Печать Хаоса
Шрифт:
Аурелион ответила изящным кивком, принц остался недвижим: в его холодных серых глазах было невозможно прочитать хоть какие-то эмоции.
Наступила неловкая тишина, и Стефану стало не по себе. Принц Каланос взглянул сначала на него, затем на маршала. Фон Кессель не знал, стоит ли смотреть эльфу в глаза – это может быть воспринято как грубость, а обратное – показаться трусостью. Он покосился на Аурелион, бесстрастно его разглядывающую, и встретился взглядом с ее кузеном, решив, что лучше все-таки казаться грубияном, чем трусом.
– Приятно было снова
Принц молча кивнул.
– И мы благодарим вас, Рейксмаршал и капитан, за то, что вы сделали сегодня. Без вас эльфы понесли бы намного более тяжелые потери.
– Помочь вам – наш долг, который мы исполняем не без удовольствия, леди Аурелион, но жаль, что мы не прибыли раньше и эльфам пришлось расставаться с жизнью на землях Империи. Выражаю наше глубочайшее соболезнование тем, кто выжил, и уважение и благодарность тем, кто сегодня отправился в мир иной.
– Ваша страна лежит в руинах, – сказала Аурелион. – Война, может быть, и выиграна, но ваш народ страдает.
– О да, для нас настали трудные времена. Силы Хаоса рыщут по нашей земле, сея смерть и разрушения. Людей губит мор. Многие голодают. Мы в высшей степени признательны за то, что сегодня вы были с нами.
– Впереди еще более тяжелые испытания, – сказала Аурелион. – Надвигается Великая Тьма. Враги Империи сильны и многочисленными ваша страна беззащитна.
– Не беззащитна, миледи. Даже сейчас наши солдаты обыскивают леса в поисках укрывшихся там врагов. Их банды многочисленны, но разрознены и не имеют над собой единого командования, после гибели своего предводителя они обречены на самоуничтожение. Они убивают не только нас, но и друг друга.
– Появился некто, способный их объединить. Он собрал почти девять тысяч воинов, и они не так далеко на севере, в границах Империи.
– Быть такого не может!
– И тем не менее, боюсь, что это правда. Грядут темные времена.
– Миледи, скажите мне, где эта армия, и мы вступим с ней в бой.
– Они вышли в море. Их предводитель ищет источник древнего могущества, и ни в коем случае нельзя допустить, чтобы он его нашел.
– Враг покинул Империю? – спросил Стефан. Это были первые слова, которые он произнес за все время встречи.
Аурелион обратила к нему раскосые фиалковые глаза.
– Да, капитан.
– Но это же хорошо для Империи, госпожа?
Аурелион холодно взглянула на капитана.
– О нет, напротив. Если позволить врагу найти то, что он ищет, тогда для вашей Империи и для всех врагов Хаоса наступят страшные времена.
– Что они ищут? – спросил маршал, сердито покосившись на своего спутника.
– Нечто, дарующее великую силу. То, что никак нельзя им отдать.
– И что будет, если у них все-таки получится?
– Тьма, огонь и смерть. Я не могу в полной мере выразить это… на языке вашего народа.
– Если так, госпожа,
– В самом деле, было бы неразумно не внять моему предупреждению.
– Вам известно, где силы Хаоса ищут этот источник?
– Да.
– И как, по-вашему, будет лучше всего бороться с этим врагом? До имперского порта Мариенбург несколько дней пути. Чтобы отправить туда гонца с приказом прислать корабли, уйдет неделя. За это время противник успеет ускользнуть.
Аурелион повернулась к своему спутнику и едва заметно кивнула ему. У того сузились глаза и напряглись желваки на скулах.
– Я много лет не говорил на вашем грубом наречии, – резко сказал принц. – Буду краток. Ночью прибудут еще корабли моего флота – я послал их биться с проклятыми норскийцами. Много эльфов уже пали. Их будут оплакивать в Ультуане. Завтра в полдень мои корабли покинут этот берег и отправятся на поиски врага. На нижних палубах можно разместить две тысячи ваших солдат вместе с лошадьми. Я сегодня потерял много воинов, и я возьму ваших, если они не боятся моря.
– Вы чрезвычайно любезны, принц.
Он лишь кивнул.
– Вы не возьмете с собой на корабли Ультуана эти ужасные пушки. Гномьим изобретениям нет места на эльфийских судах.
– Честно говоря, я с неохотой позволяю своим солдатам оставить земли Империи в столь опасное для нее время, но если так должно случиться – пусть так и будет.
– Для человека вы мудры, Рейксмаршал Тренкенхофф, – сказала Аурелион.
– Но я – главнокомандующий имперскими войсками. Я не вправе покинуть Империю без согласия Императора Магнуса. Вместо меня войско поведет капитан фон Кессель.
– Как пожелаете, – отозвалась Аурелион. Стефан ощутил на себе холодный взгляд принца. – Я тоже не буду участвовать. Мне нужно отправиться в город Альтдорф и присоединиться к лорду Теклису, чтобы помочь ему обучать людей магии.
Стефан прочистил горло, и все обернулись к нему.
– Скажите, господин, разве разумно допускать, чтобы наши солдаты покидали пределы Империи в такое время?
Маршал явно рассердился, но сдержался.
– Мы давно доверяем Совету эльфов, капитан, – дипломатично сказал он. – Вы, конечно, правы, что беспокоитесь за Империю, но мы должны действовать именно так. Сегодня ночью я пошлю к Императору Магнусу гонца и проинформирую его о нашем решении. А теперь, господа, мы желаем вам доброй ночи и уходим готовить войска к отплытию.
– Откуда у тебя эти шрамы, человек? – спросил принц Каланос, но ответом ему было молчание.
Стефан потемнел лицом, маршал нахмурился.
– Они… я получил их в раннем детстве, – сказал, наконец, капитан.
– Ожог? – холодно спросил принц. – Несчастный случай?
– Нет. Я… мой дед опозорил нашу семью. Его сожгли у столба за это преступление, а я ношу знак вечного стыда.
Эльф нахмурился.
– Сожгли у столба… Разве не так у вас казнят тех, кто предался силам тьмы? – спросила Аурелион.