Перевозчик

Орлов Алекс

Роджер вдавил кнопку «передать», и таксист подпрыгнул от счастья.

– Отличная сделка, командир! Еще какие-нибудь проблемы?

– Хочу смыться на орбиту, и побыстрее. Сможешь сделать?

– Не вопрос, приятель!..

– А ты знаешь, чем тебе это грозит?

– Видел издалека… Хреновое дело, но я вложу свой страх в счет.

– Вкладывай, приятель.

– Тогда полетели!..

Они сорвались с места и помчались по улицам, узким окраинным переулкам и широким центральным проспектам.

Мелькали

высотные здания, частные владения, прачечные, пекарни, ателье. Кроны деревьев, редкие фонтаны, снова фасады и проспекты.

Когда Роджеру показалось, что он стряхнул все «хвосты» и волен сам выбирать направления, на экране заднего вида нарисовался бетоновоз, извергавший черные облака недосожженного топлива, а значит, водитель давил на газ и поднимал заслонки нейтрализатора, чтобы нарастить обороты.

Огромный грузовик, вздрагивая на «лежачих полицейских», стремительно сокращал расстояние и распугивал автомобильную мелочь паровозным гудком.

– Это за вами, сэр! – крикнул таксист, испуганно поглядывая на увеличивающаюся радиаторную решетку грузовика.

– Нет, это за нами обоими! А свой страх, будь добр, сверни в трубочку и засунь…

Таксист сделал резкой поворот влево и прервал Роджера.

Теперь бетонного монстра позади не было.

– Так, о чем я говорил? Ах да! Добавь свои переживания в окончательный счет!..

– Я… Я понял! – кивнул водитель, вертя головой, чтобы не прозевать появления бетоновоза.

– Куда мы сейчас?

– В исторический центр!.. То есть – в туристический!..

– Но ты же говорил…

– Я все помню, но через центр пока безопаснее!.. – сообщил водитель, продолжая вертеть головой.

Велосипедный магазин, дама с двумя шпицами. Три пальмы подряд и магазин-кафе жареных орехов – кажется, там продавали еще и кофе. Потянулись ряды музеев, галерей, ресторанов и снова музеи – как-никак исторический центр.

– У вас здесь есть дорожная полиция?

– Есть, но она виртуальная.

– В смысле?

– Присылает в конце недели счет со штрафами – где и что нарушил.

– И ты платишь?

– Нет, я каждую неделю регистрирую машину под новым номером.

– Это разрешает закон?

– Закон за всем не поспевает, а я лишь стараюсь выжить, мистер… Ах, чтоб вас всех!..

Мотор такси взревел, и они стали стремительно разгоняться по площади. Водитель истерично давил на клаксон, туристы штабелями валились по сторонам, спасаясь от гибели, но, наступая ему на пятки и гудя, словно паровой ледокол, такси преследовал коптящий бетоновоз, покачиваясь на неровностях исторической брусчатки и быстро сокращая дистанцию.

Роджер заметил показавшийся из кабины ствол и крикнул:

– Право!..

Таксист вильнул, и посланный заряд разнес киоск мороженого.

– Влево давай! – снова крикнул Роджер. Новый выстрел разнес цветочный магазин, и черепки горшков с черноземом

устлали половину тротуара и улицу.

– Газу, приятель! Газу!..

Это был прямой участок до самой Вип-Деревни – места, где строили виллы самые обеспеченные люди города.

Такси понеслось по обезлюдевшей улице, словно стрела. Где-то звучали полицейские сирены, но слишком далеко, чтобы вмешаться. А такси все набирало скорость, хотя впереди была развилка, но бетоновоз не отставал.

Ревя моторами, машины пронеслись по газону, перепахали несколько дизайнерских клумб, а затем таксист сумел выполнить поворот, и машина на двух колесах выскочила на дорогу, грохнув ободами по бордюрному камню.

Бетоновоз попытался повторить тот же маневр, но из такси ударил заряд, перебивший переднюю ось. Бетоновоз осел на брюхо, со скрежетом пролетел через чей-то двор и плюхнулся в огромный бассейн, выбросив волну на загоравшую рядом публику.

Но этих подробностей Роджер уже не видел, а перепуганный таксист несся через город, чтобы поскорей избавиться от опасного клиента.

112

В том, что преследователи все еще дышат ему в затылок, Роджер ничуть не сомневался. Он садился на одно судно, мчался двое суток до первой пересадки, пересаживался на другое и, используя обманные пути, регистрировался под новым именем, чтобы сесть на третье.

Он покупал в дорожных магазинах готовые костюмы жуткого покроя, одноразовое белье, носки не того размера, потом приобретал новые комплекты, избавлялся от предыдущих, но неизменным оставался только чемодан, на котором он, при каждом удобном случае, менял чехлы или попросту выворачивал их на другую сторону.

Из-за всей этой нервотрепки ему постоянно хотелось выпить. Несколько раз Роджер даже покупал спиртное, но потом усилием воли заставлял себя его выбросить.

Однажды даже открыл бутылку и налил стакан, но потом все же спустил выпивку в туалет.

Он понимал, что сейчас решающими могли оказаться всего несколько часов, и, попавшись в лапы охотников снова, сорваться с крючка уже не удастся.

Через три недели гонки он высадился в порту одной из планет, где-то далеко в восточном секторе второго уровня. Был вечер, за бетонной стеной ревел космодром, а перед зданием порта среди подстриженных кустиков пели цикады.

Светилось огнями уходящее в город шоссе, под фонарями вились ночные мотыльки, упорно колотясь о стеклянные плафоны.

Обойдя посадочный пятачок, Роджер выбрал на стоянке ожидавшее такси и, постучав пальцем по стеклу, заставил дремавшего таксиста очнуться.

– Вам чего? – спросил тот, открывая окно.

– Как чего? Ехать.

– Извините, мистер, но у нас положено ехать на первой в очереди машине.

– А я хочу на твоей… – сказал Роджер, самовластно усаживаясь в автомобиль.