Паучьи сети

Шматова Вера

Рак. Слово болью отдалось внутри. Господи, неужели через пару недель Ивана не станет? Я вспомнила его милую жену и детей-близнецов. Знают ли они, что папа не вернется из больницы? От этой мысли глаза наполнились слезами. Я машинально погладила свой живот. Что же ждет моего ребенка? Жизнь с маньяком-отцом под постоянным прицелом? Или все может поменяться и Паук превратится в семьянина и забудет о своих «привычках»?

Я решила дождаться вечера,

чтобы рассказать мужчине о произошедшем, а затем уехать. Что бы ни происходило со мной, семья в данный момент была важнее. Собрав сумку, я сидела и смотрела телевизор, пытаясь собрать разрозненные мысли в кучу, но получалось плохо.

Минута проходила за минутой, но Паук не торопился возвращаться. С каждой минутой беспокойство нарастало. Когда стрелка часов подползла к часу ночи, я задремала, готовая проснуться по любому звуку. Но тишину комнаты нарушали лишь приглушенные звуки с улицы.

В семь утра маньяк не появился, равно как и в полдень, и на следующее утро. Я разрывалась между паникой, страхом и истерикой. Возможно, что-то с ним случилось и мужчина попал в неприятности? Может, Паук попытался убить Ганса, но тот оказался сильнее? Однако неприятное подозрение точило душу изнутри. Мог ли мужчина просто испугаться и оставить меня одну? Я пыталась отогнать все прочь, но вцепившись острыми коготками в сердце, мысль совсем не спешила исчезать.

Как бы то ни было, больше медлить нельзя. Иван в больнице и кто знает, как долго ему осталось. Не хочу потерять последнюю возможность общения с ним. С тяжелым сердцем я собрала сумку и, немного подумав, оставила записку и адрес родителей для Паука. Последний взгляд на себя в зеркало перед выходом не принес утешения — лохматая, с кругами под глазами и потухшим взглядом, женщина. Наверное, так плохо я не выглядела даже убегая от мафии.

Мне повезло купить билеты на ближайший поезд, так что час спустя я уже сидела в купе, наблюдая за убегающими вдаль пейзажами за окном. На сердце было неспокойно, а мысли вертелись вокруг Паука. Где он? Все ли с ним в порядке? Мог ли он бросить свою несостоявшуюся жертву с ребенком в утробе и исчезнуть навсегда? От этих размышлений мне было несколько стыдно — зная о состоянии брата, я все равно думала не о нем, а о маньяке.

— Извините, у вас свободно? — в купе заглянула девушка. На вид ей было лет восемнадцать. Каштановые локоны до плеч, удивительно зеленые глаза, приятный овал лица.

— Конечно, садитесь, — я постаралась вложить максимум дружелюбия в голос.

— Отлично! А то везде все занято, — девушка

протиснулась в дверь, затаскивая за собой внушительных размеров чемодан. — А вы тоже едете в Брно, — спросила она с мягкой улыбкой. — Я никогда не ездила поездами и теперь боюсь пропустить остановку.

— Да, в Брно, — несмотря на невероятную тяжесть на душе, я улыбнулась. — Нам ехать еще около часа.

— Ох, это хорошо. Представляете, я поступила в университет, первый курс юридического, — похвасталась собеседница. — Учеба начнется в понедельник, я так волнуюсь! Надеюсь, у меня получится.

— Конечно, получится, — заверила я девушку. — Всем бывает страшно на первом курсе, но если не расслабляться, то все получится.

— Спасибо! — рассмеялась новоиспеченная студентка. — А вы тоже живете в Брно?

— Жила… раньше, — запнулась я. — Теперь возвращаюсь. У меня скоро будет ребенок, — признание вырвалось внезапно и вызвало настоящий восторг у собеседницы.

— Серьезно?! Это же потрясающе! Мальчик или девочка?

— Еще не знаю, срок маленький. Но надеюсь девочка.

— Как же здорово!!! Когда-нибудь я тоже стану мамой и буду любить своих деток больше всего на свете!

Я улыбнулась. От восторженной простоты случайной попутчицы на душе стало светлее. Несмотря ни на что, у меня будет ребенок. Мой ребенок, самый красивый и замечательный на свете. И пусть его отец решил оставить нас сразу как узнал, пусть он и кровавый маньяк, убивший кучу людей. Мой малыш не будет нуждаться в любви, ему хватит меня одной.

— Ваш муж наверное без ума от счастья?

— Думаю да, — этот вопрос снова поднял с глубин мысли, о которых хотелось забыть.

Если маньяк не вернется, то после родов в графе «отец» придется ставить прочерк. Или указать его настоящее имя? Еще один вопрос, ответ на который может дать только время.

За легкой беседой поездка прошла незаметно. С Ханной — так звали мою попутчицу — мы попрощались на перроне и разошлись в разные стороны. После разговора истерическая паника в душе немного улеглась и я была практически способна адекватно мыслить.

Вернется Паук или нет, сейчас можно рассчитывать только на себя. И к этой роли мне привыкать не придется. Сейчас мой путь лежал в дом родителей, а затем в больницу к Ивану. А в долгосрочной перспективе пора было звонить людям, арендовавшим мою квартиру и возвращаться к жизни. Через девять месяцев у меня будет малыш и к этому моменту все должно быть готово.