Печаль Танцора

Эсслемонт Иан Кэмерон

Ву рассеянно пробормотал: - Темнота отныне не мешает моему зрению.
– Дверь напротив тоже оказалась запертой. Посмотрев внутрь, маг захлопнул крышку щели.
– Пора уходить. Оставаться опасно.

– Чего? Вдруг стало опасно? Почему?

– В свете нового понимания ситуации.

Ву спешил по тоннелю, Дорин не отставал. Он снова рассердился на приятеля.
– Может, поделишься пониманием?
– прошипел он в спину.

Ву махнул тростью.
– Разумеется. Хо не умер - его весьма трудно убить -

потому, что есть не один Хо.

Дорин сердито сощурился.
– Так себе объяснение.

Ву помедлил, воздевая брови и пожимая плечами.
– Так себе? Ладно. Наш дружок Хо поистине негодяй. Отыскал и воспроизвел - думаю, лишь с частичным успехом - древний и запретный ритуал. Я о таком слышал только в легендах. Ритуал Д"айверса. Он разделил себя на множество.

– Как бы создал близнецов?

– Нечто еще более сокровенное. Истинные копии. Не менее трех. Каждая, так сказать, имеет жизненную силу всех, потому ее и трудно убить. Полагаю, единственно надежный способ - отсечь такой твари голову или сжечь тело.

– Это же... извращение жизни.

– Точно сказано. Как и следовало ожидать, результаты оказались подпорченными. Их заперли здесь навеки.

– Благие боги! Это жестоко...

– Именно. Нельзя недооценивать нашего дружка.

Через сеть узких проходов Ву вывел Дорина в пыльные, явно заброшенные катакомбы. И остановился, задумчиво постукивая тростью по подбородку.

Дорин тоже размышлял. Если этого типа нельзя убить, нужно его подчинить. Связать или заковать в цепи. Но он так чертовски силен...
– Так что будем делать?
– спросил он в итоге.

– Если события последних дней чему-то нас научили, так тому, что нас слишком мало для открытого боя. Предлагаю вербовку. Скажу с гордостью: у меня глаз на таланты. Одного я как раз припомнил.

Дорин искоса поглядел на приятеля.
– Глаз на таланты? Ты не намекаешь ли, что завербовал меня? Так это неправда.
– Ву шагал, что-то жужжа под нос.
– Все было совсем не так.
– Ву помахивал тростью, на ходу сбивая паутину. Дорин встал позади.
– Давай проясним!
– Ву уходил по тоннелю.
– Ты меня не..!
– взвизгнул Дорин, и голос одиноко затерялся в тоннеле.

Снаружи Ву направился к улице Богов. Дорин тащился следом. Скоро он понял, кого приятель имел в виду, и вздохнул от разочарования. "Боги, этот". Самозваный спесивый прыщ, собственной персоной.

Старый мавзолей оказался ныне центром группы занятых построек, храмов и дворов. Тут собрались толпы то ли беженцев, то ли поклонников. Целые семьи ютились под навесами. Мавзолей тоже стал походить на храм. На пороге горели свечи, паломники закупорили вход.

Ву оперся о трость и заговорил с женщиной под шалью.
– Мы ищем служителя Худа, Дассема. Ты не...

– Вам нужен Святой Меч Худа?

Ву переглянулся с Дорином. Тот возвел глаза к небесам.
– Ах, да. Именно Меч Худа.

– Он в полях, отпускает погибших.

–

Ах да, разумеется, - улыбнулся Ву.
– Спасибо.

Они двинулись к Закатным воротам, стоявшим нараспашку. Каменщики и плотники чинили разрушения осады, причем мускулистые женщины казались не слабее партнеров-мужчин. Сразу за выходом толпа заполняла поля. Общая могила была выкопана для всех павших, канезцев и хенганцев. Неизвестно, одобрили ли это городские чиновники, но народ следовал лишь указаниям служителя Худа.

Ву пробился сквозь толпу туда, где Дассем возглавил коленопреклоненную молитву по умершим. Ву низко склонил голову, вонзив трость в почву. Дорин богомольно опустил глаза.

Едва молитва закончилась и люди встали, Ву пошел к Дассему. Меч Худа уделил им лишь мгновенный взгляд и начал раздавать приказы группе работников. Затем юноша пошел прочь, игнорируя их.

Однако Ву ухитрился оказаться с ним рядом. Дорин плелся рядом, чуть сзади, хватаясь руками за перевязь.
– Чего вам нужно, позволь догадаться, - бросил Дассем.
– Наверняка пришли выразить уважение.
– Он сверкнул глазами на Дорина, тот деланно улыбнулся.

– Важно не то, чего я хочу. Важно то, что я могу предложить.

– То есть?
– Дассем резко остановился. Склонился к старушке, сраженной горем.
– Возьми меня на руку, мать.

Женщина неуверенно встала.
– Он ушел!
– заплакала она.

– Так будет со всеми нами, - нежно ответил Дассем.

– Это должно утешать?
– пробурчал Дорин.

Однако старушка закивала: - Да, да. Но мне так тяжело...

– Они не страдают. Лишь мы.

Старушка вцепилась руками в Дассема, ковыляя вместе с ним. Дорин невольно закатил глаза. Аколит усадил ее в тень забора и подошел к незваным гостям.
– Вы еще здесь?

– Ага. Как насчет щедрых пожертвований во славу твоего бога?

– Худу не интересны деньги.

– Да, но ему понравилась бы крыша над головой. Скажем, большая и вся в золоте?

– Смерть неподкупна, - бросил Дассем, проходя дальше.

Ву закрыл лицо рукой, бросив Дорину отчаянный взгляд. Тот едва заметно пошевелил губами: - Знаю...

Дассем беседовал с девочкой, которую Дорин видел тогда спящей в мавзолее. По буйным, густым волосам и оттенку кожи было понятно, что в ней есть изрядная доля крови Даль Хона.
– Фермер отказал нам, запретил копать новую яму.

Дассем кивнул.
– Скажи, что он должен видеть в этом честь.

Девочка поклонилась.
– Передам сейчас же.

Ву снова вышел вперед.
– Мы предлагаем признание культа Худа в Ли Хенге.

Дассем помедлил, повернулся к ним.
– Кто вы, чтобы давать подобные обещания?

Ву развел руки.
– Ну, едва ты поможешь нам взять город, так и будет.

Дорин покачал головой: - Помощи не ждите, - и отвернулся.

– Даже ради вящей славы Худа?

Дассем снова замер. Окинул Ву взором с ног до головы - Богу требуется ваша помощь, вот как? Не слишком ни нагло?