Пекарня Чудсов. Щепотка волшебства
Шрифт:
– А как еще меня можно назвать? – раздался низкий голос из темного угла.
Роз не поверила глазам: толстый серый котяра, круглый, как шар для боулинга, вылез из-за ящика и по пологому трапу забрался на вращающийся разделочный стол из дерева. Усевшись, он принялся вылизывать шерсть под передней лапой, которая в сравнении с пухлой мордочкой и шарообразным туловищем выглядела довольно худой. Но поразительнее всего были уши: они не стояли прямо, как у обычных кошек, а были завернуты внутрь мягкими волнистыми комочками.
– Балтазар,
– Ого! – изумился Алфи. – Ваш кот умеет говорить?
– К несчастью, да, – ответил старик. – Забрел на кухню в доме моих родителей, когда мне было пятнадцать, и запустил когтищи в «Болтливые крекеры с чеддером», которые я испек. С тех пор чешет языком без умолку.
– Раз уж этот старик не желает представить меня должным образом, позвольте, я сделаю это сам, – промолвил кот с интонацией дворецкого из особняка в предместье Лондона. – Меня зовут Аспарагус Зеленый, для вас – просто Гус.
– Но ты же вовсе не зеленый, а скорее темно-серый, – возразил Алфи.
– Пустяки, не обращай внимания. – Кот медленно моргнул. – Я – скоттиш-фолд, шотландский вислоухий кот, и…
– Это что, род войск такой? – перебил Алфи.
– Это название моей породы. Я – скоттиш-фолд чистейших кровей, отсюда мои элегантные прижатые уши. Правда, я не шотландец. Мои дражайшие покойные родители были из Лондона. А вы кто такие?
– Это моя праправнучка Парди Чудс, – начал представлять Балтазар, – ее муж Альберт и их дети с травяными именами: Базилик, Шалфей, Тимьян и Майоран.
– Розмарин, – шепотом поправила Роз.
– Да-да, – кивнул Балтазар. – И к нам они приехали затем, чтобы… – Он обернулся к Парди: – Кстати, зачем вы приехали?
– Нам нужен перевод Книги, – робко ответила Парди. – Срочно.
– С чего вдруг? – удивился Балтазар. – Не можете воспользоваться своей?
– Наш экземпляр в настоящее время… недоступен.
– Что значит «недоступен»?
Роз и остальные уселись за столик на террасе, и Парди поведала всю правду о Лили.
– Поэтому, если мы хотим выиграть конкурс, нам нужен второй экземпляр Книги, – подвела итог Парди.
Балтазар слушал, скрестив руки на обтянутой кардиганом груди, и с каждой минутой лицо его багровело все сильнее. Когда Парди закончила рассказ, его кустистые черные брови сошлись на переносице. Балтазар встал из-за столика и с сердитой гримасой скрылся за дверью кухни.
Минуту спустя он вернулся, держа в руках пыльный фолиант толщиной не менее тридцати сантиметров в переплете из старой, рассыпающейся кожи. Балтазар бережно положил книгу на столик и легонько подул на обложку. В лицо Лик полетело облачко темной пыли.
– А что, в Мексике считается хорошим тоном сдувать пыль в лицо малолетним детям? – кашляя, осведомилась Лик.
От неожиданности Гус вскочил и уронил в металлическую миску профитроль, из которого вылизывал
– Простите, мне послышалось или этот ребенок действительно высказался в манере взрослой дамы? – воскликнул он.
– Ну разумеется, – возмутилась Лик. – И кто бы удивлялся, только не говорящий кот!
Роз принялась разглядывать книгу, которая была больше ее головы. На обложке были выведены незнакомые символы.
– Что здесь написано?
– «Поваренная книга Чудсов». Это на сасанидском, – пояснил старик. – Сасанидский – мертвый язык племени древних шаманов на землях Благодатного Полумесяца. Они готовили лекарственные снадобья из пшеницы, меда и прочих сладких ингредиентов и были первыми волшебными пекарями. – Балтазар вытащил из-под задней обложки Книги тоненькую стопку пергаментных листов и положил их на столик. Это были рецепты на английском языке, переписанные каллиграфическим почерком. Все строчки были идеально ровными. – Вот переводы, которые я успел сделать. Девять штук.
– Всего девять? – Альберт удрученно поскреб бороду, а потом расставил руки, чтобы проветрить вспотевшие подмышки.
– Вы хоть представляете, как сложно переводить с сасанидского? В таком важном деле не должно быть спешки!
– Он очень… дотошный, – прокомментировал Гус.
– И это мне говорит кот! – осадил питомца Балтазар.
– До начала конкурса нам нужно изучить как можно больше рецептов, – сказала Парди.
– А когда начало? – уточнил Альберт.
– Послезавтра. – Парди нервно убрала со лба взмокшие пряди. – Уже через пару часов мы вылетаем в Париж. Кажется, плохо наше дело.
Сердце в груди Роз заколотилось как сумасшедшее. Все закончилось, не успев начаться. Полагаясь только на собственные умения, ей никак не победить Лили, у которой есть Поваренная книга Чудсов. Все было бы иначе, знай Роз сасанидский язык, но теперь…
Балтазар выпятил нижнюю губу и задумчиво посмотрел на небо.
– Придется вам взять меня с собой, – кашлянув, заявил он. – Пойду собирать чемоданы.
Глава 3
Господин распорядитель
Роз беспокойно ерзала в кресле «Боинга-747», на котором вся ее семья летела в Париж. Освещение в салоне приглушили, тихий рокот реактивных двигателей убаюкивал, однако сон к Роз не шел.
Прапрапрадедушка Балтазар, сидевший по другую сторону от прохода, громко храпел. Уже целый час Роз наблюдала, как тонкая ниточка слюны то свисала из уголка его рта, то втягивалась обратно, вниз-вверх, словно игрушка йо-йо, подрагивая во время особенно мощных всхрапов, в то время как кот по имени Гус, упакованный в детский рюкзачок-кенгуру на вздымающейся широкой груди Балтазара, возмущенно глядел по сторонам.