Перекресток
Шрифт:
— О, да! — глаза парня сузились и он едва заметно кивнул. — Платить придётся.
В тот же момент один из его сообщников быстро шагнул к жене Серхио и резким движением приставил к её шее нож. То ли он слишком нервничал, то ли просто не рассчитал, но остриё царапнуло кожу и Франсиска вскрикнула от боли. Испанец бросился на помощь, а перепуганный парень сильно оттолкнул девушку, разворачиваясь в сторону Серхио… Она стояла слишком близко к скале и со всего размаха ударилась виском об острый каменный выступ…
Вокруг сразу стало как-то удивительно тихо — забился в расселины ветер, замолкли испуганно
11
Сан-нэн-гороси- искусство смертельного касания.
12
Сикэцу-джитсу — техника нажатий на точки смерти.
Трое молодых парней, скорее всего, так ничего и не успели понять, когда испанец смерчем пронёсся между ними и затем вязкая трясина небытия поглотила их навсегда. Так они и лежали в ряд, безвольно раскинув руки и широко раскрыв удивлённые глаза, а чуть в стороне Серхио стоял на коленях и прижимал к груди голову жены…
Испанца оправдали. Но сам он себе так и не простил — ни того, что не смог уберечь Франсиску, ни того, что так жестоко расправился с нападавшими. С тех пор он забросил занятия и поклялся, что больше никогда ни у кого не заберёт жизнь. А ещё Серхио навсегда запомнил слова, сказанные ему Мастером Ченом на прощание:
— Не верь тем, кто наивно полагает, что время лучший лекарь и что всё изменится, а неприятности непременно забудутся. Время не столько лекарь, сколько гениальный палач и идеальный могильщик — в конце концов оно неумолимо уничтожит твою самость и надёжно похоронит надежду, оставив к старости только ностальгию по прожитым годам, когда у тебя ещё была возможность не потерять себя. Не теряй себя, ученик, и тогда ты снова обретёшь весь мир…
Сейчас у Серхио складывалось впечатление, что он все эти годы бродил в гигантском лабиринте, сворачивал в бесчисленные ответвления, обшаривал каждый закуток, чтобы только отыскать свой, одному ему предназначенный путь наружу в загадочный новый мир, но окончательно запутался и потерял дорогу. Замер возле стены в тупике, беспомощно разводя руками и не зная куда двигаться дальше. А надо было всего лишь подняться вверх… И вот теперь судьба даёт ему шанс с высоты птичьего полёта разом рассмотреть всю картину, увидеть выход и двигаться дальше. "Наконец-то я понял, что тревожило меня в день подъёма к водопаду!" — подумал Серхио, вставая на ноги. Он посмотрел вокруг — далёкие горы тенями склонили головы в почтительном поклоне, а к ним широкой манящей дорогой тянулось обширное горное плато. "Они приняли меня", — улыбнулся испанец и начал долгий спуск вниз. Полностью погружённый в собственные мысли, он не заметил, как у дальнего отрога быстро проехали несколько всадников и скрылись в ущелье…
Харат ожидал испанца возле очага, неторопливо разгребая кочергой горячие угли. Он поднял голову и всмотрелся в скрывавший испанца полумрак.
— Что ты решил, Посланник?
— Я помогу тебе, Магистр, хотя и не понимаю как.
Маг кивнул
— Я научу, когда придёт время. Дождёмся только Карра и Уаддра.
— А почему ты не используешь силу Карра, ведь он же может воспринимать "чужие" вибрации? — поинтересовался Серхио.
— Карр тоже будет с нами — если ничего не случится, он должен вернуться завтра. Он очень необычный Маг, Посланник, и ты вскоре убедишься в этом.
Испанец протянул руки к огню и широко раздвинул пальцы, стараясь поймать как можно больше ласкового тепла.
— Скажи, Магистр, зачем Хрохан вообще появился в вашем мире, что ему нужно?
Харат тяжело вздохнул, посмотрев на Серхио долгим взглядом.
— Я уже говорил, что это моя вина. Я рассказывал личу очень многое — где я побывал, что видел и узнал. Хрохан умеет слушать, он как бы очаровывает собеседника и тот часто, сам того не замечая, выкладывает ему всё — даже то, о чём говорить не собирался. Так случилось и со мной. Я рассказал ему о странном мире, в котором почти не умеют пользоваться магией, но зато необычайно развита техника и создано невиданное по своей разрушительной силе оружие, которому никто не сможет противостоять. Это был твой мир, Посланник, — Харат вновь вздохнул. — Ты бы видел, как заинтересовался лич! Он пытался выяснить подробности, но больше я ничего не рассказал. Теперь-то ясно, что наш мир ему необходим просто как дверь — вначале он попадёт к вам, завладеет оружием, а потом доберётся и до остальных миров… Поэтому его обязательно нужно уничтожить, Посланник, иначе он захватит всё.
Серхио долго молчал — сказанное Харатом пугало. Он не чувствовал себя готовым к роли спасителя мира, и уж тем более не собирался кого-то убивать — нарушить данную самому себе клятву испанец не мог. Он поднял голову и неуверенно произнёс:
— Я обещал тебе восстановить Основной Поток и не отказываюсь от своих слов, но что касается Хрохана…
— Не волнуйся, Посланник, — перебил Магистр. — Появление лича здесь и его планы — моя вина и мне за неё расплачиваться. С Хроханом я справлюсь сам.
Испанец как-то неуверенно кивнул.
— Остаётся только одно — нужно как-то доставить сюда Сергея, а мне в Город возвращаться нежелательно.
— Эти займётся Уаддр когда вернётся. Он справится, не сомневайся — у него большой опыт в таких делах.
— Хорошо, — согласился Серхио, — тогда я бы хотел отдохнуть до завтра — прогулка в горы меня немного утомила. Провожать не надо, я найду дорогу сам.
— Доброй ночи, Посланник, я распоряжусь, чтобы тебе принесли ужин.
Серхио почтительно кивнул и, захватив свечу, скрылся в темноте коридора…
* * *
Тропа поднималась на плато и постепенно становилась всё уже, так что редкие кусты, торчащие из расщелин, всё чаще царапали бока лошадей и всадникам пришлось вытянуться длинной вереницей. Агриэль с тревогой посматривал по сторонам — случись что, они не в состоянии будут организовать эффективную оборону, поэтому приказал воинам поторапливаться, рассчитывая проскочить опасное место как можно быстрее.
— Этот чёртов подъём никак не кончится, — выругался ехавший позади мечника Алин, брат-близнец арбалетчицы Сю. — Так мы до вечера не выберемся.
— Не волнуйся, — успокоил его Агриэль, — Ветль уже добрался до плато.
Разведчик подал сигнал, что всё спокойно и вскоре весь отряд постепенно выбрался наверх. Замыкавший цепочку следопытов лучник Дегар по привычке оглянулся назад — тропинка круто срывалась вниз, исчезая за поворотом. Речка отсюда казалась тоненьким ручейком, сверкающим в лучах солнца живым серебром и неожиданными зигзагами разрезающим долину на части. "Спуск будет трудным, если пройдёт дождь", — подумал Дегар, догоняя остальных.