Пегас
Шрифт:
Вечером все трое вместе пообедали. Главной темой разговора, как всегда, стало предстоящее рождение ребенка. Обсуждение немного отвлекло от беспокойства за Эдмунда. Марианна убедила себя, что это всего лишь рядовое задание, ничем не отличающееся от всех остальных, и скоро муж приедет домой. Он и сам точно не знал, завтра или через день, но обещал позвонить, как только вернется на базу. Глубокой ночью гул моторов раздался снова, самолеты возвращались. Для германского нападения машин было слишком много, да и звук уже казался знакомым. Марианна лежала без сна, едва ли не с облегчением прислушивалась к глухому рокоту и ощущая слабые схватки, которые
– Хорошо спала, дорогая? – спросила свекровь, поцеловав ее в щеку. Марианна положила на тарелку тост и вареное яйцо от домашней курицы. Бекона они не видели уже почти год, война диктовала свои условия. Но собственное хозяйство исправно поставляло к столу и яйца, и курятину. Никакого другого мяса достать было невозможно. Изабелла, конечно, обратила внимание на утомленный вид снохи, но ничуть не удивилась.
– Ночью я слышала, как мальчики возвращаются домой.
– И я тоже, – ответила Марианна, радуясь завершению боевого вылета. Она с нетерпением ждала приезда Эдмунда. Он пока не позвонил, но, скорее всего, отсыпался после трудного ночного задания или добивался у начальства разрешения на отпуск, чтобы потом позвонить и точно сообщить, когда появится дома. После завтрака неутомимая Изабелла повела сноху в сад под предлогом неотложной работы.
– Розы совсем заросли! – пожаловалась она, и Марианна послушно сунула в галоши босые ноги.
Они все еще копошились на клумбе, а Чарльз читал газету в кабинете, когда дворецкий сообщил, что приехал джентльмен и хочет его видеть. Посетитель оказался давним приятелем – жившим неподалеку генералом британской армии. Чарльз мгновенно воодушевился.
– Поскорее пригласи. – Мужская компания оказалась как раз кстати. Постоянное кудахтанье Изабеллы о ребенке уже действовало на нервы: ни о чем другом жена думать не могла. Маркиз встал и пошел навстречу генералу, заранее протянув руку для крепкого пожатия.
– Бернард, старина! Какое удовольствие тебя видеть! Мы тут с минуты на минуту ожидаем рождения внука, и мои женщины способны говорить только на эту тему. Просто сводят с ума. Рад встрече! – Генерал улыбнулся забавной тираде, но, едва опустившись в кресло напротив стола, сразу стал серьезным. Он твердо решил сразу перейти к делу, не вводя Чарльза в заблуждение и не тратя время на пустые разговоры. Прямо посмотрел другу в глаза, отчего у того на миг остановилось сердце.
– Увы, плохие новости, – просто начал генерал. Из уважения к давней дружбе он решил сказать Чарльзу все сразу, причем наедине.
– Кто-то из мальчиков? – прошептал маркиз деревянными губами. Больше он не смог произнести ни слова. Генерал кивнул.
– Эдмунд, сегодня ночью. Сбит в небе над Кельном. Мы отправили туда больше тысячи самолетов. Сорок три не вернулись. Прости, мне крайне тяжело говорить тебе об этом. – Он до боли сочувствовал другу. Взяв себя в руки, Чарльз встал и принялся мерить шагами кабинет. Бернард тоже поднялся, подошел и положил ему руку на плечо. Он и сам потерял на войне двоих сыновей, а потому имел право сообщить страшную весть. Рано утром генералу позвонил командир эскадрильи, зная, что тот давно дружит с отцом пилота
– Господи, что же я скажу жене? – в отчаянии и панике воскликнул Чарльз. Этой минуты они с Изабеллой боялись, как все родители, хотя и надеялись, что беда обойдет стороной. – А невестка того и гляди родит, может быть, даже сегодня! – Генерал отлично понимал немыслимый ужас момента. Для любого отца потеря сына становилась страшной трагедией, где бы ни настигла его смерть. Утешать себя они могли только тем, что их дети отдали жизнь за родину, а не погибли бездарно, выпив лишнего и сев за руль автомобиля. Эдмунд защищал родину от врагов. Но разве отцу и матери от этого легче?
– Был бы рад чем-нибудь помочь, – произнес генерал, понимая, что не в силах ничего изменить. Оставалось только сообщить горькую правду и выразить сочувствие. Других несчастных родителей оповещали об утрате официальным телефонным звонком, а то и вообще сухой телеграммой. Генерал избавил друга хотя бы от этого шока. Чарльз в полной мере оценил доброту Бернарда и подумал о бедной Марианне. Невестку было жалко едва ли не больше, чем себя и жену. Пока он не представлял, как всем им удастся пережить трагедию, но знал, что придется справиться – хотя бы потому, что иного выхода нет.
Генерал тихо попрощался и неслышно вышел. Закрывая за посетителем дверь, дворецкий ощутил зловещее предчувствие. Несколько минут маркиз неподвижно простоял у окна, а потом медленно повернулся и на непослушных ногах вышел в сад, чтобы найти женщин. Солнце светило ядовито-ярко, птицы орали как сумасшедшие, а ладони покрылись отвратительной испариной. Казалось, наступил конец света, но показать свое состояние Чарльз не имел права.
– К тебе кто-то приезжал? – жизнерадостно спросила Изабелла. – И кто же это был? – Маркиза с улыбкой посмотрела на мужа. Его глаза сказали все и сразу. Чарльз едва заметно кивнул. Изабелла выронила секатор и схватилась за сердце, словно пытаясь прикрыть рукой рану. Да, ее только что убили. – Эдмунд? – спросила она беззвучно, одними губами, и Чарльз снова кивнул. Подошел, одной рукой обнял жену, а другой невестку. Марианна еще ничего не знала, она не понимала той стенографии, которой способны общаться супруги, прожившие вместе двадцать пять лет. Чарльзу и Изабелле много слов не требовалось, а она растерялась.
– Что случилось с Эдмундом? – Зажатая между свекром и свекровью, она начала задыхаться и вдруг испугалась. – С ним все в порядке? – Чарльз посмотрел на нее так же честно, как несколько минут назад на него самого смотрел генерал.
– Нет, – просто ответил он. – Ночью его самолет сбили над Кельном, во время той самой операции, начало которой мы видели. Тысяча бомбардировщиков. А он не вернулся.
– Его ранили? Взяли в плен? – безумно допытывалась Марианна, отказываясь понимать правду.
– Самолет разбился, – собравшись с силами, произнес маркиз, чтобы она наконец поверила. Но она все равно не поверила.
– Иногда пилоты выживают. Откуда им известно, что именно произошло? – Чарльз не захотел повторять тех страшных подробностей, которые передал перед уходом генерал: самолет взорвался в воздухе. Все закончилось мгновенно, экипаж погиб.
– Им известно, – ответил он тихо и еще крепче прижал невестку к себе, чтобы хоть немного успокоить. Изабелла стояла молча, с застывшим взглядом. Она тоже волновалась за Марианну. Им обоим было кого утешать, помимо самих себя. Бедняжка потеряла мужа и отца своего еще не родившегося ребенка.