Переплести судьбу
Шрифт:
— Ваши тайны так велики? — в глазах мага мелькнуло удивление. — Ведь это же просто, Ваше Высочество, не так ли? В пять лет вы пошли в лес, но Повелитель Аманиэль почему-то принял вас как гостью и вернул в замок. Я даже готов высказать предположение: Высокородный альв знал о пророчестве пифии. С Жезлом… тут я, право, затрудняюсь. Остаточная магия? Глупости! Что-то сильное и мощное, что пробило ауру Филеаса. Аманиэль послал вам на подмогу Таннириэля и Гутиэль. А все разговоры о вашей, простите… блаженности — всего лишь происки вашего отчима, которого волнуют… хм… вовсе не ваши
— Ну… примерно, — я шмыгнула носом. — Однако есть некоторые… нюансы.
— Именно они меня и беспокоят. Нам с вами нужно найти компромисс. То, что устроит Совет, императрицу, Домина и… вас. Подробности, эрра.
Инквизитор ждал. Я молчала.
— Хорошо, — со вздохом произнес эр Абеней.
Он вынул из каких-то складок рясы тонкий кинжал и сделал надрез на ладони, протянув руку к огню и позволив крови капать в пламя.
— Я Абеней Ротиорский, сын Гаанда Толомея, приношу клятву на крови. Сим я обещаю хранить тайну принцессы Илэль Гефеестской и Коэдской и если и употреблю полученные от нее сведения, то только ей во благо.
Огонь вспыхнул ярко-розовым. Клятва была принята. Принцесса Илэль во мне, с ее пониманием магии этого мира, была вполне удовлетворена, и мне хватило ее убежденности в правильности обряда.
— Ну… — я пожала плечами, — тогда слушайте.
… Мой рассказ ввел Инквизитора в ступор. Он даже потерял свое хладнокровие, словно маску, прилипшую к лицу. Даже в момент смертельной опасности на его не слишком красивой физиономии не было такого растерянного выражения.
— Принцесса… то есть… — пробормотал он.
— Можете звать меня Илэль. Наши имена немного похожи.
— Эрра… Илэль. Я сожалею, что… дал клятву на крови… — выдохнул наконец эр Абеней с непритворной грустью на лице. — Теперь я никому не могу рассказать! Но ваша… природа этого явления столь уникальна, что ее нужно изучать! — маг прижал руки к груди.
— Не вздумайте сделать меня подопытным кроликом, — нахмурилась я.
— Вы не можете мне отказать! — запротестовал Абеней. — Поймите, это имеет огромное значение для развития магии! А если это не единичный случай? А если есть и другие? С вами-то все хорошо сложилось, а что если другим повезло меньше?
— Вы давите на меня, пользуясь моим обостренным чувством ответственности! — запротестовала я.
— Возможно, — глаза эра Абенея азартно блеснули.
— Вы ведь и для себя хотите выгоду извлечь!
— Не скрою. Но вы же помните о моей клятве: ничего, что может вам навредить.
— А суд?
— Да забудьте вы об этом! — Инквизитор всплеснул руками. — Потяну завтра время, сведу все к ошибке Филеаса, мол, он неправильно обращался с сильным артефактом!
Я с облегчением кивнула. Нарушение правил эксплуатации опасных объектов — отличная отмазка.
— Схожу на Скалу и выскажу свои претензии Повелителю, пусть возвращает Жезл. Бруна застращаю, он боится огласки своего происхождения. Гобелен, кстати, еще у меня. Мы продолжим нашу беседу. Сейчас отдыхайте, а я… я в библиотеку, — пробормотал Абеней, сверкая глазами. —
… Следующее заседание суда началось с проникновенной речи Инквизитора… над жезлом-подделкой. Филеас был назван в ней замечательным профессионалом, величайшей души человеком и борцом за чистоту магии, случайно переоценившим свои силы.
— Его могущество сыграло против него самого! Эр Филеас так хотел помочь нашей дражайшей принцессе, что его старания обернулись трагедией! — скорбно завывал Абеней, обращаясь к притихшему залу. — Снятый с Жезла отпечаток показал, что в артефакт была вплетена двойная Нить Ограждения! Соединившись с эмоциями Ее Высочества, Нить дала обратный толчок. О, нет-нет, не приближайтесь к Жезлу! Он еще может быть опасен! — Инквизитор обратился к подавшемуся вперед высокому господину с огромным кружевным жабо. — Его должны осмотреть маги Высшего Артефакториума. И эрру Илэль тоже необходимо осмотреть. Однако теперь с принцессы снимаются все обвинения!
— Так она проклята или нет? — раздался раздраженный голос из зала. На ноги поднялся грузный мужчина в нарядной накидке. — Все знают байку о двух сестрах. Если эта набедокурила с магией, значит, она та самая, проклятая. Отправьте ее куда-нибудь подальше, где она никому не навредит. У нас тут и так все плохо. Глава Гильдии Вольных Торговцев, эр Родмар, к вашим услугам.
Эр Родмар тяжело опустился на скамью. В глазах эра Абенея промелькнула тревога. Я тоже напряглась. Мы с Инквизитором предполагали накануне, что король Брун продолжит свою отчаянную борьбу и что одним из средств останется попытка опорочить Илэль.
Король в это раз расположился на самом верху амфитеатра из кресел. Маг Герард сидел подле матушки Илэль, угодливо наклоняясь к ней и что-то шепча. Королева морщилась.
— Принцессу должны проверить маги… — начал эр Абеней.
— Нет у вас доверия к вашим магам, — выкрикнул кто-то слева. — Лучше отвезите ее к жрецам или жрицам, так надежнее. У Тиона ерунжа какая-то творится с Чистой Магией. Не верим ему! Храмы стоят на этой земле сотни лет, а этот выскочка явился из неоткуда и диктует, что нам делать! Мы тут соберем подписи, чтобы принцессу отправили в Монастырь к Кающимся Девам.
— Она не лесная чаровница, — попытался сказать Абеней посреди нарастающего шума.
— Там разберутся!
— Ее Высочество — особа высоких кровей! С ней нельзя так! — закричала матушка.
— Тогда выдайте ее замуж! Обряд Разделения и Преумножения магии — лучший способ очистить запятнанную душу.
Опять эр Родмар. Так, сдается мне, все выходит из-под контроля. На губах короля Бруна змеилась усмешка. Он встал и громогласно произнес:
— Господа! У меня есть претендент на брак с Ее Высочеством. Поскольку Илэль — моя падчерица, заботясь о ее благополучии, я выбрал ей в супруги благочестивого эра Патрика Беарского, помощника градоначальника! Как известный приверженец чистого волшебства, эр Патрик спасет заблудшую душу моей приемной дочери.