Перемены
Шрифт:
— Это устроила не я, а телестудия.
— Я не уверена в этом. — Глаза негритянки наполнились слезами, и, когда Мел дотронулась до ее плеча, она отвернулась.
— Я могу чем-нибудь помочь?
В ответ Перл Джонс только покачала головой и вытерла слезы. Она уже виделась утром с Патти Лу, а сейчас девочку готовили к операции. Спустя десять минут в холле появился Питер Галлам с деловым видом.
— Доброе утро, мисс Джонс, Мел. — Ничего больше не сказав, он скрылся в палате Патти Лу. Минуту спустя раздался тихий плач, Перл Джонс вся напряглась
— Сказали, что я не должна входить туда, пока малышку готовят.
У нее дрожали руки, и она принялась комкать платок, но Мел решительно взяла ее за руку.
— С ней все будет хорошо. Держитесь.
Как только она произнесла это, медсестры вывезли девочку на каталке, а Питер Галлам шел рядом с ней. Ей уже начали делать внутривенное вливание и вставили зловещего вида назогастральный зонд. Перл взяла себя в руки, быстро приблизилась к дочери и, наклонившись, поцеловала ее. На глазах у матери блестели слезы, но она твердо и спокойно сказала дочери:
— Я люблю тебя, малышка. Скоро увидимся.
Питер Галлам улыбнулся им обеим и похлопал Перл по плечу, быстро взглянув при этом на Мел. На миг между ними как будто пробежал электрический разряд, а затем Питер снова переключил свое внимание на Патти. Она находилась в полудреме от только что сделанного укола и затуманенным взором посмотрела на Питера, Мел и на свою мать. Галлам сделал знак сестрам, и каталка медленно двинулась через холл. Питер держал Патти за руку, а Мел и Перл шли за ним следом. Каталку ввезли в лифт, чтобы подняться на этаж выше в операционную, а Перл стояла, невидящим взглядом уставившись на дверь, потом, дрожа, обернулась к Мел.
— О боже! — Обе женщины надолго припали друг к другу, а затем вернулись на свои места ждать результатов операции.
Утро казалось бесконечным, с отрывочными фразами, бесчисленными картонными стаканчиками черного кофе, хождением по коридору и ожиданием… нескончаемым ожиданием… пока наконец не появился Питер Галлам, и Мел, затаив дыхание, посмотрела ему в глаза, а женщина, сидевшая рядом с ней, застыла на стуле, парализованная страхом. Подойдя к матери Патти Лу, он одарил ее радостной улыбкой.
— Операция прошла прекрасно, миссис Джонс.
И с Патти Лу все хорошо.
Перл задрожала и с рыданиями бросилась к нему.
— О боже… мое дитя… о боже…
— Все прошло превосходно.
— Вы думаете, она не отторгнет клапан, который вы ей поставили?
Питер Галлам улыбнулся:
— Клапаны не отторгаются, миссис Джонс. Конечно, еще слишком рано говорить о конечном результате, но пока все идет хорошо.
Ноги у Мел подкосились, и она рухнула на стул.
Они прождали четыре с половиной часа, показавшиеся ей самыми долгими часами в жизни. Мелани искренне переживала за судьбу этой маленькой девочки.
Питер сел рядом с ней с торжествующим видом, еще не успокоившись после операции.
— Жаль, что вы не видели этого.
— Мне тоже. — Но он сам не разрешил ей присутствовать при операции и не
— Может быть, в следующий раз, Мел. — Он мало-помалу раскрывал ей тайны своей профессии. — Как насчет интервью сегодня во второй половине дня? — Он пообещал дать его после операции Патти Лу, но не уточнил время.
— Я предупрежу свою бригаду. — Но затем Мелани вдруг нахмурилась. — Вы уверены, что это не слишком переутомит вас?
Он усмехнулся:
— Конечно, нет. — Он выглядел как мальчишка, только что выигравший футбольный матч.
Такая победа вселяла уверенность после череды неудач. Мел оставалось только надеяться, что Патти Лу не подведет и не разрушит их надежды. Мать девочки пошла звонить мужу в Нью-Йорк, а Мел и Питер остались одни.
— Мел, все действительно прошло замечательно.
— Я так рада.
— Я тоже. — Затем он посмотрел на часы:
— Мне пора на обход, потом я заскочу в свой кабинет, но могу освободиться к трем. Вас устроит это время?
— Я выясню, успеет ли бригада подъехать сюда. — Они с нетерпением ждали уже два дня, и Мел надеялась, что все будет устроено. — Не думаю, чтобы возникли проблемы. Где вы хотите дать интервью?
Он задумался на мгновение.
— В моем кабинете.
— Прекрасно. Вероятно, к двум они уже подъедут и начнут приготовления.
— Сколько времени потребуется для интервью?
— Столько, сколько вы сможете уделить нам.
— Часа два, если вас это устраивает.
— Чудесно.
Тогда ей пришла в голову еще одна мысль:
— Не сможем ли мы на несколько минут заглянуть к Патти Лу?
Он нахмурился и отрицательно покачал головой.
— Не думаю. Мел. Может быть, завтра, но только на пару минут и при условии, что с ней все будет в порядке, на что я надеюсь. Вашей бригаде придется надеть белую стерильную одежду и действовать быстро.
— Прекрасно. — Мел быстро сделала несколько пометок в блокноте, который всегда носила с собой в сумочке. Сегодня во второй половине дня она возьмет интервью у Перл Джонс, затем у Питера, а завтра утром посещение Патти Лу; бригада телеоператоров заснимет основные моменты, и можно будет возвращаться домой. Она завтра даже успеет на ночной рейс в Нью-Йорк. Вот и все. Возможно, примерно через месяц им удастся взять более подробное интервью у Патти Лу как продолжение репортажа, расспросить, как она чувствовала себя до операции и после нее.
Пока рано загадывать. Сейчас надо сделать основной репортаж. Она подняла взгляд на Питера.
— Мне бы хотелось когда-нибудь сделать специальную передачу о вас.
Он улыбнулся, все еще находясь в состоянии эйфории после успешно проведенной операции.
— Я никогда не задумывался об этом.
— Я считаю, что людям необходимо знать, что такое кардиохирургия вообще и пересадка сердца в частности.
— Я тоже так думаю. Но это следует сделать умно и в нужный момент.
Она кивнула в знак согласия, и он, коснувшись ее руки, встал.