Перекресток
Шрифт:
Внезапно Харат почувствовал совсем рядом растущее возмущение потоков Силы. Он точно установил место нахождения незримого магического объекта и применил мощное заклинание удушения, которому его давным-давно обучил Фангор. Однако, неизвестная сущность каким-то непостижимым образом вырвалась из ловушки и это событие повергло Магистра в состояние крайнего изумления — до сих пор никому не удавлось разорвать смертельные путы. То ли противник оказался слишком проворным, то ли уходит былая сила… В любом случае, есть от чего впасть в уныние.
Харат был почти уверен, что здесь только что побывал молодой Входящий — только представители того
* * *
Выспаться толком помешал начавшийся ночью редкий дождь. Он не особо усердствовал и лениво швырял пригоршни капель, как бы понимая, что посреди поля незадачливым путешественникам всё равно спрятаться негде. И хотя к утру издевательство закончилось, настроение у меня было, мягко говоря, препаршивое — раздражало буквально все, в том числе и нещадно бившее по глазам солнце. Орки как ни в чём не бывало неторопливо проверяли оружие — такое впечатление, что они просто приняли освежающий душ, но и это тоже не добавляло оптимизма. Вот в таком "бодром" расположении духа я встретил очередной день поездки к заманчивым морским просторам, поэтому полностью погрузился в размышления о превратностях своей лихой доли и мало обращал внимания на то, что творится вокруг. И, между прочим, зря…
Эльфы свалились как снег на голову! Они появились из-за холма, который мы только что объехали, и стремительно приближались, осыпая нас градом стрел. Чёрт бы побрал местную братию — раз за разом нас встречают таким вот "салютом"! Застигнутый врасплох, Грох не успел сразу поставить защиту, а дальше было уже поздно. Надо отметить, что нападавшие стреляли, что называется, "на выбор" — в первую очередь они стремились уничтожить магов и шамана орков. Меня спасло только то, что я резко обернулся и уготованная моей скромной персоне стрела просвистела в каком-то сантиметре от шеи, а дальше я быстро скатился куда-то вниз — под брюхо лошади. Грох находился дальше всех, да и среагировал мгновенно; лича моментально прикрыли солдаты, а вот шаману не повезло — его достали первыми же выстрелами. Так что возвращать баночку уже некому. Главное, что я всё равно отдам — если, конечно, сумею в очередной раз унести ноги.
Нежить бросилась навстречу нападавшим, не обращая внимания на укусы беспощадных эльфийских стрел — когда первые ряды солдат добрались до врага, многие из них стали похожи на общипанных ежей. Орки действовали более разумно, стараясь сближаться короткими перебежками — то падали на землю, то вскакивали и совершали очередной рывок в несколько шагов. В результате большая часть из них уцелела и они врезались в самую гущу схватки подобно неистовым берсеркам викингов. Лязг оружия, громкие крики боли и ярости, ржание обезумевших лошадей — всё смешалось в единую какофонию звуков нешуточной потасовки.
Когда эльфы поняли, что нежить так просто не одолеть, то попытались организованно отступить
Мы с опаской подошли к месту, где ещё пять минут назад кипела жестокая схватка и я невольно посмотрел на Хельгу — всё же зрелище десятков трупов явно не для женских глаз. Тем более, что останки воинов нежити продолжали ползать, шевелиться и скрести землю скрюченными пальцами… Мороз по коже! Особенно меня поразил один — с искалеченными ногами, отрубленной напрочь рукой и половиной черепа. Уцелевший глаз с безразличным спокойствием смотрел в бездонное небо, а свесившаяся набок челюсть исказила полулицо презрительной ухмылкой.
— Мда, крепко они нас помяли, — заметил я, оглядывая исковерканные тела солдат Гроха. — Насколько я понимаю, восстановлению они уже не подлежат…
Лич хмуро покачал головой.
— В моем мире маги-искусники смогли бы собрать, наверно, половину, а тут… — Хрохан с досадой махнул рукой. — Не понимаю, почему эльфы на нас напали? Мне всегда говорили, что они предпочитают не вмешиваться в чужие войны. И вдруг, без малейшего повода…
— Ага, а если вспомнить ещё и друидов, то вообще создается впечатление, что за нами охотится всё, что шевелится. Непонятно только, за что нам такое счастье привалило. Видимо, местный дядька на небесах рассердился на нас всерьёз и надолго. Если он вообще существует…
— Действительно, странно, — согласился принц, задумчиво посмотрев на меня. — Что бы это могло значить?
— Кто его знает? — я пожал плечами. — Однако, в любом случае уходить надо отсюда побыстрее — насколько мне известно, у эльфов родня большая и мстительная. А главное, что она близко — бежать за помощью недалеко.
— Мы сейчас только на самой границе их владений, — вмешалась в разговор Хельга. — Дальше будет ещё хуже.
— Скверно, — Хрохана сейчас даже самый закоренелый оптимист не назвал бы жизнерадостным, — с орками проблем бы не было, а вот с эльфами… Слишком быстрые, да и сражаются умело. Если нападут большими силами, нас уже ничто не спасёт. Тем более сейчас, когда уничтожены почти все солдаты.
— Повелитель! — Грох стоял с противоположной стороны нагромождения тел и призывно махал рукой. — Здесь живой эльф!
Мы поспешили вслед за принцем, хотя лично я приближался к месту находки со смешанным чувством любопытства и настороженности — то, что учинили недавно братья по разуму, никак не располагало к тёплой встрече и взаимопониманию. Эльф выглядел не то, чтобы плохо — просто ужасно! Тонкая рубаха на правом боку покрылась слоем липкой грязи: земля смешалась с кровью и чем-то напоминала жирную болотную жижу. Он тяжело и часто дышал, щёки впали, как после тяжелой болезни, а худое лицо побледнело так, будто несчастный готов был в любой момент отправиться в последний путь к лунному колодцу. Единственно живыми оставались только тёмные глаза, плескавшие болью и ненавистью.