Пегасы
Шрифт:
Фухе объявил, что есть два способа избавления Дюмона.
Первый. Повесить шефа полиции на виселице за котелок. При этом с помощью смазки из меда, излишнего веса и укусов пчел Дюмон выскочит из него за минуту.
Второй. Нагреть котелок паяльной лампой до красного свечения, при этом он расширится, и любимый начальник сможет с легкостью освободиться из плена.
Заведующая складом Мадлен заявила, что не даст бензина для этих дурацких экспериментов с огнем.
Дюмон с радостью с ней согласился. Но тут его, видимо, снова укусила пчела, и
Комиссар потребовал занести все сказанное в протокол, чтобы в дальнейшем, при непредвиденном повороте событий, он никак не пострадал.
Дюмону все сказанное не понравилось, и он завел было песню про личную ответственность и высокие моральные... Но тут в котелок на запах меда залетел шершень, и все обитатели улья, включая шефа полиции, стали его выгонять.
В понедельник в Австралии пронесся ураган, и всех крокодилов и сумчатых крыс-опоссумов забросило на Северный полюс.
6. КРЕКЕРЫ, МАРЦИПАНЫ И РАБИНОВИЧИ
Несмотря на страшную засуху, могильные камни на кладбище в Антарктиде не треснули, а что касается хомяков, то их численность резко сократилась в связи с увеличением закупочных цен на зерно.
Заместитель шефа полиции Ларри Лардок не обманул ожиданий сотрудников и благополучно скончался. Его так и хоронили с медалями и орденами на груди и утюгом фирмы "Ямаха" в голове. Гроб изготовили бесплатно на радостях представители уголовного мира и торжественно вручили Дюмону. Дюмон, не разобравшись, стал скандалить, что он-де не позволит издеваться над шефом поголовной полиции посредством дарения ему гроба, даже если тот бесплатный!
Габриэля Алекса судили за непреднамеренное убийство, но его друг Фердинанд Фухе подключил все свои связи, и процесс затянулся. На заключительном слушании дела, когда мнения присяжных разделились примерно поровну, Фухе нанес обвинению сокрушительный удар. Оказалось, что Ларри Лардок незадолго до смерти взял у Габриэля Алекса взаймы на три кружки пива, о чем имелась его расписка, и отдавать категорически отказался.
Приняв во внимание это обстоятельство, присяжные единогласно заявили, что убийство Лардока в таком случае является чуть ли не обязательным следствием займа, а уж судить за такое - это слишком.
Алекса оправдали.
Он тут же, не вставая со скамьи подсудимых, заявил репортерам, что подаст аппеляцию.
– Ну зачем тебе, дураку, аппеляция?!
– возмущался Фухе.
– Живи и радуйся!
– Все подают!
– угрюмо стоял на своем Алекс.
– А я что, хуже?
Дюмона по его просьбе повесили, но наспех и неумело, так как штатного палача давно уволили из-за дефицита городского бюджета.
Дюмон, конечно, сорвался. По традиции котелок намылили, и он соскользнул. При падении шеф сломал ногу и на время забыл о пчелах. Второй раз вешать уже нельзя, это все знали.
К тому же у шефа полиции очень не вовремя заныл больной зуб, и он промаялся две ночи
Дюмон с радостью согласился. Он имел в виду, что сначала снимут котелок, за те же деньги. Но дантист заявил, что, во-первых, некуда давать наркоз, а, во-вторых, через дырочку в кастрюле рвать зуб невозможно: щипцы не пролезут. Наконец, при осмотре дантиста укусила пчела, и он включил это в счет за лечение.
Дюмон был в отчаянии, несмотря на то, что врач посоветовал давать обезболивающее через дырочку в котелке, пока что-нибудь не придумают.
Срочно была организована планерка в управлении поголовной полиции. На повестке дня стояли два вопроса.
Первый: как вырвать зуб Дюмону.
Второй: как освободить его же от пчел и проклятого горшка.
По первому вопросу выступил Фухе. Он предложил просунуть в дырочку крепкую нитку, привязать там ее к зубу и как следует дернуть тягачом. При этом, кстати, может слететь и котелок.
Дюмону это не понравилось, и он прогудел изнутри, что если зуб не пролезет в дырку, оторвется голова вместе с котелком.
Фухе ответил, что это его не касается, и пусть Дюмон, если хочет, подыхает в своем улье. А он, видите ли, может посоветовать, как выгнать пчел.
Пункс, который немного укрепил здоровье и присутствовал на планерке, сразу же спросил:
– Как?
Фухе сказал, что есть у него на примете небольшой стотонный пресс, и если им несколько раз хорошо врезать по кастрюле, то пчелы не выдержат шума и уберутся. А если к тому же кастрюля сплющится, то шеф сможет вернуться в родной коллектив.
Пулон тоже приполз на собрание и сказал, что от грохота, наверняка, пострадают уши начальства.
Фухе парировал этот выпад. Он заявил, что пускай Дюмон замажет свои драгоценные уши воском из сот, благо далеко ходить не надо.
Пункс сообщил, что если не рассчитать точно силу удара, может пострадать прическа шефа.
Шеф полиции завопил из кастрюли, как резаный, что они все измываются над начальством и что он им всем задаст по первое число.
Тут пришла Мадлен с паяльной лампой. Она сказала, что ей это все уже надоело. Все дорожки в управлении закапаны медом, а все мужики тупоголовые ослы. А она вот сама все сделает. Затем она заправила лампу и схватила шефа за ноги. Дюмон сильно кричал.
Кастрюля раскалилась. Первыми не выдержали пчелы. Потом Дюмон вырвался и заметался по комнате в поисках воды. Фухе подставил ему ножку. Начальство стало падать, зацепилось кастрюлей за собственный костыль и, наконец, освободилось из плена.
Мадлен стала макать голову многострадального шефа в ведро с водой и оттирать ее тряпкой. Дюмон даже не пискнул. Он широко улыбался и хотел любить всех.
Габриэля Алекса по его же просьбе снова судили и припаяли на этот раз пять лет омоложения до трех лет. Оказалось, что расписка Лардока о займе денег была фальшивой.