Перекресток
Шрифт:
А ещё Халита беспокоил неведомый Спящий… Даже бесстрашная Гата произносила это имя со страхом. Они потратили на поиски мага два дня, но всё напрасно — не помог даже дар дочери колдуна кара-маулей. Единственное, что обнаружил Чужак в горах, была пещера Харата с десятком молчаливых монахов. Про Спящего старый Магистр ничего им не рассказывал — то ли не захотел, то ли сам не знал. Заронг до сих пор хранит тайны, о которых неизвестно никому. Единственное, чем они могли помочь добровольные затворники людям — обещали предупредить о приближении степняков…
Халит
8. Мышеловка и капкан
Серхио с тревогой наблюдал за Харатом и следопытами. Казалось, даже воздух стал густым и тягучим от напряжения, готового в любой момент перерасти в грандиозный скандал. Усли не сказать большего. Достаточно любого пустяка — неосторожного взгляда, резкого слова, жеста и о последствиях можно только догадываться.
— Я тоже узнал тебя, Нагиласса, — Магистр повернулся к членам Большого Круга. — Как видишь, я жив. Но сейчас не время вспоминать старое — нужно остановить лича.
— Это проблемы людей, — высокомерно ответил эльф. — Тебя больше должна волновать собственная судьба.
— Как видишь, теперь это и ваши проблемы, — с едкой усмешкой парировал Маг. — А пока вы медлите, некроманты уходят всё дальше и дальше.
— Им не уйти — мы перекрыли все дороги.
— Ты так в этом уверен? — насмешливо спросил Харат. — Вы плохо знаете, на что способен лич — он легко ускользал и не из таких ловушек. Мало вам одного потерянного отряда?
Эльфы собрались вместе и некоторое время тихо совещались. Магистр терпеливо ждал, бросая быстрые взгляды в сторону угрюмых следопытов. Наконец, к людям подошёл тот самый эльф, который начинал допрашивать лучника.
— Хорошо, — кивнул он головой, — пусть разведчики ещё раз осмотрят место и тогда мы примем решение.
Ветль ободряюще хлопнул Дегара по плечу и лёгкой походкой последовал за двумя эльфийскими воинами, а лучнику теперь оставалось только ждать да надеяться на острый глаз и удачу разведчика. Как, впрочем, и всем остальным невольным пленникам эльфов.
Харат уселся на землю, тяжело вздохнул и с неудовольствием посмотрел вокруг — судя по всему, сегодня из леса уже не выбраться. Чем дальше, тем больше росло раздражение Мага: мало того, что напрасно потерян целый день, так ещё и предстоит неприятный разговор со следопытами. А всё эти заносчивые высокородные! Магистр и раньше недолюбливал эльфов за пренебрежительное отношение к людям, а теперь и вовсе убедился в том, что в погоне за отстаиванием родовой чести они не желают видеть куда более важные вещи. Интересно, что ожидает лесных жителей в будущем? К чему они, в конце концов, придут? Нельзя же, в самом деле, вечно презирать соседей — в конце концов, если все они начнут плевать в ответ, можно захлебнуться.
Старый Маг ещё раз пристально взглянул на устроившихся поодаль следопытов, затем встал и решительно
— Думаю, у вас есть немало вопросов, — Харат не знал, с чего начать разговор.
— Может, и немало, — хмуро посмотрел на него Агриэль, — но я вовсе не уверен, что ты скажешь правду. Все знают, что ты за человек… Может, и не человек вовсе…
— Откуда? — спросил Магистр и, заметив недоумённый взгляд мечника, пояснил. — Откуда знают?
— Об этом говорят летописи… и Маги.
— Летописи пишут люди. И пишут либо только то, что знают, либо так, как им выгодно. А потом нередко переписывают совсем по-другому, — спокойно заметил Харат. — Я не отрицаю, что по моей вине погибло много людей, но и делать из меня монстра несправедливо.
Серхио внимательно наблюдал за следопытами — момент наступил критический: теперь всё зависело от того, удастся ли Магистру убедить людей выслушать его. Ну и, естественно, поверят ли следопыты в его фантастическую историю.
— Тебе не показалось странным, что Мадук после разговора со мной согласился преследовать лича и даже отправил с нами Посланника? — спросил Харат, указывая на испанца. — Не хочешь узнать, почему?
Агриэль перевел взгляд на Серхио, опустил глаза и о чём-то надолго задумался.
— Ты знал, кто он? — мечник хмуро посмотрел на испанца.
Серхио кивнул, а командир следопытов помрачнел ещё больше. За несколько дней знакомства Входящий ни разу не давал повода сомневаться в своей искренности и вот…
— Почему ничего не сказал? Не доверяешь нам? — с горечью спросил мечник.
— Раз уж Мадук промолчал, имел ли я на это право? — вопросом на вопрос ответил испанец, прекрасно понимая, что оправдывать собственные поступки чужими решениями не совсем честно.
— Может, ты и прав, — пожал плечами Агриэль и повернулся к Харату. — Ладно, Магистр, давай свою историю.
Старик рассказал всё, что Серхио и так было хорошо известно, но опять ни словом не обмолвился о Камне Могущества личей. Вокруг загадочного артефакта явно существовала какая-то тайна, но ни Маг, ни сам принц по непонятным причинам не спешили её раскрывать. Испанец твердо решил сегодня же добиться продолжения так некстати оборвавшегося накануне разговора о Хрохане. И нужно обязательно договориться с Сергеем, чтобы он надавил, в свою очередь, на лича — чтобы сделать окончательные выводы, нужно выяснить позиции обеих сторон…
Вернулись разведчики. Они о чем-то негромко поговорили с членами Большого Круга, после чего эльфы, наконец, пригласили ожидавших своей участи людей подойти ближе.
— Следопыты нашли следы, — сообщил Нагиласса, — хотя орки и очень умело пытались их скрыть.
— Орки?! — изумился Харат. — Совсем из ума выжили! Я был уверен, что это дело рук лича — только он был заинтересован в нашей задержке.
— Вполне возможно, что так оно и было, — спокойно заметил Ветль. — А договориться между собой некромант и зелёные могли ещё в лагере Тху.