Печать Тора

Лёвенштейн Карола

Поэтому я обшаривала МУП в поисках Печати Тора, пыталась выяснить, кто такой Вельф, запоминала по целым страницам вербальные заклинания на древнем языке и просматривала уйму параграфов, чтобы в конечном итоге выяснить, что для меня, как для плебея, не имеет значения, владею я пятым элементом или нет. Одна из привилегированных профессий всё равно была для меня недоступной.

— Итак, — заговорщически сказал Лоренц и наклонился ко мне. — Сейчас я сконцентрировался на семье Торрел, потому что мы до сих пор не знаем, куда исчез их атрибут. Затем я присмотрелся,

чтобы узнать, что отличает эту семью.

— Ты хочешь выяснить, какое преимущество даёт им их атрибут, — задумчиво сказала я. — Очень хорошая идея.

— Спасибо, — Лоренц довольно улыбнулся. — Хроника Акаши наделяла знаниями, Грааль Патрициев — властью, Иерихонский эликсир давал здоровье, и я думаю, семья Торрел владеет чем-то, что приносит им богатство, — Лоренц нетерпеливо на меня посмотрел.

— У них есть эта компания, производящее стеклянные шары, — задумчиво сказала я.

— Именно, — ответил Лоренц. — И с самого её основания эта компания никогда не работала в убыток. Наоборот, каждый год прослеживается устойчивый рост.

— Но эта компания была основана родителями Адама, а не его предками, — отметила я.

— Каждое поколение семьи Торрел было очень успешно в том, что делало. Это можно хорошо проследить по семейной истории. Не имеет значения, торговля, продукция или продажа компании, в этой семье ты не найдёшь ни одного банкротства.

— Невероятно, — ответила я.

— Было бы невероятно, однако если учесть то, что они обладают предметом, который всё, к чему они прикасаются, превращает в золото, тогда скорее логично предположить, что у них атрибут власти, который приносит богатство.

— Очень хорошо, Лоренц, — удовлетворённо сказала я. — Теперь нам нужно только выяснить, что это за предмет. Может господин Лилиенштейн ещё сможет вспомнить, какими экспонатами обменивалась палата сенаторов и семья Торрел. Это ограничит выбор.

— Что ж, скорее всего, у них, как и у других аристократов, есть в подвале дверь, которая ведёт к тайнику, — сказал Лоренц.

— Да, вероятно, — ответила я. Затем на одно мгновение замерла. Мысль озарила меня совершенно неожиданно. — Вот оно, — выкрикнула я и вскочила на ноги.

— Что такое? — Лоренц смотрел на меня широко распахнув глаза.

— Нам нужно найти дом, в котором семья Бальтазар жила в Шёнефельде до своего изгнания. Там может находится вход в укрытие, где он скрылся со своим драконом.

— Хм, — задумчиво промычал Лоренц.

— Подумай сам, — сказала я. — У каждой из пяти королевских семей была потайная дверь в доме. Даже у нашей имелся доступ в Белару, где был спрятан Иерихонский эликсир. У Арпади был вход в Антарктику. И почему вход должен быть только один? Дверей может быть и несколько. У родителей Адама в их доме тоже много дверей, которые ведут в особняк во Франции, в компанию в Северной Америке и, наверняка, у них есть ещё парочка других укрытий. И среди них то, где они спрятали атрибут власти, — я возбуждённо посмотрела на Лоренца. — Нужно поискать особняк семьи Бальтазар. Несомненно, там мы найдём

проход, как и в руинах дома Арпади.

— О да, — протянул Лоренц, а затем кивнул. — Кажется, это весьма горячий след.

Чаепитие

С тихим свистом стрела пролетела по воздуху. На своём пути через сад она прорезала несколько завядших листьев, которые ещё висели на сливе и, в конце концов, воткнулась точно в середину мишени.

— Впечатляет, — сказала я, когда довольный Леандро опустил лук.

— Хотелось бы мне, чтобы учиться магии было также легко, как стрелять из лука.

Он положил новую стрелу на лук и натянул тетиву.

— Передвинуть несколько капель воды сложнее, чем я думал, — Леандро прицелился и отпустил тетиву. Ещё одна чёрная стрела пролетела через наш сад в Каменном переулке и воткнулась в красный кружок прямо рядом с первой.

— Ты должен набраться терпения, — сказала я. — Теперь ты уже можешь посылать сообщения?

— Иногда, — ухмыльнулся Леандро. — Бабушка очень помогла нам в этом. Если кто-то стоит совсем рядом, то иногда что-то доходит. Не хочешь тоже попробовать? — он протянул мне лук.

— С удовольствием, — ответила я и взяла лук. Он был сделан из гладкого, светлого дерева, и оказался легче, чем я ожидала. Я взяла стрелу и натянула тетиву, повторяя за Леандро. — Лидия тоже заглянет к нам?

Я отпустила тетиву, и стрела пролетела мимо мишени в кусты ежевики.

— Неплохо для начала, — ответил Леандро, и мы прошли вперед, чтобы собрать стрелы. — Лидия не приедет сюда на выходные, — тихо сказал он и вытащил стрелу из мишени. — Она захотела остаться в Тенненбоде и повторить несколько упражнений с землей. Профессор Нёлль взялся за студентов первого семестра.

— Это точно, — задумчиво ответила я и вытащила стрелу из куста ежевики. — Мне жаль, что Лидия сердится и на тебя тоже.

— Тебе не стоить переживать, — пожал плечами Леандро. — Это было решение Лидии больше поверить Скаре, чем тебе. Она не вычеркнула меня из своей жизни. А вот тебя она избегает, но со временем это пройдет. Я по-прежнему думаю, что скоро она образумится и поймет, что это не твоя вина, что мы так поздно обо всем узнали. Без тебя, мы посещали бы сейчас французский университет и вообще ничего не знали бы ни о Катерине с Тони, ни о Бальтазаре и его кознях.

— Это был бы не самый плохой вариант, — мрачно сказала я.

— Для меня нет, — серьезно ответил Леандро и внимательно посмотрел на меня своими зелеными глазами. — Мне важнее знать правду.

— Ты еще раз предупреждал Лидию?

Леандро кивнул.

— Конечно, я объяснил ей, что она должна оставаться под защитным заклинанием и мне кажется, она заметила, что для меня это на самом деле важно. Думаешь, Бальтазар знает, что мы в Шенефельде?

— Он точно это знает, — вздохнула я. — У него повсюду шпионы, потому что как только я выхожу из-под защитного заклинания, он сразу узнает об этом.