Пари для простаков

Бэгли Десмонд

— Ладно, достанем учебную боеголовку. Еще что?

— Разумеется, батареи. Без них делать нечего. Я включу их в список, какого типа и сколько. Вам дадут целый блок. Дальше. Я буду работать с торпедой здесь. Потребуется специальный стенд. Мне нужны крепления, чтобы она была надежно зажата и не прыгала тут по всему сараю. — Он показал на свою хромую ногу. — Из-за этого меня и вытурили из флота.

Эббот прошелся вдоль торпеды.

— Я и не подозревал, что она так велика, — сказал он.

— Двадцать один дюйм в диаметре, — сказал

Паркер. — Двадцать два фута пять и четыре пятых дюйма в длину. Боевой вес — три тысячи шестьсот тридцать один фунт. — Он похлопал боеголовку. — И семьсот восемнадцать фунтов тринитротолуола — весьма мощный заряд.

— Что, мы можем заложить в нее больше семисот фунтов? — спросил Истмэн с интересом.

Паркер покачал головой:

— Я сказал: пятьсот фунтов и имел в виду пятьсот фунтов. Мне же нужно разместить впереди батареи. Кстати, вы думали о том, как вы будете запускать ее?

— Вы — специалист, — сказал Истмэн. — Вы и решайте.

— Вообще-то существует три способа. Из аппарата под водой, как на подлодке; из аппарата над водой, как на эсминце, и с воздуха — с самолета. Последнее я бы не рекомендовал, поскольку груз будет ценным. Навигационная система может выйти из строя.

— Понятно, — сказал Истмэн. — Авиация исключается. А другие способы?

— Я полагаю, что вам вряд ли удастся раздобыть эсминец, — размышлял Паркер. — А торпедный аппарат в любом другом месте будет выглядеть, прямо скажем, неуместно. Так что, я думаю, для вас лучше всего прибегнуть к подводному запуску. Это и надежно, и незаметно. Но это потребует судна с приличной осадкой.

Истмэн кивнул головой.

— Давайте дальше!

— Вам придется достать торпедный аппарат, а я приспособлю его для запуска.

— Вы его получите, — заверил Истмэн.

Паркер зевнул:

— Я устал — сказал он. — Я приготовлю вам список завтра.

— Босс сказала — сейчас, — возразил Истмэн.

— Придется ей подождать, — огрызнулся Паркер. — Я действительно устал, и толком сейчас не соображаю. Работать будем долго, и лишние восемь часов погоды не сделают.

— Вот вы и скажите ей это, — иронически заметил Истмэн.

— Нет уж, приятель, — сказал Паркер. — Давайте условимся с самого начала. — Он посмотрел Истмэну прямо в глаза. — Будете меня погонять — за качество не ручаюсь. — Он усмехнулся. — Вы же, надеюсь, не хотите, чтобы эта рыбка со всем своим грузом пошла ко дну?

— Нет, черт возьми! — Истмэна даже передернуло от такой мысли.

— Ну вот, — сказал Паркер и сделал рукой выразительный жест. — Теперь отваливайте и возвращайтесь утром часам к десяти. Список я приготовлю. Где нам спать, мы знаем.

— Ладно, — согласился Истмэн. — До завтра. — Он пересек сарай и поднялся по деревянной лестнице. — Наверху он обернулся. — Еще одно. Вы будете находиться здесь постоянно. Оба. Али будет следить за тем, чтобы вы никуда не отлучались. Запомните: если его разозлить, с ним шутки плохи. Так что берегитесь.

Эббот

сказал:

— Мы будем беречь его.

Истмэн не смог сдержать улыбки:

— Надеюсь, вы все поняли.

Он открыл дверь, и они услышали, как он что-то говорит вполголоса. Когда он ушел, появился араб Али. Он не спустился по лестнице, а просто встал, опираясь на перила и уставился на них.

Эббот взглянул на Паркера:

— Вы его немножко подцели, а?

— Да просто слегка поставил на место, — сказал Паркер. — Я был сержантом и таких типов часто встречал. Там полно таких вонючих офицеришек, которые все время стремятся вытереть об тебя ноги. Но если ты — хороший специалист, то всегда отбреешь их. И они мигом успокоятся.

— Надеюсь, что вам удастся продолжать в том же духе, — сказал Эббот. Он оглядел торпеду. — Они достали эту штуку в считанные часы — как им это удалось? Бравые ребята, ничего не скажешь. Нам действительно надо вести себя весьма осмотрительно. — Он задумчиво посмотрел на араба.

— Я, кстати, не схитрил, когда сказал, что устал. И кроме того, мне хотелось побыстрее убраться из этой проклятой обезьяньей клетки, — она просто убивает меня. Пошли спать, ради Бога!

2

Истмэн, получив список, управился за два дня — большинство требуемого оборудования было доставлено. Торпеду на это время убрали, чтобы рабочие не могли ее увидеть. Для них это выглядело как оборудование небольшой механической мастерской.

Затем началась работа над самой торпедой. Эббот был поражен сложностью ее устройства, и он проникся к Паркеру глубоким уважением. Человек, который разбирался в такой технике и так непринужденно мог ею манипулировать, с его точки зрения, заслуживал восхищения.

Они вытащили из корпуса торпеды старые батареи — пятьдесят две штуки — и сложили их в углу сарая.

— Они понадобятся нам позже, когда я буду пробовать мотор, — сказал Паркер. — Использовать для этого новые, дорогие, ни к чему. Потом их же надо будет топить в море. Любой моряк, которому они попадутся на глаза, узнает и смекнет, в чем тут дело. Это может погубить все дело.

Истмэн принял это сообщение к сведению, а Эббот про себя подумал, что Паркер как-то уж слишком сильно входит во вкус этого предприятия. Он и сказал об этом Паркеру, когда они остались одни.

— Надо ведь, чтобы все выглядело по-настоящему, — возразил тот. — Всякая мелочь играет роль. Смотрите, Истмэн становится к нам более дружелюбным, это нам на руку.

Эббот не мог с этим не согласиться.

Паркер вытащил мотор.

— А он в хорошем состоянии, — сказал он и погладил его почти с любовью. — Замечательная работа. Девяносто восемь лошадиных сил при таком небольшом объеме. Чудесная вещь, а изобретена для того, чтобы разлететься в пыль. — Он покачал головой. — Все-таки в безумном мире мы живем.