Перекресток
Шрифт:
Ох, как нужна передышка! Как глоток свежего воздуха в душной комнате, как оазис в пустыне. Жабе для эффективной работы требовалось огромное количество энергии, а кушать, извиняюсь, нечего. Кроме моей собственной энергии, а она точно не безгранична. По крайней мере, я уже чувствовал заметную усталось, и, если бы не помощь Хельги, давно бы обессилел. Боюсь, более продолжительной осады можем не выдержать даже вдвоём. И "головастиков" временно отпустить на волю не могу! Волки такую прекрасную возможность для нападения точно не упустят. Вон, как круги наматывают!
Пожиратели словно услышали мои невесёлые мысли и вновь бросились
Силы таяли медленно, но верно. Я посмотрел на Хельгу:
— Ты как?
— Ничего, — она вяло улыбнулась, — нормально…
Врёт, конечно. Внешний вид девушки прямо-таки вопил об обратном: лицо осунулось, круги под глазами, да и кожа на руках больше сейчас походила на старый пергамент. И нижнюю губу она закусила, будто едва сдерживала стон. Господи, вот уж кто точно не заслужил такого конца, так это она! Ну, и рыжий, конечно. Оба должны жить долго, в окружении добрых друзей, которые должны быть счастливы уже хотя бы потому, что просто знакомы с таким человеком как Хельга или таким взбалмошным, но столь же искренним, созданием как Малыш. Ладно, личи или орки — на них уж точно лишнего клейма ставить негде, да и у меня ручки далеко не стерильные. Но они… Где же вы, боги?! Почему молчите и отворачиваетесь, когда ваша помощь столь необходима, и больше надеяться не на кого?!
Неожиданно напряжение исчезло. Я с трудом поднял голову и осмотрелся. И, хотя перед глазами всё плыло, всё же увидел, как стая волков, словно услышав приказ, стремительно несётся назад. Неужели решили отказаться от добычи? Или небеса, наконец, всё же услышали? Все мы порой надеемся на чудо, хоть и не верим ни в бога, ни в чёрта, ни в светлое будущее. Однако, голос Хрохана разбил мои иррациональные объяснения вдребезги:
— Они нас догнали!
Теперь я тоже заметил, что Пожиратели не просто убегают, а атакуют уже новую цель — там, в самом начале предгорной долины, мелькали крохотные людские силуэты. Не бестолково суетились, а явно выстраивались в боевую цепь. Что же, флаг им в руки и барабан на шею! Ветра попутного, правда, не пожелаю — скорее, встречного.
— Принц! — я злорадно усмехнулся. — Помоги немного… волкам.
Даже не поинтересовался, что именно сотворили личи — просто с удовлетворением отметил, как подряд несколько взрывов накрыли отряд амазонок, и Пожиратели скопом кинулись на жертву через оседающую пыль.
Жаба рассеялась, и "головастики" вернули мне достаточно сил, чтобы чувствовать себя вполне сносно. А вот Хельга даже на ногах устоять не смогла — тихо опустилась на траву и замерла.
— Брат, помоги, — я указал вождю орков на девушку и повернулся к Хрохану. — Сматываемся отсюда!
Наверно, даже в лучшие годы я не бегал так быстро…
* * *
Что может испытывать
А каково тому же человеку, когда враг — вот он, рядом — почти беззащитный, в твоей полной власти, и можно с наслаждением вонзить нож в его горло или втоптать в грязь, смешать с земным прахом и развеять навсегда даже память о нём? Месть душит желанием, но сделать ничего не можешь! Потому, что и твоя жизнь сейчас напрямую зависит от его жизни, а ненависть не настолько безрассудна, чтобы позволить самому исчезнуть вместе с врагом. Да, порой бессилие гораздо сильней самой лютой ненависти.
Примерно такие чувства испытывала Коара вот уже несколько дней подряд. Как назло, за всё это время в голову так и не пришло ни одного разумного объяснения, почему вдруг Ула могла бы погибнуть, а Верховную Мать безхитростной болтовнёй не обманешь. Да и трогать светловолосую в Предгорьи равносильно самоубийству — кроме неё никто из отряда не способен остановить Пожирателей. А ведь ещё предстоит обратный путь! Остаётся пока терпеть. Стиснуть зубы, улыбаться… И думать, вынашивать идею мести, предусмотреть любую случайность и убедить Мать, что смерть Улы — великое благо для клана, а вовсе не утрата. Только бы хватило сил не сорваться раньше положенного часа.
И только настойчиво подгоняла отряд, чтобы хоть таким способом найти выход накопившемуся раздражению…
— Великая, мы нашли их! Но там волки!
Доклад вернувшейся разведчицы вернул возможность хладнокровно мыслить. Коара быстро и чётко раздавала команды:
— Вы двое прикрываете. Зела, твои фланги, остальные со мной по центру. Ула, закрой нас от Пожирателей!
Отряд, перестроившись, высыпал на предгорную долину, и тут же нос к носу столкнулся с волками. Правда, особых хлопот они не доставили — светловолосая жрица уже начала свою печальную песню…
Как вдруг хаос смешал чёткую линию амазонок — земля под ногами вздыбилась, рассыпалась безобразными комьями и пылью, а воздух плотной массой ударил безжалостно и разбросал преследователей в стороны. Коара трясла головой, пытаясь изгнать назойливый звон в ушах. Совсем рядом стонала Зела, немного дальше ещё трое из отряда безумно сыпали заклинаниями в разные стороны, Ула с недоумением смотрела на крупную ссадину на руке… А вокруг мелькали Пожиратели и остервенело грызли всех, кто подавал хоть какие-то признаки жизни.
— Ула, закрой нас! — голос Коары звучал на удивление хрипло и тускло. — Иначе, клянусь Матерью, я тебя раздавлю!
Светловолосая, наконец, полностью пришла в себя. И яростные вопли тёмной жрицы вовсе не послужили тому причиной — сама жизнь требовала защищать тех, кто рядом. Вновь золотистые дети смирения замелькали в хаотическом танце и настойчиво гнали прочь любую агрессивную энергию. Конечно, досталось не только волкам, но и всему отряду Коары.
— Ты что творишь, — темноволосая почти задохнулась негодованием, — убить нас хочешь?!