугался.
Сердце забилось быстрее, после этих слов. А чувство вины немного отступило. Даже дышать стало легче.
В этот момент вода в чайнике закипела и мама, встав со своего места, заварила свой фирменный чай. А пока чайные листья настаивались, а напиток приобретал свой вкус, она села на свое место и заговорила.
— Когда ты исчезла, я сразу поняла, что случилось, — начала она, а я в шоке уставилась на свою родительницу, даже села на один из свободных мест, правда, руку отца не отпустила.