Парижская резня

Марло Кристофер

Так против турок, а равно и многих

Монархов сильных и князей богатых.

К тому же брат мой Карл, король французский,

И весь совет коронный полагают,

Что, добиваясь польского престола,

Я этим разрушаю их надежду

Меня увидеть на французском троне,

Который унаследовать я должен,

Коль брата призовет к себе творец.

Поэтому условимся мы с вами,

Что если Карл умрет и завещает

Мне свой престол,

то отпустить меня

На родину обязаны поляки.

Коль это обещать вы полномочны,

Венец я с благодарностью приму

И буду рук не покладая печься

О безопасности и благе Польши.

1-й вельможа

Пойдем мы и на большее, чтоб только

Вы не отвергли польскую корону.

Герцог Анжуйский

Тогда прошу вас следовать за мной.

Уходят.

СЦЕНА 12

Лес в окрестностях Парижа.

Входят двое оборванцев, несущих тело адмирала.

1-й оборванец

Скажи, приятель, что же нам делать с адмиралом?

2-й оборванец

Как что? Сжечь его, еретика, - и все.

1-й оборванец

Ну, нет! Труп заразит огонь, огонь - воздух, а с ним и нас самих.

2-й оборванец

Куда же нам его деть?

1-й оборванец

Давай-ка швырнем его в реку.

2-й оборванец

Вот еще придумал! Он же отравит воду, из-за этого заболеют рыбы, а от рыб - мы, потому что их едим.

1-й оборванец

Тогда бросим его в канаву.

2-й оборванец

Нет, нет, ты уж предоставь мне это дело решить. Мы его повесим на дереве.

1-й оборванец

Идет.

Вешают труп на дереве и уходят.

Входят Гиз, королева-мать Екатерина,

кардинал Лотарингский и приближенные.

Гиз

Не правда ль, государыня, висит

Наш адмирал в весьма изящной позе?

Екатерина

Поверьте, Гиз, он очутился там,

Где я давно его желала видеть.

Пойдем отсюда. Здесь тяжелый воздух.

Гиз

Напротив, здесь мне дышится легко.

Швырните труп в канаву, господа.

Приближенные снимают и уносят труп адмирала.

Мне стало, государыня, известно,

Что сотня протестантов этот лес

Своею синагогою избрала.

У них здесь место ежедневных сходок,

И здесь я их решил предать мечу.

Екатерина

Идите, милый Гиз, не надо медлить.

Ведь если уцелеет этот сброд

И вновь рассеется по королевству,

Нам будет трудно истребить его.

Не мешкайте, идите, милый Гиз.

Гиз

Я буду быстр, как смерч, предтеча бури.

(Уходит.)

Екатерина

Пришлось ли вам заметить, кардинал,

Как удручен король, мой сын, судьбой,

Которой

Гиз обрек минувшей ночью

В Париже пребывавших протестантов.

Кардинал

Я слышал, как торжественно он клялся

В присутствии мятежного наваррца

Всем нам отмстить за истребленье их.

Екатерина

Нет, кардинал, за все лишь я в ответе,

Раз Францией лишь я повелеваю,

Я жизнью вам ручаюсь: Карл умрет

И Генриху достанется престол.

А если и второй мой сын посмеет

Противоречить матери своей,

Он также будет мной лишен наследства.

Пускай корону носят сыновья

Власть у меня. Строптивца свергну я.

Идемте, кардинал.

Уходят.

СЦЕНА 13

Лес в окрестностях Парижа.

Входят пять или шесть протестантов с библиями

в руках и преклоняют колени. Вслед за ними входят Гиз и

прочие.

Гиз

Смерть гугенотам! Перебить их всех!

1-й протестант

О, выслушайте, господин де Гиз!

Гиз

Нет, негодяй! Не внемлет ухо Гиза

Речам того, кто дерзко поносил

Святую католическую церковь.

Смягчить мой гнев мольбами не надейся.

Хватайте их! Tuez! Tuez! Tuez!

Спутники Гиза убивают протестантов.

Тела подальше оттащите в лес.

Уходят, унося трупы.

СЦЕНА 14

Зал в Венсенском замке.

Входят король Карл, поддерживаемый королем Наваррским и Эперноном,

королева-мать Екатерина, кардинал Лотарингский, дю Плесси и свита.

Карл

Постойте. Должен я передохнуть.

Предвестница кончины недалекой,

Безжалостная боль когтит мне сердце.

Екатерина

О, замолчи, мой сын! Твои слова

Льют в душу матери смертельный яд.

Карл

Я не могу молчать: мне слишком больно.

Король Наваррский

Мужайтесь, государь, и вседержитель

Вас от недуга вашего избавит.

Карл

О нет, я обречен, мой брат Наваррский,

И эту кару заслужил, хоть те,

Кто вправе божий приговор свершить,

На короля не стали б покушаться.

Дай господи, чтоб ближние мои

Моих врагов не оказались злее!

Брат, поддержи меня. Мой ум мутится.

Все мускулы сжимаются. Я слепну.

Готово сердце выпрыгнуть. Конец!

(Умирает.)

Екатерина

Ужель ты мертв, мой сын? Ответь же мне!

Нет, поздно: дух уже расстался с телом.

Карл больше нас не видит и не слышит!

Итак, нам остается, господа,

Лишь снарядить немедленно посольство,