Пасынки страны

Махавкин Анатолий

Она крепко поцеловала меня и бросилась к дому так, словно за ней гнались все демоны преисподней. Хлопнула дверь и я остался один, испытывая чувства, рвущие напополам: хотелось немедленно вернуться и обнять ведьму, оставшись с ней и одновременно стремительно бежать по тропинке, навстречу Еве и Маргарите.

Пришлось вмешаться разуму, который рассадил взбесившиеся чувства по разным углам и терпеливо пояснил: необходимо закончить начатое, а домик ведьмы никуда не денется. Поэтому я встряхнулся и пошёл вперёд.

Стоило сделать пару шагов

и серебрящийся сумрак меж деревьев обрёл плотность, преобразившись в массивное чудовище, поросшее длинным седым волосом. Тяжёлая голова поднялась, уставившись на меня парой багровых глаз. Мускулистые лапы напряглись и я разглядел кривые острые когти, в которых запутались сухие травинки. Не издавая ни звука, монстр медленно приблизился ко мне и потянул длинным носом, смешно прихрюкнув, при этом.

Ни капли страха я, почему то, не испытывал. Кроме того в голове, откуда то, появилось название «грим», обычно соседствующее либо с немецкими сказочниками, либо с американским сериалом.

Чудовище приблизилось вплотную и деловито обнюхало мою штанину. От грима не пахло собакой или какой другой живностью, скорее — тёплой разрытой землёй. Повинуясь неясному импульсу, я почесал за длинным вислым ухом и пасть тотчас приоткрылась, пустив наружу глухое удовлетворённое рычание.

— Пойдём? — спросил я и грим рыкнул. Вроде бы утвердительно.

Заполучив столь необычного спутника, я медленно двинулся вперёд по утоптанной дорожке, залитой сиянием луны. Серебристое блюдце ночного светила повисло прямо над головой, напоминая такую же киношную бутафорию, как и окружающий лес.

Весь путь грим старался не отходить слишком далеко, словно моё присутствие придавало ему уверенности. Это огромному то клыкастому монстру! Время от времени он тыкал носом в моё бедро и тогда я послушно чесал за ухом, выслушивая одобрительный рык. Из другой живности я наблюдал лишь крохотных сычиков, вроде того, который напугал нас с Марго в первую ночь пребывания в Стране. Птички сидели на нижних ветвях древесных исполинов и провожали нас круглыми удивлёнными глазами. Время от времени, то один, то другой, надувались, топорща перья, словно намеревались издать уханье, но никаких звуков не издавали и наш путь продолжался в абсолютном молчании.

Границу участка, облагороженного Каролиной, я заметил тотчас, стоило её пересечь: деревья стали много ниже, трава тут же исчезла под слоем опавших листьев, а наслоения паутины на порядок увеличились. Луна спряталась за появившимися тучами и теперь я был совсем не уверен, есть ли она на небе вообще. В общем, из культурного парка мы угодили в обычную лесную чащу. Мы? Я обернулся и тут огромный нос подтолкнул ногу, требуя ласки. Нет, нахальный грим никуда не делся. Хорошо. Почему то присутствие молчаливого монстра радовало меня.

Кроме того, в голове словно исчез невидимый экран и я ощутил Еву, Маргариту и Веру. Всех троих. И если вампирши ощущались обжигающими языками пламени, то русалка плескалась прохладным ручейком. Странно, но успокаивающе.

Улыбаясь,

я пошёл в направлении, куда толкали меня чувства и видение тотчас преобразилось: пламя взмыло огненным вулканом, а ручей принялся фонтанировать, словно гейзер. Спереди послышался треск ломаемых веток и грим поднял голову, вопросительно рыкнув.

— Свои, — пояснил я, не в силах удержать дурацкую улыбку, — не вздумай их напугать — искусаю.

Звук, который издал монстр весьма напоминал саркастический смешок. Похоже у моего спутника имелось чувство юмора. Однако же, самое время ускорить шаги.

Мы встретились на небольшой полянке, где отдыхало, вольготно разбросав сухие конечности толстое дуплистое дерево, поваленное давней бурей. Три девицы набросились на меня, заставив грима испуганно шарахнуться в сторону. Не устояв на ногах, я сначала шлёпнулся на задницу, а потом и вовсе распростёрся на подушке шелестящих листьев. Слёзы никто не лил — уже хорошо. Меня целовали и в губы, и в щёки, и в лоб, и в шею — ещё лучше. Отвечать я, правда, не успевал.

— Живой, живой, — шептала Ева и её глаза сияли, — любимый…

— Куда он денется, — бормотала Вера, насмешливо косясь зелёным глазом.

— Разве сам сбегу, — проворчал я, пытаясь обнять всю эту, слабо пищащую ораву.

Меня торжественно установили на ноги, тщательно очистили от листьев, а после — подозрительно обнюхали в два носа. Русалка в этот момент испуганно–изумлённо разглядывала моего косматого спутника. Тот, не решаясь приближаться, топтался в сторонке, выкусывая грязь из когтей.

— Ведьмой воняет, — авторитетно заявила Маргарита и отступив на пару шагов, прищурилась, — Максим?

— Я думал, Каролина вам всё об…

— Нет, кто тебя в лесу нашёл и выходил, нам известно, — Рита упёрлась кулаками в бёдра и Ева тут же насупилась, копируя стойку подруги, — но воняет от тебя совсем не так, как если бы тебя просто отпаивали и выхаживали.

— Скорее — вылёживали, — подтвердила Ева, — сначала — Анжелика, теперь — Каролина.

— Прямо таки, список шлюх из борделя. Расслабляешься? Волосы из головы давно не выпадали? Экстренно?

— Может отцепитесь от него? — подошедший Рекс ненавязчиво отпихнул плечом обеих вампирш и пожал мне руку, — привет, Максим. Ты не смотри, что они сегодня такие грозные, вчера выглядели совсем иначе. Сами у себя волосы на голове рвали.

— Врёт он всё, — Ева сбросила с себя грозный вид и вновь прижалась ко мне, — я так счастлива, Макс! Когда Вера сказала, что уже началось, а ты ещё летел над лесом, я испугалась до смерти.

— Угу, а мы, значит, ну не капельки не испугались, — Сергей обнял меня, похлопав по плечу, — прошлый раз ещё не успел забыться. Ну, думаю, кранты: обуглился, до хруста, и валяется в каких-нибудь кустах. Пока эти трое прятались от солнца да слёзы лили, мы с Веруней обшаривали чёртовы заросли. Потом, ночью, уже впятером, совсем с ног сбились. Никто уж на хорошее и не надеялся.