Пегас
Шрифт:
Врач осторожно осмотрел пациентку, и она снова закричала. Чарльз, который стоял в коридоре, испуганно шмыгнул вниз по лестнице. Крики роженицы повергли его в панику. Изабелла вышла, чтобы принести старые простыни, которые приготовила к родам, и попросить у горничной еще одну стопку полотенец. Когда она вернулась, Марианну снова рвало, с каждой схваткой она впадала в безумие и начинала пронзительно кричать.
– Мерзко! Отвратительно! Я не могу делать это без Эдмунда!
– Он здесь, с тобой, – спокойно заверила Изабелла. – И всегда будет рядом. Никогда тебя не бросит. Просто постарайся услышать его голос. Он не допустит ничего плохого. – Марианна посмотрела внимательно, внезапно успокоилась и перестала кричать. Именно такие
– Не могу, не могу! – зарыдала она, но неодолимая сила вновь подступила, вырвав из груди долгий пронзительный вопль, ответом которому стал тоненький, но сильный и требовательный голосок. Марианна изумленно взглянула и увидела между ног маленькую головку.
– О господи! – воскликнула она и улыбнулась сквозь слезы. Младенец оказался темным, как и Эдмунд, а Изабелле даже показалось, что он в точности похож на отца. Доктор приказал не лениться и снова тужиться; спустя мгновение ребенок выскользнул полностью и раскричался по-настоящему. Мечта Эдмунда исполнилась: родилась девочка. С победной улыбкой на мокром от слез лице Марианна откинулась на подушки.
– Крошка очень похожа на Эдмунда, – шепнула Изабелла, тоже рыдая от радости и горя. Марианна и сама видела, что дочка – точная копия мужа. Доктор перерезал пуповину, завернул девочку в маленькое одеяльце, заранее приготовленное заботливой бабушкой, и приложил к материнской груди. Теперь уже ни у кого не осталось сомнений, что от мамы красавице достались только большие голубые глаза, а остальные черты она унаследовала от папы.
Все трое дали волю чувствам. Когда же наконец поток восторгов и восхищений слегка истощился, Изабелла положила внучку в плетеную колыбель, помогла привести в порядок молодую мамашу, искупала и запеленала малышку и снова отдала Марианне. Доктор остался доволен работой, роды прошли без осложнений и очень быстро: от начала схваток до появления на свет младенца прошло не больше четырех часов. Скорее всего, процесс начался еще вчера вечером, но Марианна находилась в таком тяжком эмоциональном и физическом состоянии, что не поняла, что происходит. Изабелла на несколько минут вышла из комнаты, чтобы разыскать новоиспеченного деда и поделиться радостной новостью. Чарльз сидел в кабинете и пил неразбавленное виски. Что ж, маркиз заслужил порцию успокоительного средства, подумала она и удержалась от комментариев.
– Поздравляю, сэр, у вас чудесная внучка! – Она обошла вокруг стола, поцеловала мужа в щеку и без лишней скромности приложилась к его стакану. Лорд Хавершем улыбнулся: ему досталась не просто хорошая, а выдающаяся супруга. Последние два дня она держалась великолепно – впрочем, как и всегда. За двадцать пять с лишним лет брака Изабелла ни разу не подвела, и он точно знал, что никогда не подведет.
– Как чувствуют себя девочки? – не скрывая тревоги, уточнил Чарльз. Нервы едва выдерживали напряжение.
– Обе справились прекрасно. Ребенок крупный, но Марианна держалась стойко. Малышка очень похожа на Эдмунда. – Дедушка выглядел довольным, хотя и слегка разочарованным: он ждал внука, наследника и продолжателя фамилии.
– Но слушать душераздирающие крики было невозможно.
– Это нормально. Забыл, что в свое время я дважды едва не разнесла дом? Впрочем, ты, скорее всего, был слишком пьян, чтобы что-нибудь заметить.
– Или уехал на охоту. – Впервые за два дня губы Чарльза изогнулись в слабом подобии улыбки. Несмотря на огромную потерю, только что произошло счастливое событие: теперь у них появилась частичка погибшего сына.
– Хочешь посмотреть? – предложила Изабелла, но муж испуганно
– Пусть хотя бы немного придут в себя. – Изабелла кивнула и вернулась к Марианне. Доктор вскоре попрощался, пообещав приехать на следующий день: пришлось зашить несколько разрывов, чему не следовало удивляться, учитывая размеры ребенка. Он предупредил, что первое время будет немного больно. Боль действительно не заставила себя ждать, но Марианна с восторгом смотрела на дочку, а свекровь встретила светлой улыбкой.
– Красавица, – нежно проговорила она, прикоснувшись к крохотным пальчикам, и раскрыла пеленку. Девочка выглядела безупречно.
– Как ты ее назовешь?
Марианна задумчиво посмотрела в фиалковые глаза.
– Вайолет, – умиротворенно ответила она. Слова мудрой свекрови успокоили и убедили, что Эдмунд навсегда воплотился в новорожденной дочери. – Вайолет Эдвина Александра Изабелла Шарлотта Бейли. – Маркиза рассмеялась: молодая мама сумела собрать воедино имена отца, бабушек и дедушек, ведь для Эдмунда этот ребенок останется единственным. Трогательное внимание.
– Ах, господи! – воскликнула она. – Да с таким величественным списком нашей крошке придется выйти замуж по меньшей мере за князя, а то и за герцога. И восседать на троне.
На самом же деле выбор порадовал Изабеллу. Она с нежностью посмотрела на своих девочек. Марианна лежала, не выпуская из рук дочку. Она думала об Эдмунде, ощущала его близость и как-то незаметно погрузилась в сон. Малышка сладко зевнула и тоже уснула. Изабелла бережно поправила одеяло и неслышно вышла из спальни. Впереди ждали многочисленные дела, и ни одно из них не было столь же радостным, как знакомство с только что родившейся внучкой. Предстояло организовать поминальную службу, а для этого требовалось немало выдержки и душевных сил. Совместный путь Марианны и Вайолет только начинался. А ее путь с сыном подошел к концу. Круг замкнулся слишком быстро.
Глава 22
В июле, во время гастролей в Калифорнии, Николас получил письмо от друга. Алекс сообщил, что Марианна родила дочку, но потеряла мужа, причем произошло все это в течение двух дней. О своих делах он ничего не рассказывал, но Николас предполагал, что жизнь в германской провинции текла тихо и мутно. А вот на фронте события развивались бурно – как на советском направлении, так и в Северной Африке, однако союзным войскам еще не удалось переломить ход войны. Больше всего Николаса интересовала обстановка в Тихом океане. От Тобиаса известия приходили редко, хотя он и написал Кате, что мечтает жениться в Рождество. А если не удастся получить увольнение, то во время следующего отпуска. При каждой встрече девушка говорила только о женихе и о предстоящей свадьбе: планы на будущее вселяли надежду и помогали ждать.
В середине августа Николас жадно прочитал в газете о первой американской воздушной атаке в Европе, на территории оккупированной гитлеровцами Франции. Кроме того, Соединенные Штаты присоединились к Англии в бомбежках германских городов.
Цирк переехал в Сан-Франциско и на два дня обосновался в Окленде. Ближе к вечеру, как всегда перед выступлением, Николас до блеска начищал ботинки. Кристиана не раз предлагала помощь, однако он неизменно улыбался и отвечал, что эту работу мужчина обязан выполнять самостоятельно. Бывший немецкий граф умел всегда выглядеть безупречно, будь то фрак с белой бабочкой или рабочая одежда. Сейчас, машинально водя щеткой, Николас слушал радио и пропустил звук остановившегося возле трейлера велосипеда. А когда поднял голову, увидел юношу в форме почтовой компании «Вестерн Юнион». Дрожащей рукой тот подал пакет, и Николас со страхом его взял. С некоторых пор телеграммы вызывали у него ненависть. Посыльный убежал прежде, чем адресат успел распечатать конверт. Он стоял, снова и снова перечитывая расплывавшиеся строчки и не понимая ни слова. Не желая понимать.