Парк
Шрифт:
— Достаточно чтобы наши внуки жили всю жизнь, не работая, так же как дети и мы сами. Если в столице узнают про прииски, то все присвоят себе, а нашего мэра посадят в каталашку. Мы не должны допустить этого. Антипка пока что отлично справляется со своей работой. Пока он отпугивает ненужных свидетелей, мы преспокойно набиваем свои закрома. Но если сюда приедут с проверкой и обнаружат наш маленький секрет...
Я узнал голос второго человека. Это был участковый, к которому я ходил до больницы. Все оказалось гораздо сложней, чем я думал. Антипочка был свихнувшимся
Я постарался выбраться из пещеры тем же путем что и провалился в нее, так чтобы меня не заметили. Но кажется, они догадались о том, что я слышал их разговор, потому что резко затихли. Я ожидал погони но они не стали меня преследовать.
Теперь я знал о парке все. Все его тайны открылись передо мной. Но была еще одна неразгаданная тайна о том КТО ОН?
Я решил покинуть его, чтобы обо всем рассказать отцу. Я побежал по оврагу на свою сторону к выходу. Но дорогу мне преградил Антипочка. Именно он выполнял всю грязную работу, не давая светиться своему темному руководству.
— Ты слишком много знаешь стервец!
Тогда я бросился к нему в ноги и повалил на землю, его молоток выпал, а пока он очухивался, попытался сбежать.
На небе уже забрезжила первая заря. Стало рассветать.
В предрассветных сумерках я бежал через яблоневые сады к выходу, а он гнался за мной, спотыкаясь о свой длинный серый плащ, который и вовсе решил скинуть.
— Стой!!! Стой чужак!!! Убивать тебя буду!!! Насиловать!!! Стой!!! От меня не убежишь!!! — Он гнался за мной голышом, придерживая поля шляпы, чтобы она не упала.
Антипочка не хотел меня отпускать, иначе бы я его разоблачил. Он настиг меня уже возле охотничьего домика. Мы стали бороться. Я выбил из его рук молоток и как следует, набил ему морду. А еще я врезал ему между ног в отместку за его неприличные жесты ранее. Первым ударом я разбил ему нос, вторым челюсть, да так что аж шляпа слетела, а третьим ударом в пах поверг его на землю и полностью нейтрализовал.
— Стоять полиция, руки за голову!!! — послышался крик сзади. Я обернулся и увидел двух полицейских с отцом и братом. Они задержали Антипочку, надели на него наручники и повели в машину.
— Ты в порядке сын? — спросил меня папа.
— Да отец я в порядке...
Он обнял меня. А после и обнял брат.
— Ну Витек ты даешь, я весь извелся когда ты пропал. Сразу отцу позвонил. Мы так и знали, что в парке своем будешь. Смотри, я вот таблеток тебе купил как ты и просил обезболивающих.
— Купил? Я выпил одну таблетку дома, разве это были не они?
— Какие таблетки ты выпил брат?
— Неофером в пластиковой капсуле, розовенькие такие.
— О Господи Витя, это было не обезболивающее
— Пойдемте в машину. Мы уезжаем из этого города, — заботливо велел отец.
С моей головой что-то происходило. Парк не желал меня выпускать. Он спас мне жизнь, но взамен требовал свою неоплаченную дань. Он взял мой разум.
— ТЫ МОЙ!!!
ЭПИЛОГ
После долгих уговоров отца уехать я все-таки отказал ему. Саня не понимал меня. Чем мне понравилась эта дыра, спрашивал он? Но я отказался уезжать. Я попросил отца не продавать пока дом до весны. И сказал что остаюсь.
Мы стояли с Саньком в моем парке на краю оврага, там, где однажды сидели с ним и смотрели вдаль на кладбище.
— Уверен, что не хочешь вернуться со мной домой?
— Уверен Саня. Я здесь нашел себя. Ты только послушай, — я поднял указательный палец кверху. — ОН ЖИВОЙ... ОН ДЫШИТ... ОН ШЕПЧЕТ...
— Свихнулся ты со своим парком Витек... напрочь кукушка улетела.
Санек меня так и не понял. Он лишь покачал головой, похлопал меня по плечу, попросил ключи от машины и пошел к выходу.
Он остановился под аркой и сказал на прощание:
— Береги себя Витек, если тебе надоест тут, то только звякни, я мигом тебя заберу.
Но я уже не слышал его слов. Широкими шагами спускался я в овраг, растворяясь в парке подобно тени. Теперь я победил. Парк стал моим, а я стал ЕГО. Он был прекрасным. Живым! ВЕЧНО ПРЕКРАСНЫМ И БЕСКОНЕЧНО ГЛУБОКИМ...
На середине оврага меня встретил наш участковый со своим подельником под два метра ростом. Как я узнал позднее это был сам мэр.
— Мы видели, как Антипку задержала полиция. Теперь его не скоро выпустят. Почему ты не сдал нас?
— Потому что тогда бы сменилась власть, — ответил я этим бессмысленным ценителям золота. Они даже не догадывались, в чем заключалось истинное сокровище этого места. — Сюда бы снова приехали машины и стали строить здесь аттракционы. Я не могу этого допустить. Не хочу, чтобы здесь шастали люди. Отныне это мой парк. И никто не сможет его у меня отнять!
— Хорошо Виктор. Кто-то должен занять место Антипки. Мы позволяем тебе поселиться здесь, но ты должен будешь выполнять кое-какую работу для нас, взамен будешь получать еду, и сможешь пребывать здесь вечно... об этом ведь ты мечтаешь?
— Да! — с вожделением ответил я.
Ты должен убивать всех кто осмеливается войти на территорию парка, а с трупами мы как-нибудь разберемся. Знаешь уж сколько их тут закопано? Антипочка славно потрудился за эти полтора года. Местные, которые в курсе насчет приисков нами благополучно куплены. Они получают свою долю каждый месяц, а те же, кто не догадывается о золоте, попросту не хотят, чтобы в Тишгород повалила толпа туристов и испортила их тихую размеренную жизнь, остальных должен запугивать ты. Так что насчет местных не беспокойся, они в парк не сунутся. А чужаков придется... ну ты понимаешь. ПАРКУ ВЕДЬ НУЖНО КЕМ-ТО ПИТАТЬСЯ? Ну что согласен?