Партнер
Шрифт:
Обходя объект кругом на небольшом расстоянии, я зашел с другого конца, и моему взору открылась довольно жуткая картина. На другой его стороне так же имелись царапины, словно их оставило некое очень большое существо с огромными не то когтями не то зубами, не то еще чем–то вроде этого. Но имелись так же и правильной формы вырезы, напоминавшие форму египетских пирамид, будто части этого корабля просто вырезали и удалили неизвестно чем. Да, это были дыры, именно дыры, какие мы оставляем, вырезая ножом, например, кусок из арбуза, для того, чтобы попробовать его на вкус.
В какой передряге
Придя на прежнее место, с какого и начал осмотр объекта, я в задумчивости остановился.
— Теперь понятно, почему оно боялось меня. После подобного я бы не только страх испытывал, — начал я рассуждать с самим собой.
— Хотя…, погоди…, что значит 'оно'? Это ведь все лишь инопланетный космический корабль, всего лишь некий инструмент, машина, предназначенная для перемещения других существ в пространстве космоса. — одернул я себя, стараясь больше не допускать ошибки в размышлениях.
Хорошо, такой мой довод уже больше походил на правду. Об этом говорил еще и тот факт, что я уловил страх. Стало быть, на борту этого космического аппарата остались живые существа, и они могут в скором времени выйти наружу. Сам корабль ведь не может мыслить и, уж тем более, чувствовать, ощущать. Ну, не доросли наши технологии еще до этого, не доросли! Этого просто не может быть! По крайней мере, я в это не верил. Не был готов считать подобное правдой. И поэтому решил дождаться, когда же инопланетные представители покажутся снаружи, и, может быть тогда я смогу им чем–нибудь помочь. Хоть чем–нибудь, что окажется мне посильным.
Но время шло, а вокруг ничего не происходило, абсолютно ничего. Стояла полная тишина. Все это было очень загадочно.
Постояв еще некоторое время, я. Наконец, решился и снова подошел к объекту почти вплотную. Протянул руку, намереваясь коснуться корпуса этого странного корабля, и почти сразу же почувствовал, как напряглось поле страха, излучаемое кем–то, находящимся внутри этого объекта.
Вдруг спустя пару мгновений это поле ослабло довольно сильно, но окончательно не исчезло. Создавалось впечатление, что тот, кто испытывал этот страх, был настолько вымотан, что у него совсем не сталось сил даже на то, чтобы бояться. Используя эту возможность, я все же дотронулся до внеземного корабля и….
Я совсем не почувствовал под пальцами холода металлической поверхности. Материал корпуса по ощущениям очень сильно напоминал пробку, какими у нас закупоривают бутылки с вином, и был так же чуть теплым. Да, именно, о металле не велось и речи, по крайней мере, в ощущениях. Под моими пальцами была теплая и шершавая поверхность даже отдаленно не походившая на металлическую. Удивительно. Наверное, этот материал был довольно прочным, и мог выдерживать низкие космические температуры и вакуум.
Осторожно провел пальцами по шершавой поверхности корпуса неизвестного мне космического звездолета. Действительно. Словно вся его внешняя обшивка была изготовлена из пробкового дерева.
Внезапно последовавшее ощущение, заставило меня очень быстро одернуть руку. Мне показалось, будто корпус этого корабля
Затем раздался резкий и довольно громкий скрежет, где–то у меня в голове. Именно. Он исходил из моей головы, а не снаружи, потому как ушами я его не слышал. Это обстоятельство заставило меня схватиться обеими руками за голову, так как причиняло довольно неприятные ощущения, и я, потеряв равновесие, бухнулся на колени, едва успев опереться на руку.
Внезапный странный скрежет так же мгновенно прекратился, как и возник, но за ним последовали другие звуки, не такие громкие и резкие, смысл которых мне так же ясен не был.
Звуки различной тональности и длительности, сменявшие друг друга, все возникали и возникали один за другим, где–то в моем сознании, будто их передавали телепатически, непосредственно в мой мозг.
Но спустя пару мгновений, я уловил нечто знакомое, словно кто–то что–то спрашивал на японском языке. Затем снова последовал непонятный набор звуков. И опять нечто узнаваемое. Теперь звук походил на фразу, произнесенную то ли на испанском, то ли на итальянском языке.
Я догадался.
Наверное, те, кто находились в корабле, использовали своеобразный переводчик, и, перебирая на нем разные языки, пытались меня о чем–то спросить. Но вот смысла их вопроса я пока так и не понял. Все перебранные ими комбинации мне не были знакомы. Но зато возникла мысль–надежда, что среди этой всей какофонии звуков, возможно, проскочит вопрос, произнесенный и на моем языке. И действительно, вопрос в понятной мне форме не заставил себя долго ждать.
— Ты есть кто? — раздались слова вопроса, произнесенные резковатым голосом, похожим на женский, а затем снова пошел набор непереводимых звуков.
Я чуть приподнялся, пытаясь встать с колен, и выставил вперед руку в останавливающем жесте. Почти сразу же в моих мыслях наступила тишина. Похоже, что мой жест они поняли именно так, как я и хотел этого.
— Я являюсь представителем разумного вида, населяющего эту планету. Мы называем себя людьми, я человек, а эта планета — Земля. — произнес я как можно более спокойным тоном, тогда как весь просто исходил от волнения, ведь со мной только что вступили в контакт… инопланетяне.
— Если ты — человек, намерен меня рассеять, то сделай это быстро. Перенести еще одно вмешательство у меня нет возможности, да и не желаю я этого. — прозвучавшие после небольшой паузы слова, просто ошеломили меня.
— Они что, полагают, что я хочу их убить что ли? Вот те раз. — задал я себе в мыслях встречный вопрос.
— Кого это — меня? Неужели выжил только один из них? Да, но я ведь не знаю, много ли их было вообще. — продолжал я вести размышления с самим собой.
— Погоди, постой. Никого я рассеивать не собираюсь. Я только хотел узнать, кем же в свою очередь являешься ты, откуда прибыл сюда, и зачем? — произнес я, ожидая ответов на поставленные вопросы. — И я не намерен причинять вред, наоборот, хочу помочь, если это возможно. Выйди, покажись, я не причиню тебе никакого вреда.