Перевоплощение
Шрифт:
Дэниел лежал на полу у выхода из кухни и наблюдал за Джессикой. Девушка сняла с головы полотенце и бросила на пол. Затем отвернулась от стола, встряхнула роскошной гривой, раз, другой, повернулась к столу, взяла ложечку, отломала кусочек торта и поднесла к губам. Проделала она все это с такой грацией и шармом, что Дэниел невольно раскрыл рот от изумления. Какой же красивой казалась Джессика ему в эти минуты! Завернутая в длинное белое узорчатое полотенце, с копной длинных и все еще мокрых волос, стройными оголенными ногами, заброшенными одна на другую, девушка поистине походила на нимфу, только что покинувшую лоно океана.
Где-то заиграла мелодия. Джессика
– Мобильник! – воскликнула Джессика, оставила ложечку на столе, спрыгнула с табурета и побежала на второй этаж, сверкая голыми пятками.
Дэниел же остался на кухне, медленно поднялся на лапы, приблизился к покинутому девушкой табурету, запрыгнул на него, затем перебрался на стол и склонился над блюдцем с остатками торта. В нос ударил сильный запах алкоголя. Дэниел фыркнул. Его кошачьи носовые рецепторы явно не были созданы для вдыхания паров алкоголя. Он казался ему таким гадким.
«До чего же мы, шотландцы, любим пихать виски во все съестное. Интересно, есть ли в мире другие страны, где так же любят спиртное? Может быть, русские. Точно, для них водка – святая вода. Они ее и пьют, и едят».
Сверху донесся смех. Дэниел поднял голову и посмотрел в сторону коридора. Затем поднял лапу, высунул когти и вонзил их в край торта. Отколов кусочек от торта, Дэниел стащил его с блюдца и откатил в сторону. Сырный торт. Когда-то он любил его, даже несмотря на алкоголь, который никогда не любил. Дэниел вспомнил, как несколько лет назад выпил стакан виски. Утро следующего дня он никогда не забудет. С тех пор он и алкоголь больше не друзья, разве что пиво, да и то в небольших количествах. Второго такого похмелья, которое Дэниел уже пережил однажды, пережить снова ему вряд ли удастся.
«И все же вкусно, – подумал Дэниел, доедая кусочек торта. – Даже с виски внутри».
Дэниел отколол еще кусочек творожного торта, затем еще и еще. Насытившись, Дэниел направился на другой конец стола, по пути на миг задержался у вазы со свежими розами, потянул носом, чихнул, двинулся дальше и улегся на краю стола.
На лестнице послышалось шебуршание босых ног, и спустя минуту на кухню вошла Джессика. Положив мобильник на стол, она села на табурет и вернулась к прерванному звонком занятию. Дэниел заметил, что Джессика успела переодеться. Вместо полотенца на ней были желтая футболка и короткая джинсовая юбка.
– Мью, ты чего залез на стол? – спросила Джессика, увидев на столе кота. – Проголодался? Подожди минутку, сейчас доем и гляну, что для тебя есть в холодильнике.
Джессика доела торт, запила соком и поднялась из-за стола. Бросив грязную посуду в мойку, она подошла к холодильнику и распахнула дверцу.
– Мью, тебе повезло. Здесь есть кое-что для тебя. Странное дело, раньше ты любил корм, сейчас нос воротишь. Надоел, наверное. Я бы тоже на корме долго не протянула, – Джессика хихикнула и достала из холодильника тарелочку с кусочками нарезанного бекона и сыра.
– Вот от этого ты точно не откажешься, – сказала девушка, ставя тарелку на стол. – Так и быть, пока дома никого, я разрешу тебе есть на столе, только будешь есть со своей тарелочки.
Джессика подняла с пола пустое кошачье блюдце и поставила перед Дэниелем.
– Думаю, с тебя хватит, – сказала девушка, переложив на блюдце несколько кусочков бекона и сыра. – А нет, тогда попросишь. Раньше, когда чувствовал голод, ты очень хорошо умел просить, – Джессика улыбнулась, погладила кота по голове и вернула тарелку в холодильник. После чего налила
Дэниел поднялся и приблизился к блюдцу. Бекон он любил, да и сыром никогда не брезговал. Легкое головокружение заставило его остановиться. Дэниел закрыл глаза, снова открыл их, даже тряхнул головой, но головокружение не пропало, наоборот, усилилось, и как будто земля, вернее крышка стола, начала двигаться.
«Чертов виски, – догадался Дэниел в чем дело. – Ударил в голову. Вот почему среди котов нет алкоголиков. Коты быстро пьянеют, даже от грамма алкоголя. О, черт. Теперь я стал пьяным котом. Осталось выйти к Джесси на террасу и начать орать песни. Нет, надо поесть, может, отпустит, а нет, тогда можно и песни петь или… – Дэниел зевнул, – …спать лечь. А может, за какой кошечкой приударить? Персидской или британской, короткошерстной. У них такие мордочки прикольные, – Дэниел снова зевнул. – Чертов виски. Уже мысли как у настоящего кота. Чтоб тебя. Надо поспать. Протрезветь, – Дэниел дернул головой, пытаясь стряхнуть туман с глаз. – К черту кошек. Меня интересует только одна кошка, Джесси. А может, меня это так чувство по голове шибануло? Аж стол шатается. И чего бы это я шатался, стой себе спокойненько. Разве не видишь, что людей штормит? Стол, если ты не остановишься, я упаду и раздавлю тебя. Сам будешь виноват… Эй, принцесса, ты где? – Дэниел повернул голову в одну сторону, затем в другую. – Я на корабле? Ну и черт с ним. Что это перед глазами?» – Дэниел склонился над блюдцем и схватил зубами кусочек бекона. В тот же миг лапы Дэниела подломились, и он растянулся на столе. Зубы его по-прежнему сжимали кусок бекона, но глаза были закрыты. Спустя мгновение кошачье тело обмякло. Дэниел уснул.
Проспал Дэниел недолго. Звук автомобильного гудка заставил его покинуть страну сновидений. Дэниел поднял голову и прислушался. Сознание было будто чужое. Туман в голове как будто рассеялся, но головокружение осталось.
– Привет, Энтони! – услышал Дэниел крик Джессики. – Подожди немного. Я сейчас спущусь и открою тебе.
«Так вот кто мне мешает спать», – подумал Дэниел. Только сейчас он заметил, что во рту у него застрял кусок бекона. Оставив в покое бекон, Дэниел устремил взгляд на террасу.
В кухне появилась Джессика. Бросив на кота мимолетний взгляд, со словами: «У нас гости», она выбежала из кухни.
«Плевать мне на таких гостей, – Дэниел почувствовал укол ревности, вспомнив, кем приходится Энтони Джессике. – Сто лет не видеть таких гостей».
Дэниел двинулся по столешнице к табурету. Прыгать со стола он побоялся. Как бы в таком состоянии вместо лап не приземлиться на морду. Дэниел спрыгнул на табурет, затем на пол. Несмотря на волнение перед глазами он выглядел молодцом, двигался прямо, хоть и с небольшим заносом вправо, будто сопротивлялся сильным порывам ветра.
Дэниел пересек кухню, выбрался в коридор и двинул в прихожую. На полпути остановился и устремил взгляд на входную дверь.
Через несколько минут дверь открылась, и на пороге возникла Джессика. За девушкой двигался Энтони. В руках Джессика держала огромный букет и плюшевого медвеженка с сердечком в лапах. Энтони также был не с пустыми руками. В его руках Дэниел заметил продуктовый пакет.
– Ты сама? – поинтересовался Энтони.
– Как минимум до обеда, – Джессика закрыла за Энтони входную дверь и кивнула в сторону. – Идем в гостиную.