Пари для простаков
Шрифт:
Он методично разобрал торпеду с помощью Эббота, который что-то подносил, что-то уносил, чистил детали. Он заказал специальные масла и смазки, дорогие провода для своих новых схем, при том, что новые батареи сами по себе обошлись в целое, хоть и небольшое, состояние. Работая, он проповедовал, как апостол, идею совершенства: «Не может быть ничего слишком хорошего, — говаривал он. — Это будет самая совершенная из торпед, которые когда-либо касались воды».
Похоже, это было правдой. Ни одна торпеда, наверное, не была удостоена всепоглощающего внимания и любовной
Истмэн понял, что Паркер — непревзойденный специалист, и начал ему потакать. Он предоставлял Паркеру все, чего бы тот ни потребовал. Правда, Эббота это ничуть не удивляло, ведь торпеда должна была везти товара на сумму в двадцать пять миллионов долларов.
Большую часть своих усилий Паркер посвятил навигационной системе, над которой он кудахтал, словно курица над заблудшим цыпленком.
— Если эта штука взбрыкнет, — сказал он, — вы все потеряете.
— Пусть лучше она этого не делает, — мрачно произнес Истмэн.
— Не будет, — успокоил его Паркер.
Истмэн ушел почти счастливым.
— Вы вкладываете столько души в то, что должно быть в конце концов взорвано, — заметил Эббот.
— У каждого специалиста по торпедам время от времени возникают сомнения, — сказал Паркер, пожимая плечами. — Берешь симпатичное устройство, вроде этого, кумекаешь над ним, доводишь его до состояния, которое и самому конструктору не снилось. А затем оно шмякается о борт какого-нибудь корабля и разлетается вдребезги. Такая работа, черт возьми.
Но, в конце концов, торпеды ведь для этого и предназначены.
Паркер кивнул.
— Я знаю, что мы должны в данном случае организовать саботаж. Но перед этим будут испытания, и ей предстоит хорошо себя проявить. — Он посмотрел на Эббота и продолжал вещать. — Вы знаете, я давно не был так чертовски счастлив. После того, как я ушел из флота и должен был цацкаться с чужими автомобилями, мне все время чего-то не хватало, и я не понимал, чего именно. — Он махнул рукой в сторону оголенной торпеды. — Теперь я понял. Мне не хватало вот этих красавиц.
— Все-таки не увлекайтесь, — посоветовал Эббот. — Помните, что в конце концов эта затея должна провалиться.
— Она и провалится, — угрюмо сказал Паркер. Его лицо напряглось. — Но прежде будет чертовски удачный запуск. — Он похлопал Эббота по груди. — Если вы думаете, что все это очень легко, Майк, вы сильно заблуждаетесь. Я работаю сейчас на пределе возможного. Марк одиннадцатый не рассчитан на дистанцию в пятнадцать миль, и заставить его пройти это расстояние будет дьявольски трудно. Но я сделаю это, и сделаю с наслаждением, потому что, видимо, в последний раз в своей жизни имею дело с торпедой. Ну ладно, давайте работать.
Они сняли все металлические части, какие только могли снять. Паркер придирчиво осматривал каждую в отдельности и аккуратно ставил на место. Так они постепенно разобрали и вновь собрали всю торпеду, и подошло время для стендовых испытаний.
Паркер был удовлетворен прогоном и обратился к Истмэну:
— Ну как насчет торпедного аппарата? С рыбкой я сделал все, что мог.
— Прекрасно, — сказал Истмэн. — Пошли со мной.
Он провез их немного вдоль берега к небольшой верфи и показал им обшарпанное каботажное судно водоизмещением примерно в три тысячи тонн.
— Вот — корабль «Орест». Хозяин его грек, а зарегистрирован он в Панаме.
Паркер с сомнением посмотрел на судно.
— Вы что, собираетесь на нем пересечь Атлантику?
— И я, и вы, — сказал Истмэн. — Ему не впервой, не сомневайтесь. Сослужит еще раз, а потом потеряется в море. — Он улыбнулся. — Оно застраховано на неполную сумму, и мы не собираемся выставлять счет. Лучше, чтобы никто особенно не интересовался, что с ним произошло.
Если вы будете устанавливать под водой торпедный аппарат, то должны продолбить дыру в трюме. Как вы собираетесь это сделать?
— Надо посмотреть поближе, — сказал Паркер.
Они взошли на корабль. Паркер спустился в трюм в носовой части и провел там довольно много времени. Поднявшись, он набросал небольшой чертеж.
— Мы соорудим своего рода кессонную камеру, которую приварим снизу к днищу. Потом я изнутри сделаю в корпусе дыру и установлю трубу для торпеды. После этого камеру можно будет убрать. Вам придется найти аквалангиста, который согласился бы на такую необычную работу и при этом помалкивал.
— Это ведь наша верфь, — осклабился Истмэн.
В течение недели торпедный аппарат был установлен. Паркер долго возился с измерениями и, наконец, приладил его вдоль корпуса.
— Все, что требуется, — развернуть и нацелить корабль в нужном направлении, — сказал он. — Теперь все. Мы готовы к испытаниям.
3
Жаннет Делорм долгое время не появлялась, и это беспокоило Эббота, так как он был лишен возможности следить за ее действиями. Фактически они были пленниками и ничего не знали о своих компаньонах. Он не имел связи ни с Уорреном, ни с Хеллиером. В такой ситуации их положение могло стать очень серьезным. События могли развиваться в худшую сторону. Эббот сказал Истмэну:
— Ваш босс что-то не очень интересуется нами. С той первой ночи я ее не видел.
— Она с рабочими не якшается, — сказал Истмэн. — Руковожу всем здесь я. — Он насмешливо посмотрел на Эббота. — Помните, я говорил вам, что на вашем месте я бы держался от нее подальше.
Эббот пожал плечами:
— Я беспокоюсь о деньгах. Мы уже готовы к испытаниям, а я не думаю, что вы имеете право подписывать чеки.
— О деньгах не беспокойтесь, — сказал Истмэн, улыбаясь, — беспокойтесь лучше об испытаниях. Они назначены на завтра, и она там будет. И да поможет вам Бог, если что-нибудь пойдет не так. — Слегка подумав, он добавил: