Печать Древних
Шрифт:
— Ох, братец, треснуть бы тебе…
— Не волнуйся. Почти две недели прошло, — сказал он шёпотом, — и чудище до нас не добралось…
— Мне бы твоя уверенность.
Лоурен остановился, передал фонарь Сенетре и залез в щель в стене. Оттуда показалась доска, которую контрабандист перекинул через канал с мутной водой и жестом пригласил переходить.
— Ещё два таких перехода, — произнёс он. — И будет длинный коридор, в конце его выход.
— Сколько это по времени? — сморщив нос, спросила Сенетра.
— Час, — Лоурен перешёл последним, поднял доску
— Во многих канализациях удалось побывать? — Антониан всмотрелся в мутную воду, надеясь увидеть что-нибудь жуткое.
— Норзесилл, Ветмах, Гарвен, Астара, Тубус, — перечислял Лоурен. — Знаю о многих городах Норзрины и Панреммы. В Войне Века Слёз много работал с провизией для войск империи и Святого Воинства. Раздолье для дела было ого-го, да и нашей организацией управлял и сейчас, спасибо всем богам, управляет толковый шеф. Деньги текли рекой.
— Серые Полоски, — сказала Сенетра. — Это вы?
— Слышала о нас, рунарийка?
— Принимала как-то поставку для двадцать пятого легиона, — ответила Сенетра. — В Эливии, у Пендербурского Рва. Пришёл обоз, пятнадцать человек, руководил там гном… как же его…
— Инард Варгенштен, — усмехнулся Лоурен. — Работал с легионами на всём северном побережье Внутреннего и Бушующего морей. И как только своими маленькими ножками успевал…
— Даже я припоминаю, — поддержал беседу Энард. — Большим начальником он был. И душой компании.
— Да, забавный был тип, — скупо улыбнулась воспоминаниям Сенетра. — Мог бы найти общий язык даже с Некросом. Оставила продовольственный отряд с ним, вернулась — все уже пьют. Хорошо, что легата рядом не было.
— Славным карликом был Инард, — протянул Лоурен. — В последний год Века Слёз попал с парнями в шторм, выбросило их на скалы и с концами. А вы, рунарийцы, стало быть, солдаты империи?
— Когда-то были.
— Вместе служили? Уж очень вы милая парочка, — Лоурен остановился перед каналом, начал возиться с доской. — Да, ну и компания. Хотя нечему тут удивляться. У нас организация тоже разношёрстная. Духов и драконов Мощи только не хватает.
Он хрипло рассмеялся, перекинул «мостик» и пустил остальных вперёд.
— Я служила в третьем сальмонском легионе Нотреним под чёрным знаменем, — произнесла Сенетра. — Командовала второй центурией.
— Тридцать второй ромминлинский, — буркнул Энард. — Неважные воспоминания о тех годах, контрабандист.
— Понятно, — протянул Лоурен. — Понимаю я вас… Война Века Слёз забрала много жизней и будущее ещё больших.
— А Райану знаешь? — спросила Сенетра, чтобы сменить тему.
— Рыжую-то? — контрабандист пожевал челюстью. — Носится она от Чёрной Твердыни и до Теларии. Да, видел несколько раз. И каждый раз удивлялся, что рыжую суку никто не прикончил.
Остаток пути рунарийцы и Лоурен перекидывались короткими жалобами о войне и о жизни после неё. Контрабандист попался очень разговорчивый, и у Антониана возникла
Сандрия держалась отстранённо и постоянно оглядывалась назад. Антониан иногда её подбадривал, но чувствовал себя не лучше сестры — будто бы гахтар решил всё-таки идти за ними, и сейчас следил из темноты туннелей и решёток или сквозь мутную воду на дне канала.
— А чудовищ здесь не так много, — словно прочитав мысли брата и сестры, начал рассказывать Лоурен. — Два года назад водил товар по Панремме. А там, клянусь богами, такая хрень творится, что с трудом верится, что такое вообще возможно!
— Например? — спросил Энард. Как же эти солдаты любили болтать без умолку!
— Идёшь в поле, — шмыгнул носом контрабандист, — там, между перелесками, и огненная воронка вдруг над головой как появится! Плюётся пламенем, а вокруг всё уже и так сгорело. Сделал десятка два шагов, и на тебя стайка тварей выскакивает. Причём таких, будто они выбрались из самых кошмарных снов. И только чудом отбиваешься от них, под ногами земля разверзывается. Я попросился перевестись оттуда, и теперь горя не знаю.
— Мой знакомый чародей рассказывал об энергетических аномалиях, — покачала головой Сенетра. — На западе их мало. Я даже видела одну сама.
— Жуть, Сенетра, жуть, — сплюнул Лоурен. — Мир явно не хочет с нами больше дружить…
Потянуло воздухом, и Антониан, уже чуть затосковав, расправил плечи. Выход близок. Лоурен опустил фонарь ниже и первым зашагал по коридору. Впереди стал виден алый свет. Сенетра споткнулась и накренилась к каналу. Сандрия резко выпустила руку, схватила рунарийку под локоть и потянула на себя. Сенетра лихорадочно затряслась в её объятиях, закатила глаза.
— Боги, что с ней?! — растерялся Антониан.
— Проклятие, припадок! — выругался Энард, помогая Сандрии держать рунарийку.
— Так! — Лоурен сложил фонарь на пол, повозился в плаще. — Откройте ей рот…
Сандрия обхватила голову Сенетры, Энард взял за нижнюю челюсть, раскрыл её — рунарийка тряслась, в уголках рта вспенилась слюна. Лоурен разорвал маленький бумажный свёрток, засыпал ей чёрную соль и залил водой из фляжки. Антониан стоял над ними и с ошарашенным лицом наблюдал.
— Готово, — произнёс, перебивая кашель Сенетры, контрабандист.
— Черномара? — догадался Антониан. — Панацея от всего?
— Болячки рунарийцев глушит только так, — встал Лоурен. — Если принять дозу в два раза больше, чем положено.
— Паршивое лекарство, — фыркнул Энард. — Больше никогда, контрабандист, больше никогда не сыпь ей в рот без предупреждения сильный наркотик.
— Она бы сейчас уже увидела самих Лерона и Заласа, рунариец, — отбивался Лоурен.
— Но что с ней? — Сандрия, прерывая спор, гладила по голове успокаивающуюся Сенетру.