Пасынки страны

Махавкин Анатолий

— Снилось, будто разговариваю с темнотой.

— Ты видел сон? — она удивилась, — странно. Вообще-то мы не видим сновидений.

— Вот такой я весь уникальный, — прикасаться к гладкой холодной коже оказалось так приятно, что я никак не мог остановиться, — разве такой чудесной девушке мог достаться какой-то обычный вампир? Нет, только самый редкостный экземпляр!

— Страдающий от чрезмерного переизбытка скромности, — она укусила меня за мочку уха, — и ещё спящий дольше всех остальных вампиров, вместе взятых. Вставай, соня, все остальные уже готовы выходить. Даже наши водяные успели вернуться.

Причём у твоего Сергея вырвали клок волос и исцарапали физиономию.

— Значит, день прошёл не напрасно.

Мы посмеялись, потом некоторое время просто целовались и лишь проделав все эти, крайне необходимые для пробуждения вещи, я решился подняться на ноги. Вещи оказались чистыми и выглаженными. Ева, несколько смущаясь, пояснила: дескать, пока мы спали, как тут заведено, заглянула Дуня и занялась стиркой. Лично я никакого смущения не испытывал. Кого стесняться то? Человека? Покатав эту мысль и таки сяк, я понял: сам себя я уже полностью и окончательно воспринимал, как вампира.

Как и сказала Ева, все остальные обитатели маленького домика вовсю бодрствовали, находясь в разной степени предотъездной лихорадки. И если Рита с Рексом достаточно спокойно поприветствовали меня, То Вера буквально исходила искрами, бросая возмущённые взгляды на исцарапанно–виноватую физиономию Серёги. Марго не преминула ехидно пояснить мне в ухо: дескать наш водоплавающий настолько увлёкся знакомством с местными ундинами, что и не заметил, как его застукали на месте преступления.

— Им, значит, можно, — недовольно бормотал Сергей, косясь в мою сторону, в то время, как Вера, злорадно хихикая, вешала на него всё новые дорожные мешки, — и всё прощают, а тут, всего–навсего, обменялись дружескими поцелуйчиками. Лёгкими! Даже почти без языка…

— Ну конечно! — шипела русалка, — и за сиську почти не держался и жопу почти не поглаживал. Той стерве я уже всё объяснила, а ты у меня ещё в процессе.

Мы всё же решили пожалеть несчастного водяного и отняли у него часть поклажи. Дуня с Иваном пообещали тщательно приглядывать за домом в отсутствие хозяев и пожелали всем скорейшего возвращения. Похоже, никто не удосужился упомянуть, что путешествие для кое–кого окажется дорогой в одну сторону. Я изо всех сил пытался не думать о грядущем расставании6 Честно говоря в голове просто не укладывалось, как я смогу жить дальше без маленькой очаровательной вампирши.

Мы остановились у ворот и оглянулись. Странное дело, прошло всего ничего, с того момента, как я увидел эту небольшую уютную постройку, но сейчас она показалась мне такой родной, словно это я прожил здесь долгие сотни лет. Рита улыбаясь показала пальцем на две чумазые детские мордашки торчащие из кустов с бледно розовыми ягодами.

— Дети семьи, которая ухаживает за садом, — пояснила Ева и помахала рукой, — Маша и Фёдор, очень хорошие детишки, только стеснительные.

— У меня неприятное ощущение, — вдруг сказал Рекс и потёр лоб ладонью, — словно я последний раз вижу наш домик. Внутри всё сжимается.

Марго погладила его по плечу и поцеловала в щёку. Потом бросила осторожный взгляд в мою сторону. Вот чёрт! Проклятые чувства и не думали ослабевать. Нужно держать себя в руках. Я люблю Еву и только Еву.

Ну и Маргариту тоже, добавил

ехидный голос внутри, кого ты хочешь обмануть?

Ева взяла меня под руку и пристально посмотрела в глаза.

— Тяжело? — тихо спросила она.

— Да, — немного подумав, признался я и через силу улыбнулся, — но когда ты рядом — намного легче.

Ворота с лёгким скрипом закрылись за нашими спинами и мы, никуда не торопясь, двинулись вперёд по узкой тропе. Листья деревьев тихо шелестели над головой и яркие звёзды, перемигивающиеся в ветвях, внимательно прислушивались к пронзительному скрипу какого-то жука–полуночника.

Водоплавающие шагали чуть впереди и я хорошо различал каждое слово извинения, вылетающее из уст провинившегося водяного. Рекс с Марго замыкали нашу группу и тихий рассказ вампира о местных обычаях совершенно терялся за напористым речитативом Сергея. Мы с Евой молчали, но это было очень хорошее и информативное молчание, полное неких беззвучных фраз наполненных теплом и нежностью.

К сожалению, как и всякая идиллия, эта продолжалась весьма недолго. Ровно до того момента, когда мы вырвались из объятий душистого кустарника и вышли на тракт. Правда, ещё до этого, Ева вдруг крепко сжала мои пальцы и зажмурилась, точно ощутила приближающуюся опасность.

Ведьмы. Как говорится: на манеже всё те же. Плюс ещё парочка постарше и пострашнее. Ну, в смысле, рыжая так и оставалась вне конкуренции, хоть и продолжала сохранять некоторые следы подарка Маргариты. Молодые ведьмочки предпочитали держаться за спинами старших но кулачки у каждой подозрительно светились красным. У четвёрки же, преградившей нам путь, как и рассказывала Дуня, искры натурально сыпались во все стороны.

Вера тихо взвизгнула и спряталась за спину Серёги. Водяной расправил плечи, но когда он обернулся, особой уверенности в его взгляде я не разглядел. Ева задрожала, прижимаясь ко мне и легко поцеловав девушку в ушко я прошептал:

— Оставайся здесь, пока мы не оценим ситуацию. Побудь с Рексом. Если что, вы — не при делах. Марго.

— Я здесь, — в прищуренных глазах ни единого признака страха или неуверенности, — и полностью готова. Рексик, зайчик, побудь с Евой.

Я похлопал Сергея по плечу и кивнул, давай, мол, назад. Однако товарищ только помотал головой и в его лице появилось выражение странной отчаянной решимости. Как, кстати и у русалки, опасливо глядящей из-за широкого плеча. Ах да, это их чёртово подчинение…Нужно будет как-нибудь разорвать проклятое служение. Глупо, когда твой товарищ находится у тебя в подчинении. Да и прочих чокнутых связей в нашей группе и так предостаточно.

Ладно, всё потом. Мы с Марго вышли вперёд, остановившись перед ведьмами, которые продолжали угрожающе светить оранжевыми глазами и сжимать искрящие кулаки перед грудью.

— Как страшно, — громко сказала Рита и лениво зевнула, небрежно прикрыв рот ладошкой, — какие батарейки в зад вставили? Или вы на аккумуляторах?

За спиной послышался нервный смешок. Вера.

— Вам, похоже, никто так и не удосужился, как следует разъяснить, что подобает делать тем, кто проиграл, — с укоризной пробормотала рыжая и я почувствовал нотки нервозности в её голосе, — и на кой дьявол вы прикончили Леонтию?