Перевозчик

Орлов Алекс

– От кого несет, как из бочки со спиртом? – спросил небритый, прохаживаясь по кают-компании.

– Это я, – поднял руку Роджер. Умом он понимал, что они влипли по полной, однако нетрезвое состояние сглаживало ситуацию. – Люблю пропустить побольше и покрепче… У вас, кстати, ничего не найдется?

– Это, типа, твое последнее желание? – уточнил тот, что целился в Энши. Потом поднялся и подошел к Роджеру, рассматривая его более внимательно.

– А чего такого особенного? Если бы ты пришел ко мне на судно, я бы выпивку

не зажимал ни под каким предлогом.

Бандит рассмеялся и пообещал:

– Тебя я убью последним.

– Спасибо, конечно, но ты с темы не спрыгивай.

Бандиты снова расхохотались, хлопая себя по ляжкам и потрясая автоматами. По-хорошему, им следовало сразу обыскать гостей, но они были уверены в своих силах – их же было больше, и они поймали достаточно жертв, чтобы уяснить: перед лицом опасности все теряют волю к сопротивлению. По крайней мере – все трезвые.

– Але, Шкив, пошуруй в холодильнике. Там была какая-то отрава, а то, в натуре, зайду к парням на борт, а они мне и воды не подадут, представляешь?

И снова кают-компания содрогнулась от хохота.

– Ты жжешь, Лотар!

– Так вы что, точно уже не торгуете? – подал голос Энша, не терявший надежду на спасение. – Может, возьмете этот бизнес под себя, а, ребята?

– Нам этот бизнес не нужен, у нас дела и так идут нормально, – пояснил Лотар. – Вы уже восьмые с мешочком и своим бортом. Чем не бизнес, а?

– Но скоро к вам перестанут ездить.

– Пускай, – пожал плечами бандит. – Тогда мы свалим и найдем новую перевалку дури, и все повторится.

К Роджеру подошел Шкив и подал начатую бутылку.

– Держи, приятель. Дерни напоследок глоток-другой.

– Глоток-другой? Жадный ты, – покачал головой Роджер и слегка качнулся – по-настоящему, без всякой игры. Потом поднес бутылку к глазам и вслух прочитал:

– Кальвадос, три года, а дальше – ага вот, путем перегонки яблочного сидра. Никогда такого не пил.

– Значит, повезло! – заметил кто-то из бандитов, и это снова вызвало веселье.

82

Роджер открутил крышку и понюхал – пахло яблоком. Он отсалютовал бутылкой, сказав:

– Ваше здоровье.

И начал пить из горлышка.

– Разумеется, наше, твое тебе уже без надобности! – сострил кто-то, и снова был смех. Однако по мере того как Роджер не отрываясь продолжал пить, веселье стихло, и бандиты невольно морщились, следя за тем, как этот несчастный впихивает в себя эдакую гадость.

Они, как и Энша, практиковали только траву, таблетки и чуть реже – грибы, поэтому к алкоголю относились с подозрением.

Наконец бутылка опустела, Роджер отбросил ее в угол и выдохнул концентрированные пары так, что они дошли до всех, кто сидел на диванах.

– Да он, в натуре, алкогольный нарик! – воскликнул пораженный Шкив.

– Сторчавшийся нарик, – согласился Лотар, видя

по глазам Роджера, что тот уже окончательно теряет связь с реальностью.

– Хитрый сукин сын, – сказал он. – Теперь он вообще ничего не боится.

– Волков бояться – коней не считать! – воскликнул Роджер и заржал. Ему сейчас действительно было весело.

Вдруг в дальнем конце помещения открылась дверца, и появилась женщина в кожаных, донельзя коротких шортах и такой же кожаной майке, едва сдерживавшей напор тяжелой груди. У нее были длинные черные волосы, округлое миловидное личико и кривоватая улыбка. Ей было лет двадцать пять, но она выглядела старше из-за пристрастия к синтетическим наркотикам.

А еще она носила короткие сапожки на среднем каблуке и чулки, не доходившие до шорт нескольких сантиметров.

На любого мужчину такая красотка производила ожидаемое впечатление, если бы не висевший на поясе нож, рукоятка которого была запачкана кровью.

– Чего вы тут ржете, как свиньи собачьи, а? – спросила она баском, вытирая руки о влажную салфетку. Затем отбросила ее и прошлась мимо новичков, оценивая их и подробно разглядывая.

– Веселые гости у нас, Рина, – сказал Лотар.

– Я вижу, – сказала красотка и, повиливая бедрами, подошла к Роджеру. – Торчок?

– Алкоголик, мадам-м-м… – поправил ее тот.

– Мадемуазель, вообще-то.

– Прошу прощения, – развел руками Роджер и едва не упал. Все снова засмеялись.

– Хочешь меня, алкаш? – спросила Рина, заглядывая в пьяные глаза Роджера. – Прямо сейчас, хочешь?

– Не сегодня, к… крошка. У меня на вечер другие, это… планы.

– Правда? А если так?..

Рина схватила Роджера за промежность и облизала ухо.

– О, я чувствую, что ты не такой уж и пьяный, – горячо прошептала Рина. Потом повернулась к Лотару и сказала: – Второго завалите прямо сейчас, а этот мне еще пригодится.

– Эй, не надо, пожалуйста! – завопил Энша, пятясь к стенке и забыв про свой дробовик.

Но Рина уже обвила руками шею Роджера и присосалась к его проспиртованным губам. Вдруг страшный удар почти переломил ее пополам и отбросил тело к бандитам на диване, а Роджер вскинул пистолет и стал быстро стрелять, старясь не выпускать из поля зрения ни одного опасного движения.

Спиртное, а в особенности кальвадос, помогало ему видеть все происходящее в сильно замедленном темпе. Бандиты пучили глаза, раскрывали рты, что-то кричали и медленно поднимали автоматы, а Роджер совсем не тормозил, работая, как хорошо проспиртованный механизм. Он не только видел, куда попадали его пули, но и ухитрялся отслеживать полет вылетавших стреляных гильз. Это было что-то! Это были совершенно другие, новые ощущения!..

Улучив момент, они с Эншей выскочили в дверцу, откуда пришла Рина, и заперлись за мгновение до того, как в помещение ворвалась еще одна группа.