Парящий
Шрифт:
– Ты пугаешь меня, Люк. Мы целовались прежде?
Глаза плотно закрыты, голова склонена набок. Люк слегка кивнул, но мне было достаточно того, что увидела. Я поднялась на ноги в поисках своей куртки. Я бы замерзла и промокла, стоя на холодном воздухе, но нет. Вовсе нет.
Эмоции внутри меня бурлили, согревая меня, как печка. Я надела куртку, не потому что мне было холодно, а потому что мне нужна была защита от чего-то. Я не хотела зависеть от кого-то, особенно от
Люка, но почему он не
– Куда ты идешь?
– спросил он, спешно догоняя меня.
Я дошла уже до середины палубы с бассейном и продолжала двигаться дальше, пока говорила.
– Я не знаю. Расскажи мне, как возможно, что мы целовались до сегодняшнего дня? И почему ты убеждал меня, что этого не было, когда знал обратное?
Я не могла даже взглянуть на него, а он не проронил ни слова, лишь следовал за мной по пятам к корме корабля. Я прижалась к перилам, глядя в небо.
Сегодня огни не так сильно ослепляли. Множество цветов пересекало небо, и все казалось мне сном. Все сон. Люк, огни, мои приключения. Потому что если это не сон, то значит, что в моих жизненных воспоминаниях есть провал, провал, частью которого является Люк.
Тишина продолжалась, и секунды складывались в минуты, а минуты в часы. Я понимала, что Люк скрывает от меня что-то такое, чем он не мог поделиться. Вместо того, чтобы уйти, я вела внутренние дебаты с собой. Это была наша последняя ночь перед тем, как он покинет корабль. Стоит ли мне убежать к себе в комнату и запереться до конца путешествия? Или я приму то, что Люк от
меня что-то скрывает и проведу с ним время, пока оно еще у нас есть?
– Я собираюсь завтра полетать, - прервал он, наконец, тишину. – Ты бы не хотела присоединиться ко мне?
– Серьезно? Люк, ты знаешь, что я...
– Боишься? Эмма. Ты - якорь, который удерживает меня на земле. Позволь мне стать крыльями, которые помогут тебе воспарить. Доверься мне. У нас осталось не так много времени.
Довериться ему?
– Я не знаю, как я могу верить тебе, если ты сам что-то от меня скрываешь. Объясни мне все.
– Эмма, - предостерегающе начал он.
– Это не мои воспоминания. Они твои. Тебе нужно вспомнить. Ответь: когда ты в последний раз разговаривала со своими родителями? Когда ты в последний раз общалась с кем-то кроме меня? Воспоминания и реальность почти не различаются, знаю. Но ты должна постараться. Встреться со мной завтра. Ты знаешь, куда идти.
А затем Люк ушел, словно хотел опередить время. Он двигался в тени корабля и скрылся во тьме. Клянусь Северным сиянием, что он буквально исчез из поля зрения, растворился в ночи.
Глава шестая
Во снах мы летаем, потому что для нас это также легко, как жить. Не просто летаем, а парим. В реальности
Взросление наступает, когда мы понимаем, что можем парить. В этот момент мы задумываемся над тем, что нас так долго удерживало. Ведь у нас уже есть крылья. Мы просто учимся их использовать.
Подо мной затрещала заснеженная, ледяная поверхность. Она хрустела и скрипела, как и тысяча фунтов снега, который просачивался сквозь воронку, скрипя и сопротивляясь. Я была
пристегнута ремнем безопасности, а каждая частичка моего тела болела. Теплая, липкая субстанция стекала с моей головы к щеке, пылая в его истоке. Мой взгляд был мутным, но я смогла рассмотреть свои руки, трясущиеся от страха. Я почти не чувствовала своих пальцев. И уже совсем не чувствовала ног. Кто-то кричал мне, чтобы я боролась, держалась, выбиралась. Я слышала их, но не могла рассмотреть.
И не могла сделать ничего из того, о чем они просили. По крайней мере, мое тело больше не мерзло. Было больно. Болезненные чувства проваливались в ничто, и в некоторых частях моего тела ощущалось гудение. Каждая часть тела просто онемела.
До тех пор, пока меня не окружила вода с кусочками льда со всех сторон, я не осознавала, что тону. Вода просачивалась вокруг меня, наполняя все пространство до тех пор, пока лишь мое лицо не осталось над поверхностью. Голос раздавался со стороны, но мне как-то удалось сделать последний вздох и взглянуть в изумрудные глаза и на протянутую руку.
Мое сердце разбилось.
– Люк, - прошептала я.
Он услышал меня, и это его сгубило. Он сделал шаг, подходя к воде, но другая фигура оттащила его,
удерживая его на берегу, пока мои глаза, нос и рот не погрузились под воду.
– Эмма!
– его крик разрывал ночь. Это было последнее, что я услышала.
Слезы стояли в моих глазах, когда я очнулась от сна. Все было так реально. Люк хотел напомнить мне об этом? Он думал, что я утонула? Думал, что я мертва?
Я провела по своему телу, от головы до ног, под одеялом, а затем села и включила свет. Это вовсе не было похоже на выдумку. Я сделала глоток воды. Холодная влага стекала по моему горлу. Хотелось пить. Все, что я делала и чувствовала, было несвойственно мертвому.
На часах было семь утра, а это значит, что я проспала более трех часов. Попытки снова заснуть не увенчались успехом из-за всех мыслей, проносящихся в моей голове в предвкушении снова встретиться с Люком. Что я должна была вспомнить? Если этот сон не имел с ним ничего общего, то я вовсе не