Перед бурей
Шрифт:
Встал один десятник, зажимая рану в плече. Произнёс несколько нехороших слов.
— Девочки. Уходите, — короткий чернёный клинок убитого подпрыгнул и почти лёг ему в подставленную руку, но сампо тихо вскрикнул от боли и перекосился на сторону. Меч брякнул по камням.
И, как будто в тон, где-то в замке зазвенела сталь, послышались тревожные крики. Проснулись наконец, Проводник их проводи!..
Сампо наклонился за мечом и упал на одно колено. Его левая рука висела плетью, из-под пальцев правой сочилась тёмная
— Уходите, — повторил угасающим шёпотом и стал тихо валиться вперёд.
Девочки шагнули вперёд, подхватили.
— Держи его… — Искра подобрала чёрный меч. — Сейчас, сейчас…
Дикарка изо всех сил обняла Рошера за плечи, устраивая на спину, он тихо зарычал сквозь зубы. Искра, неловко орудуя клинком, вспорола потемневшую от крови ткань, отбросила мокрый насквозь клок. Отвела руку сампо. Открылась рана — вроде бы небольшая, но, видимо, глубокая. Дикарка посмотрела лишь раз, и отвернулась, её замутило. А Искра решительно положила руки по обе стороны раны. Выдохнула резко.
Пахнуло теплом. Рошер скрипнул зубами. Струйка тёмной крови иссякла, края разреза сомкнулись, рана покрылась корочкой.
— Боли нет, — шёпотом сказала Искра, шевельнула пальцами. — Боли нет! — повторила негромко и убеждённо, как заклинание.
И дёрнулась, скорчилась на земле, задыхаясь, царапая ногтями собственное плечо.
— С ума сдвигнула? — Рошер вскинулся, как будто и не был ранен. — А ну отдай!..
Девочка замотала головой, продолжая забирать его боль.
— Нет… ты должен… — и указала глазами на что-то за его спиной.
Рошер обернулся, одновременно позвав в руку меч — на этот раз удержал.
Тот, кто молча стоял у тела чёрного, явно не был одним из нападающих. Серые одеяния указывали на ранг сампо, не закрытое лицо показалось Дикарке знакомым.
Но отчего-то сампо ясно ощущался как враг.
— Какое трогательное зрелище, — издевательски прозвучал голос нежданного свидетеля — как его бишь зовут?..
— Ты… — а вот сампо Рошер не забыл имени коллеги. Он просто не хотел его произносить, поняла Дикарка — потому что ясно чувствует то же, что и она. — Почему?.. — спросил, как сплюнул под ноги. Сампо сделал шаг назад.
— Это было лишь вопросом времени, — лениво сказал. — Не "почему", а "когда". Наш любимый маршалл никогда не был побеждён. А теперь проиграл. Из-за него Карриона вынуждена подписать унизительный мир. Империя не прощает такого. Да ещё и дикарка та…
Я не тебя имею в виду, — сампо неприятно улыбнулся Дикарке. — Но и ты тоже здесь ни к месту. Младенцы, пелёнки, детишки какие-то бегают… школа здесь, что ли? Да, постарел наш маршалл… или просто предал?
Рошер качнулся вперёд. В руке сампо тут же возник меч.
— Предал. Из-за фременской шлюхи. Когда его убьют… будет расследование. И потом объявят о предательстве, соглашение станет недействительным…
— Уж больно ты многословен, —
— Хочу тебя спасти, — снова улыбнулся предатель, Дикарку передёрнуло от омерзения.
— Это как же?
— Стратиг с похвалой отзывался о тебе. В людях он разбирается… разбирался. Переходи на нашу сторону. Опусти меч.
Рошер вздохнул, и чёрный клинок устремился к земле.
— Умный мальчик, — предатель расслабился и сделал движение убрать меч в ножны.
— Сейчас, — сказал "умный мальчик".
Скорчившаяся на земле Искра, которая притворялась оглушённой чужой болью, снова протянула руку и забрала её себе.
Дикарка, которая торчала столбом в сторонке, открыв рот и вообще всячески демонстрируя, что она потрясена, ошарашена и сбита с толку, прыгнула в сторону и махнула рукой. Сампо не стал бы им, если бы не привык постоянно носить защиту, но удар девочки, усиленный гневом, прошиб мысленный щит и развернул его боком. К тому же торопливо и неточно направленная силовая волна зацепила землю, и сампо обсыпало гравием с ног до головы.
Рошер бросился вперёд, не заботясь о защите. Едва не нанизался грудью на остриё, — предатель успел, и его меч был длиннее, — неловким взмахом отбил вверх. Клинки зазвенели. На такой короткой дистанции длина мечей перестала играть роль, бешеным натиском Рошер вынудил противника пятиться.
Клинки сцепились, предатель увёл в сторону, освободил левую руку и с силой ударил Рошера по плечу. Ало полыхнула чужая боль, в лицо ему плеснуло кровью. Рошер хрипло закричал, и одновременно с ним завизжала Искра, забилась на земле. Ослеплённый кровью предатель замешкался, и Синоу коротко боднул его лбом в переносицу, освободил меч и ударил.
Предатель повалился.
Рошер выронил меч и упал сверху.
Искра тихо плакала, свернувшись клубочком.
Дикарка тупо разглядывала собственную руку, испятнанную многочисленными стигматами. Ну и пропишет ей Бета… сколько раз было говорено — не жестовать!..
Спотыкаясь, она приблизилась к Синоу, стащила с убитого и медленно, с натугой перевалила на спину.
Сампо дышал. Ещё.
— Искра, — негромко позвала Дикарка. Её колотило, удар обошёлся недёшево, страх и напряжение давали о себе знать.
Подруга встала на четвереньки, помотала головой, уставилась на Рошера.
— Как он? — попыталась подняться, но её тут же повело в сторону. Девочка решила не рисковать и добралась до тела на карачках.
— Вроде жив…
Искра, не обращая внимания, что ранится о камни, встала рядом на колени. Повела руками. Дикарка с трудом удержалась, чтобы не перехватить запястья, но на этот раз девочка не собиралась забирать боль раненого. Но и без этого Дикарка рисковала остаться одна с двумя бесчувственными телами на руках. Искра шевелила пальцами.