Переплести судьбу

Гусина Дарья

— Тион обо всех твоих мужиках знает? — спросила я, не оборачиваясь. — О Гийоме? О таком… блондинчике? Да… и таком седоватом типе, маге, да? Это ты с его помощью свои дела проворачиваешь?

— Можешь изгаляться надо мной, ши. Мое время придет. Ты права, Тион в моих руках благодаря маленькому вмешательству в его судьбу. Существуют отличные зелья, чтобы усилить его страсть, очень дорогие зелья, на основе крови песчаных дриад. Видела, на что они способны?

— А на Алана эликсиры не подействовали? — поинтересовалась я, чувствуя, что закипаю. Спокойно, Оля.

Эта тварь именно этого и хочет.

— Не подействовали. Алан… мой Алан чист душой и сердцем. В его сердце — Илэль, — честно призналась Виотта. — Но не ты. Пройдет время, и он поймет — ты не она. После пира я устрою маленький праздник для Тиона, я не подпускала его к себе почти месяц, а сегодня ночью позволю делать с собой все, что он захочет. Зелье усилит ощущения, а я потребую за это награду. Как ты думаешь, что я попрошу у мужчины, испытавшего неземное наслаждение в моих объятьях?

— Ну и дрянь же ты! — не выдержала я.

— Научишься быть дрянью, когда знаешь, что закончишь жизнь проклятой, — Виотта издала тихий смешок. — Помнишь о пророчестве?

Появился эр Капаида. Началась церемония, и я забыла обо всем, увидев эра Алана у алтаря. Мы не отрывали глаз друг от друга. Эр Капаида, правда, вел себя немного странно: останавливался на полуслове, читая слова призыва Богов, ронял свои дымящиеся пучки. В конце обряда он поболтал пальцами в чаше с водой, окрасившейся фиолетовым, и заявил:

— Молодых принял под свое покровительство Бог Араун.

Гости, собравшиеся в храме, изумленно выдохнули. Интересно, что там за Бог такой.

На пиру я почти ничего не смогла проглотить. Мысли вертелись вокруг предстоящей брачной ночи и угрозы Виотты. Я чувствовала взгляды Тиона… и Бруна, не решившегося пропустить такое событие. Оба пожирали меня глазами, один с нехорошей задумчивостью во взгляде, другой с пьяной тоской.

Нас разместили в смежных комнатах в южной части замка. В моей горел очаг, у камина дымился на блюдах ужин, огромная кровать под вышитым балдахином была усыпана лепестками роз. Гута помогла мне переодеться в красивую ночную рубашку и ушла, с волнением пожелав счастья. Я ждала эра Алана всю ночь. Он не пришел.

Утром я проводила в путь счастливую Гуту (эр Абеней покидал замок Коэд), так и не рассказав ей о своей несостоявшейся брачной ночи, и узнала, что мы с эром Аланом уезжаем через пару часов. Что ж, по крайней мере, он забирал меня с собой.

Садясь в карету, я с удивлением увидела, как в экипаж рядом с нашим пыхтя залезает эр Капаида.

— Я еду с вами, Ваше Высочество! — крикнул он. — Домин… э-э-э… отблагодарил меня за мою помощь вам, и теперь я буду служить в Храме поместья эра Алана.

— Отличная благодарность, — тихо пробормотала я, радуясь в душе и стараясь этого не показать.

В карету сел эр Алан. Я отметила его бледность и круги под глазами. Я ждала объяснений. Эр Алан заговорил, только когда замок Коэд исчез из виду.

Глава 20

Невысокий полноватый мужчина путешествовал по лесу в тех краях, где граница Освященных

Лесов и Диких уже давно стала условной и редко соблюдаемой. Здесь люди ходили с вышивками от зла, а лесные ши приторговывали магической пыльцой на людских ярмарках. Ослик мужчины, похожий на хозяина статью и умиротворенным выражением морды, неспешно трусил по лесной тропе. Когда путь его пролегал мимо густых зарослей шиповника, глашан, с самого рассвета поджидавший загулявших на ярмарке нетрезвых селян, приняв облик прекрасной человеческой девы, застонал с обочины, протягивая к путнику окровавленную руку.

— Добрый человек, — проникновенно прошептала дева, словно бы случайно оголяя трепещущую грудь. — Помоги. Альвы заманили меня в Лес и бросили умирать. Выведи меня к людям, святой посредник.

— Тьфу на тебя, отродье, — миролюбиво пробормотал путник, проехав мимо. — Попутали вы, мадам.

Глашан присмотрелся, досадливо сплюнул, принял свой естественный облик (мало похожий на девушку и, вообще, на человека) и снова завозился в утоптанном кустарнике.

— Эй, ши! — мужчина обернулся и крикнул: — Тут где-то стоит Дом, что на грани миров. Я давно тут не был и запамятовал что-то. Правильно ли двигаюсь?

На морде глашана отразилась борьба: ши явно хотелось бы попроказничать и сбить с пути несостоявшуюся жертву, но страх перед странным народом, гуляющим по мирам, как по обычным лесным тропкам, пересилил.

— Правильно! — крикнул он в ответ, трансформировав челюсть в человеческую. — У озера на запад повернешь.

— Спасибо! — откликнулся путник.

— Ходют тут, бродют, — проворчал глашан, мостясь в засаде. — И чем только наш Лес им приглянулся?

… В ДОМе, имитирующем снаружи шалаш «лесной ведьмы», было тихо, только из кривых окошек пробивалась музыка. Иван Дмитриевич Капалов завел ослика в стойло и вежливо постучался в дверь, бормоча:

— Сколько можно повторять: никаких компьютеров и смартфонов. Что за студиозусы пошли?* Ноль уважения к психике аборигенов.

* — отсылка к циклу «Академия Магического Домоводства»

Никто не открывал. Пришлось зайти самому, благо двери в Домах на Гранях никогда не закрывались. Внутри Дом был большим, двухэтажным, обставленным современной мебелью. Капалов сразу отправился на кухню, точно зная, где он наверняка застанет кого-нибудь из дежурных студиозусов.

— Ой, Иван Дмитриевич! — студиозка Света Гладышева (так, кажется, звали симпатичную практикантку с факультета правовой магии) подскочила, быстро запила чаем недожеванную булочку и засуетилась: — А мы вас вчера ждали.

— Пришлось задержаться, — сказал Капалов, почесав зудящую шею под жесткой «рясой». — Все идет к тому, что будем продлевать задание. Нарисовались новые обстоятельства. Сейчас пойду отчет писать. Но сначала в душ. Много вас тут сегодня?

— Четверо. Поешьте! — крикнула Марина ему вслед. — Без еды вы не стабилизируетесь. У нас есть колбаса и хороший сыр, итальянский, студенты с Европейской Грани угостили.