ПД-2
Шрифт:
– Как поздравительные открытки относятся к государственным документам?
– Таковые имелись в общем перечне груза, что и приравняло его…
– Ну да. Несколько тонн государственных документов – горько усмехнулся я – С чего такой бред?
– Вы не единственный гросс, кому посчастливилось наткнуться недавно на федеральный груз. Но в отличии от вас другой гросс не сдал груз по назначению и не стал тихо и спокойно дожидаться пока ему посчитают и выдадут положенную награду. Воспользовавшись различными законами, он решил торговаться с федеральным правительством, назначив огромную сумму. Отсюда и поспешно внесенные поправки в кодекс. Поправки, из-за которых награда исчезла вовсе. Все что осталось – возмещение правительством затраченных ресурсов
– Получу пятьдесят. Проклятье…
– Но мы потратили больше трехсот кредитов! – пропищал в ухе голос Лео – Если даже триста кредитов умножить на пять… Тим! Нас обманывают?
– Но мы потратили немало ресурсов – продублировал я нервного ИскИна.
– Да. И тут уже начинают играть свою роль прочие факторы. Так почтовая служба уже возместила отправителям утерянных писем и посылок всю стоимость. Теперь нам придется доставить найденную почту получателям, но никакой выгоды от этого федеральная почтовая служба не получит. К этому следует добавить перерасход средств выделенных на постройку почтового дредноута Фернан Шеваль… я могу перечислить еще не менее пяти пунктов. Но никакой роли это не сыграет, и сумма в триста кредитов останется единственным, что я могу вам предложить. Разумеется, после вычета налога. Как гросс вы освобождены от большинства федеральных налогов, но это не касается подобных выплат. Налог составит десять процентов.
– Ясно…
– Но, как преданный своей службе офицер, я не могу… смириться с подобной пусть и невольной, но вопиющей несправедливостью. Позволите совет, мистер Градский?
– Слушаю вас, офицер Либерти.
– Напишите лаконичное письмо, в котором вы отказываетесь от положенной вам награды. Добавьте пару строк о том, что считаете своим долгом помогать федеральным службам. Помогать безвозмездно.
– И что нам это даст?
– Многое – впервые за все время беседы улыбнулась Либерти – У всех федеральных служб существуют свои собственные базы данных. В них, помимо обычного документооборота, уходят все копии подобных писем, а также личные отчеты офицеров. Раз в сутки все новое из нашей базы по цепочке уходит на главные сервера. Там всеми документами занимаются трудолюбивые ИскИны, что порой, благодаря перекрестному поиску, дает удивительные результаты. Я сейчас говорю про поиск преступников, утерянных в одном секторе, но замеченных в другом кораблей и прочую порой кажущуюся неважной информацию. В вашем случае это не так важно, хотя, должна заметить, что положительный отчет федерального офицера никогда не окажется лишним для вас. А приложенное к отчету письмо, где вы, такой весь лояльный и патриотичный, отказываетесь от положенной вам награды, желая помогать бескорыстно…
– Я вас понял, офицер Либерти – полностью успокоившись, кивнул я – И я согласен. Спасибо вам.
– Это еще не все – опять улыбнулась она – Я не обладаю особыми полномочиями, но кое-что все же могу. Пока ничего не могу обещать, но, полагаясь на мою личную оценку и на такие факторы как доставка вами утерянной почты, а так же отказ от награды… я вполне вправе выбрать вас и ваш корабль для отправки с Миртум пусть не слишком важного и совсем не срочного, но все же федерального почтового груза. А это уже деньги, которые никогда не бывают лишними, мистер Градский. А это уже репутация… что порой гораздо важнее денег…
– Я еще раз благодарю вас, офицер – склонил я голову и на восточный манер прижал ладно к груди – Где расписываться в своем бескорыстии кровью?
– Хватит и электронной подписи – усмехнулась офицер Либерти, доставая из чехла служебный планшет и активируя его – Вы очень разумный молодой человек, мистер Градский.
16.
После двух столь внешне рутинных, но на самом деле столь интересных бесед наступило затишье, перемежаемое интересными мелочами. Событиями действительно столь мелкими, что только
Полицейское улыбчивое трио почти час проторчало в кафе напротив нашего парковочного места, усиленно наслаждаясь кофейком. Сигнал от полицейских получен. Никто из нас сигналу не поверил.
Подростки, старики, красиво и вызывающе одетые девушки, бросающие в нашу стороны зазывные взгляды и всячески подчеркивающие свою древнюю профессию. Все они вдруг полюбили эту ничем не примечательную забегаловку.
Четыре камеры наблюдения зафиксировались на нашем корабле и больше не сводили с него поблескивающих визоров.
Под высоким потолком парковочной зоны засуетилось несколько мерзковато выглядищих киберпаука, занятых демонстративной починкой и техосмотром различных устройств, установленных в столь труднодоступных местах. Ага. А заодно наверняка установили микрофоны. Не удивлюсь, если даже прямо под нашей парковочной платформой прямо сейчас происходит.
Нас обложили со всех сторон. Укутали удушливым круглосуточным наблюдением.
Какова была наша реакция на эту наглость?
А никакой. Мы отнеслись к происходящему равнодушно. И так было понятно, что в самом скором времени весомые личности Миртума спохватятся и начнут сжимать вокруг нас недоброжелательное кольцо. Пока они довольствовались ролями наблюдателей. Но надолго ли?
Как бы то ни было, ни один из членов моей команды больше не покидал корабля. Мы задраили люки, активировали все камеры и засели в своем стальном логове, бдительно наблюдая за округами. Рисковать я не собирался, прекрасно помня, что хватит одного меткого вражеского выстрела, чтобы оборвать одну из наших жизни. Не обязательно даже попадать в голову или жизненно важный орган – достаточно поразить отравленной иглой плоть, чтобы яд попал в кровеносную систему. И на этом для жертвы все закончится. Такого шанса здешним воротилам я предоставлять не собирался.
Тридцать семь часов и пятнадцать минут.
Столько времени прошло с момента моей последней беседы «вживую» с почтовым офицером Либерти.
И все это время мы не сидели без дела, полностью погрузившись в корабельные восстановительные дела. Всеми работами Вафамыч управлял удаленно, для чего снова переместившись со всем своим имуществом и оборудовав себе уже постоянное гнездо на нижнем уровне корабля, поближе к корме, где ждали своего часа наконец-то отлаженные основные двигатели. Там у него появилось пять стареньких мониторов, вставших на приваренном к стене стальному листе, что превратился в огромную столешницу, способную вместить на себя целую уйму отпечатанных схем, документов, запчастей, обгорелых и целых модулей, связки проводов, остатки сварочных комплектов, кофеварку, чайные принадлежности и много чего еще. Свой угол старший механик отгородил парой листов, в углу встал один из модулей жизнеобеспечения, рядышком разместился допотопный водяной кулер, над ними повисли три полки, а у противоположной стены каморки Вафамыч поставил себе стальные нары с толстым «трофейным» матрасом и полным постельным комплектом. Получилось на удивление уютно – особенно после того, как стены каморки были обклеены негорючими киноафишами, эротическими плакатами и все теми же голубыми схемами, что рулонами валялись на рабочем столе.
Выяснив необходимый перечень основных работ, я, не теряя времени, созвонился с ближайшим сервисным центром и заказал нам еще двух роботов-сварщиков, а к ним довеском дроида-механика и малого Глоталу – корабельного робота-уборщика. Все заказанное, вместе с рабочими комплектами я потребовал доставить в течение часа. Почему так быстро? Ответ прост – чтобы никто из наших недоброжелателей не успел прознать про наш заказ и не сорвал его. Или не попытался вложить взрывное или иное какое «адское» устройство в одного из арендованных дроидов. Несколько удивленный моей срочностью хозяин с радостью принял задаток в триста кредов и вскоре сообщил, что все погружено и грузовая платформа уже движется к нам.