Пентаграмма
Шрифт:
День выдался действительно дерьмовым, но сейчас все изменится, сейчас он станет идеальным. Том поднял пистолет.
Харри, тяжело дыша, прислонился к задней стенке, ожидая, когда же лифт поедет. Он только что задернул решетку и нажал на кнопку с надписью «Подвал». Дверь дернулась, снаружи послышалась ругань Волера.
— Эта чертова дрянь не хочет ехать, — прошептал Свен и встал на колени возле Харри. Лифт дернулся, как будто икнув, но никуда не поехал. — Если этот долбаный лифт так туго соображает, он быстрее
— Заткнись, — тихо сказал Харри. — С лестницы в подвал не попасть: дверь заперта.
За круглым окошком шевельнулась тень.
— Ложись! — крикнул Харри и толкнул Олега к решетке.
Со звуком пробки, вытягиваемой из винной бутылки, пуля попала в лжепалисандровую панель над головой Харри. Он подался к Олегу и потянул за собой Свена. В то же мгновение лифт снова дернулся и со скрипом пополз вниз.
— Да чтоб тебя! — шепотом выругался Свен.
— Харри… — начал Олег.
Послышался шум бьющегося стекла, и Харри непроизвольно зажмурил глаза от осколков, но успел заметить между прутьями решетки торчащий из окошка кулак прямо над головой Олега.
— Харри! — Крик Олега заполнил все: уши Харри, нос, рот, горло.
Он словно тонул в этом крике. Открыв глаза, Харри увидел широкие зрачки Олега, его губы, искривленные в гримасе боли и паники, и большую белую руку, вцепившуюся в длинные волосы мальчика. Олег оторвался от пола.
— Харри!
Потом Холе не видел ничего, вглядывался, но не видел. Белая паника застилала все. Но он слышал. Слышал крик Сестрёныша.
— Харри!
Слышал крик Эллен. Крик Ракели. И все звали его на помощь.
— Харри!
Белизна перед глазами постепенно темнела. Он теряет сознание? Крики становились тише, словно угасающее эхо. Его сознание куда-то плыло. А ведь они правы. Он всегда убегает в самый ответственный момент. Старается исчезнуть. Пакует чемодан. Открывает бутылку. Запирает дверь. Пугается. Слепнет. Они всегда правы. В конечном итоге всегда.
— Папа!
Харри ударили в грудь ногой. Он снова прозрел. Перед ним в воздухе дергался Олег: Волер вцепился в него железной хваткой. Лифт остановился. Харри сразу понял почему: сместилась решетка. Харри посмотрел на Свена, который с застывшим лицом сидел рядом.
— Харри! — крикнул Волер с той стороны. — Пускай лифт обратно, или я пристрелю мальчишку.
Харри встал и тут же упал, успев увидеть то, что хотел. Дверь четвертого этажа была на полметра выше, чем лифт.
— Если ты будешь стрелять оттуда, убийство окажется у Тангена на пленке, — сказал Харри.
Он услышал тихий смех Волера.
— Скажи мне, Харри, была бы у тебя действительно тяжелая кавалерия, наверное, уж давно прискакала бы?
— Папа… — простонал Олег.
Харри закрыл глаза:
— Послушай, Том. Лифт не пойдет, пока я нормально не закрою решетку. Твоя рука между прутьями. Отпусти Олега, чтобы я закрыл ее.
Волер снова рассмеялся.
— Думаешь, я дурак, Харри? Решетку нужно подвинуть на пару сантиметров,
Харри посмотрел на Свена, но тот глядел пустыми глазами вбок.
— Ладно, — сказал Харри, — но на мне наручники. Надо поднять Свена, а он совсем никакой.
— Свен! — крикнул Волер. — Ты меня слышишь?
Свен вяло поднял голову.
— Свен, помнишь Лодина? Твоего предшественника из Праги?
Эхо гремело на лестнице. Свен громко сглотнул.
— Его голову в токарном станке? Свен! Хочешь попробовать?
Свен, покачиваясь, встал на ноги. Харри схватил его за плечо и притянул к себе.
— Ты понимаешь, что нужно сделать, Свен? — крикнул он в бледное сомнамбулическое лицо, свободной рукой доставая из заднего кармана ключ. — Ты должен сделать так, чтобы решетка больше не дергалась. Слышишь? Держи ее, когда мы поедем. — Харри указал на одну из круглых стертых кнопок на панели.
Свен апатично смотрел, как Харри отпирает ключом наручники. Затем кивнул.
— Хорошо! — крикнул Харри. — Мы готовы! Задвигаем!
Свен встал к решетке спиной, взялся за нее обеими руками и потянул вправо. Прутья потянули руку Волера за собой. Он застонал. Контакты на решетке и на полу тихо щелкнули.
— Готово! — крикнул Харри.
Пауза. Харри отошел в сторону и посмотрел вверх. В маленький просвет между краем окна и плечом Волера он увидел два взгляда: широко открытый, злобный глаз Волера и рядом слепое черное дуло пистолета.
— Поднимайтесь, — приказал Волер.
— Если пощадишь мальчика, — ответил Харри.
— Договорились.
Харри медленно кивнул и нажал на кнопку.
— Я знал, что в конце концов ты образумишься, Харри.
— Само собой.
Он увидел, как Волер нахмурился, — может быть, заметил, что с запястья Харри свободно свисает наручник, и ему это не понравилось. А может, ему тоже стало ясно: момент настал.
Трос предостерегающе заскрипел, лифт вздрогнул. В то же мгновение Харри шагнул вперед, встал на цыпочки, и стальной браслет с глухим щелчком сомкнулся вокруг запястья Волера.
— Что за… — начал Волер.
Харри поджал под себя ноги. Наручники врезались в кожу обоим: девяностопятикилограммовый Холе тянул Волера вниз. Тот пытался сопротивляться, но ушел в окошко по плечо, полностью его закрыв.
Дерьмовый день.
— Черт! Отпусти меня!
Том кричал, прижимаясь плечом к холодной железной двери. Он пытался вытянуть руку, но вес был слишком велик. В ярости он кричал и со всей силы молотил пистолетом в дверь. Так не должно было случиться. Они все разрушили. Они разрушили, разметали его замок, как будто он был из песка, а теперь стоят и смеются. Но он им покажет, однажды он им всем покажет! И тут он почувствовал… Прутья решетки терлись о предплечье — лифт поехал. Но не туда. Вниз. Горло стянуло, словно веревкой. Он понял: ловушка захлопнулась. Лифт превратился в медленную гильотину. Скоро проклятье настигнет его.