Переплести судьбу

Гусина Дарья

На Тиона бестия смотрела долго. И сделала резкий жест рукой. Налетевший ветер сорвал капюшон с ее головы. Девушка была красива суровой, диковатой красотой. Слева и справа от гладкого пробора пробивались небольшие рожки, пухлые губы приоткрывали белоснежные клычки. В глазах песчаной дриады промелькнула ненависть. Она еще раз махнула рукой. Эры в передних рядах трибун беспокойно завозились. Но Тион с улыбкой покачал головой, с издевательской медлительностью сделал шаг вперед, указал на дриаду и с пафосом, громогласно изрек:

— Тебе не победить меня,

порочное создание! Я явился сюда, чтобы предложить свою защиту Илэль Коэдской и Гефеетской, и она станет жемчужиной при королевском дворце в Мабоне, если примет мое предложение. Великая принцесса принадлежит всем! Она надежда нашего королевства! А я ее защитник!

Тишину разорвали вопли восторга. Тион поклонился, лучась довольством, и сел на свое место между Виоттой и Оланной. Домина кривила губы, Виотта снисходительно улыбалась, похлопывая веером по ладони.

— У него что-то есть, — выдавила я, кипя от гнева. — Амулет или что-то в этом роде.

— Логично, — сказал эр Капаида, с грустью глядя на эра Алана. — Странно было бы, если бы он не подготовился.

Дриада уже направила палец на Воина Реки. Один посыл, второй… Сердце мое билось как сумасшедшее. Эр Алан стоял, слегка расставив ноги, словно упираясь всем телом. Я с ужасом видела, как от усилия ступни его погружаются в песок и гравий. Он тяжело дышал, но смотрел не на соблазнительницу… а на свою руку… на ленту, которую я для него вышила.

— Пожалуйста, — прошептала я. — Ну пожалуйста.

Эр Алан сделал тяжелый шаг, еще один… и еще, изменивший траекторию его движения. Он шел к трибунам. Лицо его было покрыто каплями пота, но движения становились все более уверенными. Каждый его шаг отзывался внутри меня. У трибун Воин Реки опустился на одно колено, глядя вверх.

— Эрра… Эрра Илэль… сердце мое… и тело мое… ваши… и никто другой… никогда… Я прошу… вашей руки.

Толпа оглушительно взревела: по всем децибелам и эмоциям эр Алан завоевал ее полное и окончательное одобрение, эр Тион и рядом не стоял. Рядом со мной от облегчения тихо заплакала Гута. Я посмотрела на песчаную фею. По лицу девушки скользнула улыбка. Она накрыла голову капюшоном и скользнула куда-то в тень палаток. Лучи солнца пробились между облаков и заиграли на гладких камнях Скалы-Прялки. Я встала.

— Я согласна! Мой избранник — эр Алан Эрмадонский, Воин Реки! Я принимаю его защиту и готова переплести с ним свою Судьбу!

Лицо Тиона, повернувшегося из своего ряда, попало мне в боковое зрение. Ничего хорошего оно не обещало.

— Боги приветствуют выбор Видящей! — громко проговорил поднявшийся с места эр Капаида.

— Святой жрец благословил эту пару! — звонко сообщила вставшая во весь рост Домина Оланна.

— Святой… святой жрец… — пронеслось в толпе.

— Возрадуемся! — проорал эр Капаида, дав петуха.

И народ возрадовался. За редким исключением.

Глава 19

С меня сняли мерки, и уже на второй день после раскроя я пошла в покои Оланны, где

расположились личные работницы Домины. Над платьем трудились шестнадцать девушек, вышивальщицы, кружевницы и портнихи. Белый, зеленый и розовый жемчуг, отрезы тонкой кисеи, натянутые на пяльцы. Вышивальщицы пели. Я видела розовые всполохи магии над пяльцами, а также ощущала нечто… опасное.

На пороге комнаты меня встретила Виотта. Она с любезной улыбкой начала показывать первые результаты работы, а я стояла, не веря в происходящее. Виотте доверили одевать меня к свадьбе?

— Конечно, Ли, — проворковала сестра, обходя меня и с прищуром разглядывая все мои… изгибы. — Я знаю, что модно при дворе, что достойно такой красавицы, как ты. Ты не просто так замуж выходишь, а в присутствии и с благословения императорской четы. Знаешь, — Виотта подвела меня в зеркалу и встала сзади, — ты могла бы выглядеть ослепительно. И будешь. Начнем примерку?

Мне поднесли сметанное на живую нитку платье. Естественно, это был наряд в очень Виоттином стиле — мало того, что он был отравлен, выглядела я в нем, как куртизанка. Амулет, спрятанный под нижнюю рубашку, ощутимо нагрелся. Я вытерпела его тревожную пульсацию и в конце примерки, напустив на себя легкомысленный вид, сказала:

— О, великолепно! Вернусь, когда платье будет готово.

— Непременно, — Виотта ласково улыбалась.

— Я думала, твоя сестра будет только рада тому, что ты не отнимешь у нее Тиона, — нахмурилась Гута, когда я вернулась в свои покои и рассказала ей о кознях Виотты, внимательно изучая кулон.

К счастью, агат вернулся в свое обычное состояние, лишь переливался в пламени свечи. Значит, я еще не отравлена. Примерка длилась всего полчаса. А дальше как? Я проведу в платье весь вечер, буду в нем на церемонии в храме и на пиру.

— Видимо, ее любовь к эру Алану сильнее, — предположила я. — Странно, в прошлый раз амулет не нагревался.

— Это может быть яд или чары, Ли, — фейри покачала головой. — Сама Виотта не обладает магией, но что мешало ей использовать готовое зелье, например, для пропитки ткани? Ты можешь вызвать магов, устроить разбирательство… но ты готова сейчас сражаться… опять?

— Нет, — ответила я, поразмыслив и оценив свои порядком истощенные силы. — Мне бы вырваться отсюда побыстрее.

— Тем не менее мы не можем сидеть и ждать, когда твоя сестричка тебя отравит или приворожит к кому-нибудь другому. Эр Абеней должен помочь.

Гута встала и направилась к стене.

— Тебе он нравится? — спросила я с улыбкой. — Ты любой повод используешь, чтобы с ним увидеться.

Гута сердито ответила через плечо:

— Он мудрый человек, хотя и честолюбивый. Радуйся, что он на твоей стороне.

— Я радуюсь. Меня бы давно в монастыре в келье заперли… или где тут у вас проклятых держат, или в Лесу в больш-у-у-ую такую семью приняли, или убили бы, если бы не ты, не Абеней, не Капаида.

— Ли, — Гута повернулась и посмотрела на меня немного смущенно. — Ты ведь понимаешь…