Переплести судьбу
Шрифт:
— Какие же? — эр Абеней весь подался вперед.
И я поняла: ему все равно, обвинят меня или нет, ему нужно шоу, а обвинение особы королевских кровей всяко красочнее банального ее оправдания. Прецедент интереснее ожидаемого финала. Что ж, будет тебе шоу.
— Я могу сообщить о своей улике только людям незаинтересованным, не имеющим отношения к этому делу и не живущим в замке Коэд! — заявила я громко, выходя из-за «трибуны» и прохаживаясь вдоль первого ряда «присяжных».
— Она лжет! — прохрипел Брун. — Пусть скажет во всеуслышание. Или молчит! Уверен, никакой улики, доказывающей, что в замке присутствует
— Вот видите! — я театрально подняла руку. — На меня оказывают давление! Я … я даже опасаюсь за свою жизнь!
Инквизитор думал и поглядывал на неистовствующий зал. В глазах его искрился азарт.
— Хорошо! — проорал он, перекрикивая собравшихся. — Пусть маги Полоф и Арайда выйдут вперед и выслушают принцессу. Ваше Высочество, Полоф и Арайда — вольные маги из Совета Домина Тиона. Они наблюдатели, впервые познакомившиеся с вашим делом сегодня.
Я кивнула. Придется рискнуть. Невозмутимые Полоф и Арайда выслушали мой сбивчивый шепот и удалились. У меня сердце готово было выскочить из груди, голова кружилась от волнения. Я давно поняла, что все это происходит со мной в реальности, что я рискую жизнью. А вдруг Гута ошиблась? А вдруг что-то изменилось, и записка, оставленная служанкой-фейри у дверей потайного хода, уже неактуальна?
Уф! Хвала Свету! Полоф и Арайда появились с тяжелой ношей в руках. Они несли свернутый рулоном гобелен. Повинуясь жесту Инквизитора, маги броском развернули гобелен по полу. Он был старым, почти полностью выцветшим. В середине все же угадывался рисунок: толпа белоснежных, худосочных людей присягала на верность тому же надменному типу в короне с узнаваемым подбородком, кажется, это он красовался на барельефе в галерее. Надо полагать, ткачи изобразили подвиги местного монарха по принуждению альвов к миру. Что-то до сих пор мира с альвами нет и не планируется. Это сиды пошли на уступки лет пятьдесят назад, и то потому что Холмы в Лес не передвинешь. Да, я многое узнала из книг, подобранных для меня Гутой.
— «Будь проклят ты, твой род и твой дом», — медленно прочитал эр Абеней, явно наслаждаясь произведенным эффектом. — «Да пребудет в том доме дух Леса, видящий тебя и всех твоих потомков». Кровь фейри не выцветает и не вытирается. Что ж, добрые эры. Нам есть о чем подумать. С принцессы снято обвинение в использовании лесной ворожбы в библиотеке и во всем замке Коэд. Но это не отменяет факт убийства эра Филеаса. На сегодня все. Препроводите эрру Илэль в ее покои. А вас, Ваше Величество, попрошу… задержаться.
Глава 7
Первый раунд я не то чтобы выиграла, но, скажем так, вывела в ничью. И все же это было отсрочкой. У меня росло и крепло ощущение, что я попала в центр каких-то интриг.
Я слишком мало знала о том, какие силы в данный момент делят власть в этом мире, но мне было известно, что не все земли готовы принять «покровительство» Домина-императора, распространяющего свое влияние на королевства Хребта. Тион делает ставку на защиту от распространения Тьмы. О Тьме я читала в книгах по магии. В книгах это явление было названо «побочным порождением магического полотна».
После первого заседания стражники повели меня в другое крыло замка. Я не знала этот путь, но по видам из узких окон поняла, что он ведет в башню, одну из четырех
Я посматривала в сторону окна с раскрытыми ставнями. Сквозь него в комнату проникал свежий ветер с запахами леса. Решившись выглянуть и косясь на дверь, я выяснила, что сбежать через окно не вариант — слишком высоко. Скала-Прялка белела в свете луны. Даже если решусь спрыгнуть на мост, рискуя переломать ноги, не факт, что под Прялкой меня опять будут поджидать зеленые объятья травяного змея. Шаги. Приблизились, скрипнула дверь, опять тишина. Сейчас меня тут тихонько прибьют и выкинут со скалы в Лес. С тоской посмотрела в сторону окна. На ставнях лежали тени от деревьев. Одна тень пошевелилась, метнулась вбок и исчезла. Птица пролетела?
Снова шаги, тяжелые, слишком тяжелые для худого, хрупкого Инквизитора. И другие, легкие, шелестящие, суетливые — эр Абеней ходит широким шагом. Дверь открылась медленно. В комнату вошел король. Мне хватило одного взгляда, чтобы понять, что сегодня Брун намерен расставить все точки над «и». Даже лицо его было другим: наследственные черты того самого проклятого короля — тяжелый подбородок, глубоко посаженные глаза под выпирающими бровями — словно выступили вперед, подавив приятную аристократичность. Нижние веки были подведены черным, но краска размазалась. От этого безумный огонек во взгляде казался особенно… нехорошим.
Мы молчали. Я была лицом к лицу с агрессивно настроенным, одержимым похотью мужиком. Брун не великан, но я по сравнения с ним — та, кем и являюсь, хрупкая девушка. И между нами расстояние в пять-шесть шагов.
— Эр Абеней знает, что я здесь? — спросила я, стараясь, чтобы голос не срывался.
— Нет, — помедлив, ответил король. — И не узнает. Мы поговорим, Илэль, а потом ты уедешь. Под мостом ждут лошади. Тебя отвезут в горы.
— В монастырь?
— Нет. В одно… уединенное место. И там мы встретимся… вновь. Иначе.
— Эр Абеней…
— Я больше не буду никого слушать, — раздраженно перебил меня Брун. — Больше никаких судов и прочего… лицедейства. Я просто заберу то, что принадлежит мне. Тебя, — король усмехнулся, — А для всех остальных тебя украли фейри. Люди поверят. Это ведь порочные лесные девки, наследницы моей нечистой пра-пра-бабки подсказали тебе, где искать гобелен? Моя семья охотится за ним больше сотни лет, и он никогда не показывался нам на глаза. Его видела челядь, гости… но не мы, потомки проклятого короля. А он вдруг сдался… в самый неподходящий момент. Совпадение? Нет, заговор, лесного народа и чаровницы, подменыша, притворяющегося моей падчерицей с пятилетнего возраста. Потом твоя семья пришла и украла тебя из башни. Тут неподалеку Скала, что из всех моих владений стоит ближе всего к Лесу… то место, дальше которого ни мои предки, ни сдвинуться не смогли. Ты попросила поселить тебя в Башне, это тоже было частью заговора. Тебе подчинились… коварная Илэль.