Пепел врага
Шрифт:
– Ты дослушай, – просительно произнес невидимый собеседник. – У московских покровителей Кривонравова-младшего один хозяин. И сидит он в Чечне.
Теперь Бойцов буквально прилип к трубке. Он старался не пропустить ни единого слова, расслышать каждый звук. Инстинкт спецназовца подсказывал ему, что Верещагин вышел на тропу, которая может привести к выскользнувшему из западни зверю.
– Фамилия этого аксакала – Ганиров. Беслан Ганиров.
Напряженно барабаня по поверхности стола костяшками пальцев, Бойцов коротко бросил:
– Я
Группа Бойцова прибыла к дому под красной черепичной крышей вечером. Спецназовцы еще не успели отдохнуть после операции, проведенной на базе. Но на их лицах, как ни всматривался командир, нельзя было найти ни тени усталости. Охотничий азарт действовал сильнее любого допинга.
Вычислить местонахождение Беслана Ганирова не составило особого труда. Старик не скрывал своего места пребывания, а дом – это не замаскированный бандитский схрон. Получить разрешение на проверку тоже было не сложно. Хотя в республике и работала очередная проверка, контролирующая обоснованность пресловутых зачисток, разрешение было получено без промедления. На слишком уж крупного зверя охотилась группа Бойцова. Ставки были слишком велики, да и полковник Бородавник надавил по своим каналам.
Приближалась полночь. Два часа наблюдения за домом ничего не дали. Днем вести наблюдение за домом было практически невозможно. В полуразрушенном селении чужаки вряд ли бы смогли долго оставаться незамеченными. Бойцов не был уверен, что их уже не обнаружили и не сообщили о прибытии группы хозяину дома под красной черепичной крышей. Он хорошо знал, как чеченцы умеют передавать новости по беспроволочному телеграфу. Особенно если эти новости не очень хорошие.
Но и в дом войти было непросто. Самой главной проблемой были его размеры. По самым приблизительным оценкам, в доме, судя по его площади, насчитывалось с десяток комнат.
Наблюдавший за объектом Шваб, не отрываясь от бинокля с ноктовизиром, успел поделиться этим соображением с командиром:
– Есть где затихариться!
Операция проходила по линии военных, поэтому ни резвых омоновцев, ни бесшабашных собровцев рядом не было. Такие акции не терпят лишней суеты. Поэтому Бойцов приказал солдатам пока сидеть тихо и без нужды не высовываться.
Выбрав трех наиболее, на его взгляд, смышленых, он приказал:
– Так, воины, сейчас мы направляемся к воротам. Вежливо постучим и попросим хозяина впустить. А ты, – он обратился к водиле бэтээра, – держи свою тачку под парами. Возможно, придется таранить ворота.
Белобрысый паренек с лицом, на котором виднелись ямочки от перенесенной оспы, бодро ответил:
– Есть, товарищ майор…
Когда Бойцов с солдатами направлялся к воротам, его люди, прижимаясь к забору, обходили объект с флангов. Бойцов знал, что обитатели дома, услышав рокот следующего за ним бэтээра, наверняка проснулись. Но вот что они решат предпринять, майор знать не мог.
Вопреки ожиданию ворота таранить не пришлось. На
– Чего надо? – спросила она.
– Открывай, – лаконично бросил Бойцов.
Его ладони грели цевье «калашникова». Стараясь рассмотреть двор, он вытянул шею. Но ничего, кроме узкой полосы и бледного лица женщины, не увидел.
Створки ворот бесшумно разошлись. Женщина жмурила глаза, прикрываясь рукой от яркого света фар бэтээра.
Обгоняя Бойцова, в ворота прошмыгнул солдат, толкнув плечом женщину. Через долю секунды раздался его радостный крик:
– Заходите. Тут чисто.
Солдат явно поторопился. Еще оставаясь возле ворот, Бойцов инстинктивно почувствовал присутствие во дворе врага. Войдя внутрь, он окинул взглядом площадку перед домом. И лишь потом поднял глаза вверх. Секунды промедления было достаточно, чтобы человек, возникший из темноты на балконе второго этажа, вскинул гранатомет.
Всаженная в упор граната разворотила башню бэтээра. Но гранатометчик не увидел результатов своего удачного выстрела. Срезанный автоматной очередью, он вскинул руки и повис на перилах. А из дверного проема уже летела очередная порция свинца.
Сгруппировавшись, Бойцов в прыжке сбил стоявшего перед ним солдатика с ног. Тот вскрикнул, упал, выставив перед собой руки. Бойцов придавил его своим телом. Солдат стоял на линии огня, и это был единственный способ спасти его.
Уже в падении Бойцов открыл ответный огонь. Он продолжал жать на курок, не давая солдату подняться. Двое других успели спрятаться за гудевшими от пуль створками ворот.
А вот женщине повезло меньше. Истошно крича, она каталась по замощенному плитками дворику, хватаясь руками за простреленные ноги.
Вдруг дворик озарился нестерпимо ярким светом. Это подоспевший Шваб, выглянув из-за угла дома, швырнул гранату, заставившую стрелка замолчать.
С тыла дома также раздавались выстрелы. Там вступили в бой Гном и Ступа. Судя по канонаде и характерному звуку рикошета пуль, отскакивающих от кирпичной стены, спецназовцы накрыли плотным огнем окна, из которых отстреливались боевики.
Но Бойцов на эту какофонию не обращал внимания. Вскочив, он рванул к двери. Следом за ним, покинув свое укрытие, мчался Шваб, а за ним летел спасенный солдатик.
Оказавшись в темном узком коридоре, Бойцов выпустил длинную очередь, расчищая себе путь. Он ориентировался в темноте с ловкостью хищника, вышедшего на ночную охоту. Даже не включая инфракрасного прицела, он бил наверняка.
Шваб, поддерживающий командира огнем, действовал столь же безошибочно. Оставив в коридоре два трупа боевиков, спецназовцы, продолжая работать в паре, занялись проверкой помещений. Они двигались от комнаты к комнате, общаясь на языке жестов. А наверху проникшие на второй этаж при помощи заранее приготовленных шестов Гном и Ступа делали то же самое дело. Судя по редким выстрелам, их миссия заканчивалась.