Патриот

Пратчетт Терри Дэвид Джон

— Фред пришел. С тобой хочет поговорить Витинари, — сказала Сибилла.

— Как, уже? Но мы ведь еще не успели сесть за стол.

— Я иду с тобой, Сэм. Нельзя же, чтобы он и дальше вот так срывал тебя в любое время дня и ночи.

Ваймс попытался придать себе серьезный вид — насколько это вообще возможно для человека, сжимающего в руке мочалку.

— Сибилла, я командор Городской Стражи, а он — правитель этого города. Это не то что жаловаться на учителя, который чрезмерно нагружает учеников всякими задачками…

— Я сказала, я иду с тобой, Сэм.

Лодка,

оставляя за собой пузырящийся след, скользнула по рельсам и ушла под воду.

Леонард вздохнул. Он едва удержался, чтобы не поставить тормозные колодки обратно. Теперь течение может занести Лодку… куда угодно. «Желательно в океанскую впадину поглубже, — подумал он. — А еще лучше, если она вообще свалится с Краепада».

Затем он брел по улицам — и ровно никто не обращал на него никакого внимания, — пока не добрался до дворца. Отыскав потайную дверцу, Леонард Щеботанский с легкостью одолел установленные в коридорах разнообразные ловушки — с легкостью, потому что устанавливал их сам, лично.

Наконец он отпер замок своей комнаты и, оказавшись внутри, опять повернул ключ, после чего просунул его в щелочку под дверью. А потом вздохнул.

Так вот каков мир. Сумасшедший дом с сумасшедшими же обитателями. Что ж, отныне он будет очень осторожен. Некоторые люди способны сделать оружие из ЧЕГО УГОДНО.

Леонард приготовил себе чашку чаю — правда, процесс этот слегка затянулся, поскольку по ходу дела он разработал ложку новой конструкции и прибор для улучшения циркуляции кипящей воды.

Затем ученый откинулся в специальном кресле и потянул за рычаг. Противовесы упали. В утробе механизма вода начала с хлюпаньем перекачиваться из одного резервуара в другой. Отдельные элементы кресла с скрипом переместились в позицию, обеспечивающую сидящему больший комфорт.

Леонард уныло смотрел на небо. В синем квадрате показались несколько морских птиц. Едва шевеля крыльями, они лениво выписывали круги…

А еще минут через десять, отставив в сторонку остывший чай, Леонард уже вовсю что-то рисовал.

— Госпожа Сибилла? Воистину неожиданный сюрприз, — удивился лорд Витинари. — Добрый вечер, сэр Сэмюель. Должен заметить, очень симпатичный шарфик. И капитан Моркоу тоже здесь! Прошу садиться. Нам надо завершить кучу дел.

Все уселись.

— Во-первых, — начал лорд Витинари, — я только что набросал черновик заявления, которое нужно передать городским глашатаям. Новости хорошие.

— Что, война официально закончилась, сэр? — подал голос Моркоу.

— Война, капитан, даже не начиналась. Это был о… недоразумение.

— Не начиналась? — воскликнул Ваймс. — Но ведь погибли люди и…

— Разумеется, — согласился лорд Витинари. — Из чего, как мне кажется, следует: нужно учиться лучше понимать друг друга.

— А что с принцем?

— О, уверен, с ним можно будет договориться.

— Очень сомневаюсь!

— Речь ведь о принце Куфуре? А мне казалось, ты этому человеку симпатизируешь.

— Что? Но куда подевался Кадрам?

— По

нашим данным, он отправился с долгосрочным визитом в некую страну, — сообщил патриций. — Дело было очень спешным.

— Наверное, настолько спешным, что он даже не успел упаковать вещи?

— Именно. По-видимому, принц вызвал чье-то серьезное недовольство.

— И какую же страну он намерен посетить?

— По-моему, Клатчистан… Что такое? Я сказал что-то смешное?

— Нет, вовсе нет. Просто мелькнула одна мысль, вот и все.

Витинари откинулся на спинку кресла.

— Итак, во всем мире снова воцарился мир.

— Однако вряд ли клатчцы очень довольны сложившейся ситуацией.

— Такова человеческая природа: люди всегда валят все на своих вождей, если тем изменила удача, — с непроницаемым лицом добавил Витинари. — О, проблемы, разумеется, будут. Но, как я уже говорил, их надо будет просто… обсудить. Принц Куфура очень приятный человек. Этим он пошел в своих предков. Бутылка вина, свежий хлеб и приятная компания, во всех отношениях приятная, — и он думать забудет про политику.

— Они не глупее нас, — покачал головой Ваймс.

— В таком случае мы должны быть всегда на шаг впереди.

— Раса мыслителей, — усмехнулся Ваймс.

— Лучше быть расой мыслителей, чем расой воинов. Это и дешевле. — Патриций пошуршал бумажками на столе. — А теперь… о чем бишь я хотел поговорить? Ах да, об уличном движении.

— Об уличном движении? — Мозг Ваймса попытался совершить резкий поворот на сто восемьдесят градусов.

— Совершенно верно. Старые улицы нашего города слишком уж перегружены. Как я слышал, один извозчик, стоя в пробке в Королевском проезде, успел обзавестись семьей и вырастить детей. И ответственность за содержание улиц в порядке — так уж сложилось исторически — с самых древних времен возлагалась на Стражу.

— Возможно, сэр, но сейчас…

— Значит, сформируйте специальное подразделение. Специализирующееся на угнанных повозках и прочем в том же роде. А также для наблюдения за порядком на основных перекрестках. Ответственное за взимание штрафов с извозчиков, подолгу простаивающих на одном месте и препятствующих уличному движению. Полагаю, сержант Колон с капралом Шноббсом идеально подойдут для этой работы, которая, судя по всему, обладает всеми ресурсами, гарантирующими быстрый переход работников на самофинансирование. Твое мнение?

«Возможность перейти на „самофинансирование“ — и при этом никакого риска для собственной шкуры? — подумал Ваймс. — Они решат, что умерли и попали в рай».

— Это им что-то вроде вознаграждения, да, сэр?

— Скажем так, Ваймс, квадратной пробке нужно искать квадратное горлышко. В данном случае мы имеем и то и другое.

— Наверное, вы правы, сэр. Но, стало быть, кого-то из них придется повысить в звании…

— Это все детали, с которыми ты и сам разберешься. Небольшая премия каждому также не повредит. Долларов, скажем, по десять. О, и чуть не забыл, Ваймс. И я особенно рад, что это услышит госпожа Сибилла. Я пришел к убеждению, что надо сменить название твоей должности.