Пепел победы
Шрифт:
– Разумеется, ваше величество, – согласилась графиня, хотя при упоминании имени Кромарти глаза ее блеснули гневом.
– Уверена, вы понимаете, зачем я вас пригласила, – сказала Елизавета, жестом указывая на кресла.
– Думаю, да, ваше величество, – сказал Высокий Хребет.
Декро молча кивнула. Елизавета ждала реакции Нового Киева. Графиня, однако, лишь взглянула в сторону барона и тоже кивнула.
Сердце Елизаветы упало. Коль скоро они предоставили вести разговор Высокому Хребту, и без того слабая надежда достичь компромисса становится и вовсе призрачной…
– Полагаю, –
– Совершенно верно, – сказала Елизавета, решив сразу взять быка за рога. – И начать я хочу с расстановки сил в палате лордов – в той мере, в какой она соотносится с формированием кабинета.
– Понятно.
Барон откинулся в кресле и сложил пальцы домиком под подбородком, ожидая продолжения.
Напомнив себе о том, что у нее больше нет Аллена, который заставлял бы ее сдерживать свой норов и необходимо делать это самой, королева продолжила:
– Уверена, вы в курсе того, что центристы и лоялисты Короны не располагают в Палате абсолютным большинством. Правительство добилось действующего большинства, но оно стало возможным в результате поддержки двух дюжин не примкнувших ни к каким партиям пэров.
– Так и было, – согласился барон и склонил голову набок, словно спрашивая, к чему она клонит.
Елизавета подавила прилив гнева. Она всегда знала, что Высокий Хребет – как бы он ни кичился своим происхождением – человек мелкий, черствый и эгоистичный. Но она не подозревала, что он настолько недалекий… ибо только очень недалекий человек умышленно полез бы в конфронтацию с королевой Мантикоры.
– Перейдем непосредственно к вопросу, – сухо сказала она. – Со смертью герцога Кромарти правительство утратило большинство в Палате. Вы это знаете, и я это знаю. Поддержка беспартийных пэров основывалась главным образом на личных контактах. Лорд Александер, логичный преемник премьера, таких контактов не имеет, а без поддержки большинства не может в соответствии с Конституцией сформировать кабинет.
– Истинно так, ваше величество, – полушепотом подтвердил барон.
Длинное гибкое тело Ариэля, лежавшего на плечах королевы, сотрясло низкое, на грани слышимости рычание: кот слишком хорошо различал вкус эмоций этого человека.
– Сейчас неподходящий момент для политического кризиса, – напрямик рубанула она. – Я пригласила к себе вас, виднейших лидеров оппозиции, чтобы попытаться заручиться вашей поддержкой. Как ваша королева я прошу осмыслить проблемы – и возможности, – проистекающие из недавнего поворота в ходе войны. Мне бы хотелось получить ваше согласие на формирование коалиционного правительства во главе с лордом Александером на время до завершения конфликта.
– Ваше величество, – начал было Высокий Хребет, – я прошу прощения, но…
– Это продлится недолго, – перебила его Елизавета, не сводя глаз с графини Марицы. – Адмиралтейство и гражданские аналитики сходятся на том, что война закончится в ближайшие шесть, максимум девять месяцев. Я прошу об одном: поддержать нынешний курс до тех пор, пока Королевство и его народ не одержат победу. Которая уже близка.
– Прошу прощения, ваше величество, – твердо сказал Высокий Хребет тоном наставника, выговаривающего
– Милорд. – Елизавета оскалила зубы. Даже самый доброжелательный зритель вряд ли назвал бы это улыбкой. – Я свято верю в силу убеждения. Не сомневаюсь, если вы действительно озаботитесь этим, вы сумеете… убедить Ассоциацию консерваторов поддержать вас.
Барон едва заметно вздрогнул. О партийной дисциплине среди консерваторов ходили легенды, все знали, что ее члены голосуют так, как велит Высокий Хребет, однако он не ожидал, что королева, хоть и в косвенной форме, сошлется на этот факт. Впрочем, замешательство барона было кратким, и он воздел руки в жесте сожаления.
– Еще раз простите, ваше величество, но для Ассоциации консерваторов поддержка коалиционного кабинета во главе с лордом Александером неприемлема.
– Понятно, – стальным голосом сказала Елизавета и обратилась к Декро: – А что скажут прогрессисты?
– Ах, боже мой, – вздохнула Декро, – мне так хотелось бы угодить вашему величеству, но, боюсь, это невозможно. Совершенно невозможно.
Елизавета кивнула и перевела пристальный взгляд на графиню Марицу. Та заморгала, подбородок ее заметно порозовел, но глаз она не отвела.
– Боюсь, ваше величество, что либеральная партия тоже считает невозможным поддержать кандидатуру лорда Александера в качестве премьера.
Елизавета откинулась в кресле, и температура в кабинете заметно упала.
Графиня Нового Киева нервничала, хотя старалась это скрыть, Декро всем своим видом изображала беспомощную жертву обстоятельств, и лишь Высокий Хребет держался под ледяным взглядом королевы совершенно спокойно.
– Я просила вас по праву вашего монарха пойти мне навстречу в интересах Звездного Королевства, – холодно произнесла Елизавета. – Я не призывала вас отказываться от своих принципов, принимать или делать вид, будто вы принимаете, любую идеологию, не согласующуюся с вашими убеждениями. Моя единственная забота сводится к сохранению лидера, способного победоносно завершить войну и установить прочный, длительный мир. Я прошу вас встать выше партийных разногласий и оказаться достойными нынешнего исторического момента.
Она умолкла, но ответа на последовало. Все приглашенные тоже выжидающе молчали. Почувствовав, что с трудом удерживается в рамках приличий, Елизавета напомнила себе, что ее долг – добиться от этих людей компромисса.
– Хорошо, – сказала она, – выложим карты на стол. Я в курсе того, что ваши три партии вместе взятые обладают достаточным количеством голосов в палате лордов, чтобы сформировать правительство. Я также понимаю, что вы трое контролируете достаточное количество голосов, чтобы не дать сформировать правительство лорду Александер, несмотря на безусловное большинство, которым обладают центристы и лоялисты в палате общин. И я знаю, в чем причина – в чем истинная причина – вашего отказа сформировать коалиционное правительство.