Партиалы
Шрифт:
– Ни слова больше, иначе он догадается и уйдет в несознанку.
Кира впилась в Товара взглядом:
– Так где вы были?
– Вчера я был в Смиттауне, – ответил Товар. – Оттуда приехал прямо сюда. Там ферма на старом поле для гольфа. Я возил им оружие.
– Оружие?
– А вы думали, я щенками торгую? Я же подрывник, продаю то, в чем разбираюсь. У фермеров нет вашей Сети безопасности Лонг-Айленда, а значит, им нужно оружие. В большинстве подвалов старых домов припрятаны ружья, так что я их… отыскиваю и продаю.
– Это не снимает с вас ответственности, – возразил Джейден.
– Я
– Врет он все, – заметил один из солдат.
– Вы не можете этого знать, – возразила Кира. – Нельзя же стрелять в человека лишь потому, что вам что-то померещилось.
– А вас что, пытались взорвать? – поинтересовался Товар.
– Видите? – воскликнул тот же солдат и шагнул к нему. – Он всё знает!
– Спокойно, – утихомирил его Джейден. – Без команды не стрелять.
Кира сглотнула:
– Вспомните, о чем мы говорили последние несколько минут. Любой дурак догадался бы, что нас пытались взорвать. Знай он про бомбу, в жизни не признался бы, что служил подрывником, верно? – Кира обернулась к Товару: – Вы бывали в Ашарокене?
Он покачал головой:
– Это что, город такой? Не может быть! Ну и названьице.
– Вы сказали, что продаете оружие и амуницию, – перебил Джейден. – А взрывчатку?
– Нет, конечно, я же не идиот, – возразил Товар. – Её купят разве что такие же, как я, или те, кто задумал чего похуже – наподобие случившегося с вами. Так что всю взрывчатку я тщательно прячу.
– Где? – спросил Джейден.
– Часть в тележке, часть в тайниках по всему острову.
Джанна, сидевшая на тележке, подскочила:
– Так подо мной все время была бомба?
– Она со стабилизатором, – успокоил Джанну Товар и поднялся с дивана. Солдаты снова наставили на него автоматы, но Оуэн поднял руки, демонстрируя, что не собирается бежать. – Ничего не взорвется, не бойтесь, – в одном ботинке он проковылял к тележке. – Тут водный гель, он абсолютно инертный, пока его не активируешь, но даже тогда нужен детонатор.
– И где же вы находите взрывчатку? – спросил Джейден, по-прежнему держа Товара на прицеле. – Я думал, военные давно отовсюду ее забрали.
– Ту, которую применяли в армии, – да, – подтвердил Товар, – а эту использовали в производственных целях. – Он снял с тележки тяжелое покрывало и показал белую пластмассовую канистру, похожую на обычную с водой. – Эту я нашел на стройке; активирующий порошок на другом конце тележки. И я вам клянусь, что никому ничего такого не продавал.
Кира посмотрела на Джейдена.
– Если он нам соврал, – сказала она, – то это самая искусная ложь в истории мира. Все равно нам всем надо в Ист-Мидоу, так давайте опустим ружья, и пусть Сеть безопасности разбирается. Если они решат, что он виновен, то посадят его в тюрьму, но я не позволю вам его убить.
– Это вторая худшая идея, которую я когда-либо слышал, – заметил Товар, – но поскольку первой была выстрелить мне в лицо, то
Джейден уставился на Киру, его глаза горели, точно два уголька. Спустя несколько мгновений, показавшихся Кире вечностью, он все-таки опустил автомат.
– Ладно. Но если по дороге он попытается сбежать или выкинет еще что-то в этом роде, я церемониться не буду, пристрелю на месте, как мятежника из Голоса.
Глава седьмая
Кира спала чутко, прислушиваясь к Маркусу и остальным, ворочавшимся, храпевшим и что-то бормотавшим в темноте. Верблюдица всю ночь издавала странные, ни на что не похожие стоны, а дом поскрипывал под струями дождя. Даже мыши, водившиеся в каждом доме, который могла вспомнить Кира, здесь скреблись под половицами и за стенными панелями громче и противнее обычного. А может, это были крысы или даже кто-то покрупнее.
Несмотря на все это, у Киры не шли из головы слова Товара. Неужели действительно будет война? Неужели в Голосе такие отчаянные головорезы – или же они настолько хорошо подготовлены и вооружены? Сенат изображал их полусумасшедшими террористами, устраивающими набеги на фермы и убивающими мирных жителей, но, скорее всего, сенаторам выгодно выставлять повстанцев в черном цвете. Если же у них достаточно сил, чтобы собрать большую армию и развязать настоящую войну, значит, они опаснее, чем можно себе представить.
РМ-вирус потихоньку уничтожит все человечество, не давая ему воспроизводиться. Война же истребит род людской за считаные недели.
Кира улеглась поудобнее, мечтая наконец заснуть.
Утром она чувствовала себя усталой и разбитой.
Товар вывел всех через заднюю дверь и указывал путь сквозь выстроенный им лабиринт защитных сооружений: по временному мостику, через заросший двор соседнего дома и обратно на дорогу почти в километре от его пристанища. Дождь прекратился, и Долли легко тянула тележку, так что шли путники довольно быстро. Кира изо всех сил старалась не оглядываться, не думать о сотнях мятежников из Голоса, которые мерещились ей за каждым деревом или брошенной машиной. Отряду требовалось держаться на виду, чтобы их нашла подмога Сети безопасности, но из-за этого Кира чувствовала себя незащищенной и уязвимой. Даже Джейден, похоже, нервничал. Когда солнце уже стояло высоко над головой, они сделали привал, чтобы перекусить, и Кира, допивая остатки воды, разглядывала ряды разрушенных домов. Нигде не мелькнуло ни тени. Кира потерла ноющую ногу и проверила, как там Лэниер; тот лежал на носилках без сознания, и у него опасно поднялась температура.
– Как он? – поинтересовалась Джанна.
– Неважно, – ответила Кира. – У нас кончается антибиотик, а Лэниер, похоже, подхватил какую-то инфекцию, – Кира порылась в аптечке в поисках ампул и стала набирать шприц.
– А ничего, что он все время спит?
– Не так чтобы очень хорошо, – сказала Кира, – но и не плохо. Наши обезболивающие разработаны специально для боевых условий: можно вкатить раненому слоновью дозу и не бояться, что он умрет. А вот дезинфицирующие средства что-то не действуют, – Кира сделала солдату укол. – Если нас в ближайшее время не подберет подкрепление, плохи его дела.