Перед бурей
Шрифт:
— А сама Кати? — усмехнулся Джо. — Упрямая девчонка, если бы не, гм, обстоятельства, вы бы её не удержали.
Макшем смущённо улыбнулся, вспомнив про "обстоятельства". Они нашли что льётся и жуётся, и парень отправился на двойной огонёк в Живе. Джонатам посмотрел ему вслед, встал в сторонке и снова "провалился", начиная воспринимать эмоциональный фон людей. В основном — радость, веселье, но есть и предвкушение путешествия, и тёмные пятна грусти будущего расставания. А вот Алек, сегодня он настолько потерял самообладание, что это наверняка видят и остальные…
А
Что это с ним? Джо принялся проталкиваться через толпу, но мальчишка уже скрылся.
Гарий бродил вдоль фургонов, ругаясь под нос, и почти всерьёз рассуждал, не поджечь ли их. Он даже поднял руку, жаркий воздух игриво толкнулся в ладонь, он был всегда готов. С огнём у Троллика были особые отношения. С того памятного события.
Что же делать?
— Услышь тебя Алек, велел бы вымыть рот с мылом за такие слова, — из-за фургона показалась героиня его раздумий.
— Мона… — растерянно сказал Гарий. — А ты чего здесь?..
— А ты чего бродишь, как сквернословящее привидение?
Гарий открыл было рот, собираясь изложить всё девочке в подробностях и с теми самыми словами. О видении, о том, что все эти дни каждый раз, когда он пытался сказать, что остаётся, что-то мешало ему.
— Наверное, это мой, — не ожидая ответа, девочка хлопнула один из фургонов по колесу.
— Чего?.. — Гарий поперхнулся заготовленной речью.
— Фургон. Я в нём буду жить, — буднично сказала Мона.
Гарий замотал головой.
— Не понял.
— А, я же тебе не говорила. Я еду с тобой. То есть…
Мальчишка открыл рот.
— Что?.. Но почему?..
— Ну, то есть не именно я с тобой, — Мона покраснела. — Моя семья едет. Ну, и я тоже…
Она смешалась и замолчала. Гарий вдруг понял, что жизнь прекрасна.
— Отец вдруг решил… — Мона пискнула, когда Гарий сгрёб её в охапку и поцеловал. Возмущённо оттолкнула и влепила затрещину. Гарий врезался головой в фургон, а когда проморгался от звёзд и линий, девочки и след простыл.
Гарий потрогал наливающуюся шишку и радостно выругался.
Джонатам опять не сразу узнал Гария — его настроение изменилось стремительно, как погода при вмешательстве синоптиков, чёрного ветра как ни бывало — чистое небо и яркое солнце. Пока он решал, стоит ли спрашивать парня, в чём дело, Гарий заметил его и подошёл сам.
— Сэнир Джонатам…
— Ты чего, братец? — изумился Джо. — Какой я тебе сэнир?
Мальчишка смущённо улыбнулся. Потом его мыслеощущение снова стала затягивать пелена невесёлых чувств.
— Спросить.
— Ну, валяй.
— Из нас… ну, из людей, которые отправляются в путешествие, кто самый лучший целитель?
— Он стоит передо мной, — Джо хлопнул мальчишку по плечу. Тот удивился и смутился, но спорить не стал.
— А самый опытный?
Джо подумал:
—
— Ага, — и Гарий завертел головой. Джо взял его за плечо, развернул в нужную сторону, и мальчишка устремился к цели, бросив рассеянное "спасибо".
— Интересные дела творятся, — задумчиво сказал Джо. Он не обладал талантом Кристы и видел будущее, как большинство людей — случайными вспышками, не поддающимися толкованию мгновенными фрагментами. Но тут предчувствие дало знать, что произошедшее важно. — Интересные, — и пошёл прочь, выстраивая в уме фразы и предложения.
Дикарка вздохнула с облегчением, когда вечером Искра вернулась в замок в компании Грика. Предводительница городских беспризорников была чем-то возмущена и расстроена. Все взрослые были заняты по горло, и девочки устроились в закутке внутреннего двора замка с фонтаном-дельфинёнком.
— Что случилось? — поинтересовалась Дикарка. Достаточно было невинного вопроса, чтобы подруга вскипела гневом.
— Этот… ваш… кардочный шулер, чтоб его… Третья Буква!..
— Ты Грика, что ли, имеешь в виду? — не сразу поняла Дикарка. — Что он натворил? Обещал ведь найти и предупредить твоих ребят, чтобы не высовывались…
— Он нашёл! — рыкнула Искра. — И даже предупредил!.. Но потом от моего имени разослал половину по всему городу с какими-то важными таинственными поручениями или проводниками к солдатам, которые чего-то там искали, а другую половину принялся расспрашивать о бандах и схронах, кабаках, где торгуют запрещёнными товарами, о подозрительных мордах!
— Здорово придумано! — восхитилась Дикарка.
Конечно, Грик направлялся в город по важным делам, кого-то разыскивать-арестовывать-убивать, добывать информацию или наоборот, сделать так, чтобы сведения о случившемся не покинули город. Ему было вовсе не с руки возиться с беспризорниками, выполняя приказ Тании… которая, кстати, и не могла ему приказывать. Но пластун всё же сделал это, попутно подключив команду Искры к своей деятельности.
— Значит, по-твоему, это здорово? — свирепо переспросила подруга. — И хоть бы какая сволочь усомнилась, что я действительно велела его слушаться — всё сделали, как миленькие!..
Она с досадой рубанула по воздуху ладонью, и вода в фонтане встала столбом. С визгом девочки спаслись из-под ливня. Привлечённый шумом, заглянул стражник, оценил обстановку и снова скрылся.
— Представляю, как ты им прописала, — усмехнулась Дикарка, проводя рукой по рубахе — ткань тут же запарила, высыхая.
— Ни фига я им не прописала, — буркнула Искра. — Притворилась, что так оно и есть… пришлось даже велеть и дальше слушаться. Но каков наглец этот ваш Третья Буква!..
— Это совершенно необходимое для пластунов качество, — сказала Тили. — Зато с ним и с городскими стражниками твоим ребятам было всяко безопаснее, чем пережидать это безобразие, забившись в какую-нибудь нору. К тому же Грик обязательно расскажет стратигу, а тот помнит добро.
— Хитрован он, ваш стратиг, — пробурчала Искра, но без прежней злости.