Шрифт:
Генри КАТТНЕР
Кэтрин Л. МУР
ПЕГАС
Я хочу рассказать вам о Джиме Гарри Уорте и о крылатом коне. Многие сейчас считают мифы просто турусами на колесах, сказками, которые старики рассказывают неразумным детям. В каждой стране есть свои легенды: например, в Китае я слышал о драконихах... Впрочем, не будем уклоняться; ведь я хотел рассказать вам о Джиме Гарри и волшебном коне, которого он себе добыл.
Он был высоким, худым, загорелым как орех парнем с вытянутым лицом, неуклюжим, как, впрочем, и любой подросток, когда стоял неподвижно, но в движении был полон грации, как жеребенок. У Уортов была
Джим умел ездить на них и вовсю пользовался этим умением.
Места здесь раздольные. Парнишка может лечь на спину на желтых холмах и смотреть в небо, которое больше всего мира. Он может лежать так и смотреть на плывущие облака, пока не почувствует движение планеты сквозь Вселенную, и времени для раздумий у него хоть отбавляй. Джим Гарри так л делал, я это точно знаю. У парня был мечтательный взгляд, ноги его жаждали странствий. Поначалу он не знал, что это такое. Обычно он скакал сломя голову по всей округе или бродил пешком, если не было коня. Потом, в школе, он научился читать, и Долина стала для него тюрьмой, тем более страшной, что не имела границ.
Эти мечты в его глазах и эти беспокойные ноги - они для человека проклятие и благословение одновременно. Уж я - то знаю. Бродишь тут и там, чего-то ищешь по дороге, но не знаешь, чего, и можешь никогда этого не найти.
Ты пытаешься ответить на главный вопрос, но не знаешь, каков он, и в конце концов остаешься без ответа. Когда же наконец устаешь, то готов сесть прямо на солнцепеке и размышлять, хотя в молодости такого обычно не бывает. Однако молодой Джим Гарри много думал и читал и однажды спросил про голую, безводную и старую гору Бредлоф, что высилась на юге.
– Туда никто не лазит, - ответил Энди Уорт, отец Джима Гарри.
– Но разве никто и никогда туда не ходил? Энди не верил, чтобы так было, но он собирался ехать в город за парой новых седел, поэтому разговор на том и кончился. Сара, мать Джима Гарри, не знала ничего сверх этого и посоветовала парню не забивать голову глупостями. А старший брат Том его просто высмеял.
Правду он узнал только от Танте Руш, которую одни называли paisano [Здесь крестьянка, деревенщина], а другие говорили, что когда-то она была знатной дамой и повидала Европу. Сейчас она жила в покосившейся хижине возле ручья, разводила свиней и кур - сущая ведьма с лицом, похожим на высохший грецкий орех, и глазами, сверкающими как гранаты. Люди говорили, будто она ела цикуту. Гм, вполне возможно, так оно и было. Так или иначе, она была одинокой старухой, а поскольку любила компанию, научилась слушать и поддакивать. Ребятишки заглядывали к ней поболтать, и она пыталась задобрить их скромным угощением, чтобы они остались подольше. Джим Гарри часто навещал Танте Руш, потому что она позволяла ему выговориться и не смеялась над ним, а если даже и смеялась, то по-доброму.
Танте Руш говорила, что на вершине горы Бредлоф что-то может быть.
– По-моему, там никто никогда не бывал, - говорила старуха.
– Тяжело туда подниматься, да ведь, Джим? Ты сам никогда туда не забирался?
– Возможно, конечно, там, на вершине, ничего нет. Правда, это самое высокое место на много миль вокруг, и с него видно дорогу через Долину. Мальчик отогнал курицу, клевавшую его поношенный ботинок.
–
– Нет, не видно: там горы, юноша. Ты никогда не видел океана?
– Однажды я был с папой во Фриско. И получил взбучку за то, что удрал и поехал в Саусалито... хотел забраться на Тамалпаис.
– Любишь горы?
– Да, - признался он.
– Мне нравятся высокие места. Скажи, ты слышала когда-нибудь о Пегасе?
– Нет. А кто это?
– Просто конь с крыльями. Вроде бы он живет на горе, во всяком случае спускается туда время от времени.
– О единорогах я слышала, - с сомнением сказала Танте Руш, покачивая головой.
– Рога у коня вырасти могут, но крылья, пожалуй, нет. Зачем они ему?
– Не знаю.
– Джим Гарри перевернулся в траве на спину и посмотрел на облака, плывущие к горе Бредлоф. Какое-то время он молчал, потом сонно буркнул: - Интересно, нет ли на вершине Пегаса Бредлоф?
– Я бы не удивилась, - ответила Танте Руш.
– Но ведь никто еще не доказал, что его не бывает.
– А мне кажется...
– Джим Гарри сел.
– Сегодня у меня нет никаких дел, нужно только отремонтировать сарай, а это может подождать. Пожалуй, я заберусь на Бредлоф.
– Сегодня слишком жарко, - ответила старуха, вздыхая.
– Если немного подождешь, я испеку кукурузные лепешки.
– Нет.
– Он встал и пошея, но тут же вернулся.
– У тебя найдется пара кусочков сахара?
Танте Руш нашла несколько кусочков, и Джим Гарри сунул их в карман. А потом пошел по дороге. Когда он уже исчез из виду, старуха вдруг разразилась визгливым, старческим смехом.
– Ох уж эти дети!
– бормотала она.
– Эти дети!
– В руке у нее остался один кусок сахара, она сунула его в рот и принялась сосать.
– Крылатый конь! Ох уж эти дети!
Подходя к горе Бредлоф, Джим Гарри встретил смешного, горбатого карлика, тот ковылял по тропе, опираясь на кривой посох. Человечек пронзил Джима Гарри взглядом и сказал:
– Слышал я, что идешь ты за крылатым конем, парень.
Джиму Гарри сделалось как-то не по себе и он хотел уже повернуться и удрать, но карлик вытянул свой кривой посох и преградил ему путь.
– Не бойся, юноша, - сказал он.
– Ведь ты в два раза больше меня и еще не перестал расти.
Джим Гарри выпятил грудь, чтобы выглядеть мужественнее, хотя и знал, что для своих лет слишком худ.
– Я вас не знаю, - сказал он.
– Зато я уже видел тебя в городе. Так, значит, ты отправился искать Пегаса?
Джим Гарри покраснел, решив, что карлик смеется над ним.
– Вовсе нет. Я просто гуляю.
Глубоко посаженные глаза человечка стали печальны.
– Ты быстро учишься, мальчик, и уже боишься насмешек. Иди дальше, поднимись на Бредлоф - там ты найдешь Пегаса. Но как, черт возьми, ты собираешься на него сесть? Он не даст себя оседлать, но уздечка тебе понадобится.
Джим Гарри помрачнел и принялся рисовать носком ботинка всякие узоры на песке.
– Но это ничего, знай себе поднимайся дальше. Я нисколько не удивлюсь, если где-нибудь на скале ты найдешь уздечку. Но не забывай, что Пегас принадлежит небу. Он станет твоими ногами и унесет тебя далеко-далеко; он станет твоими глазами, и ты увидишь чудесные вещи. Только не позволяй ему долго ходить по земле...