Перловый суп
Шрифт:
Он был одним из самых крутых коллекционеров старины. У него можно было найти и александрийский меч, и кремневое ружье. Если он собирал колокола, то у него были колокола от микроскопических — серебряных, золотых колокольчиков — до огромных двух, четырехпудовых серебряных колоколов. Если самовары, то это несколько сотен самоваров, если иконы, то это, начиная с двенадцатого века. Его частное собрание превосходило собрание Оружейной палаты Московского Кремля, Ленинградского этнографического музея и Белорусского государственного музея вместе взятых.
Могильный прославился
Могильный до войны был чемпионом по плаванию, он обнаружил этот мост и, зная всякие народные прибамбасы, сконструировал такую мину, которая и не тонула, и не всплывала, а к мине прикрепил крючок и удочку. Выплыл по течению, направил мину под злополучным мостом и, когда она под ним проплывала, зацепилась крючком и взорвалась.
Могильного наградили орденом Ленина, а Героя присвоили гораздо позже, после войны. Тогда Сталин еще удивленно спросил:
— А что, у нас мосты до сих пор взрывают?
Как-то Могильный купил себе дом на хуторе, и высадил там коллекцию всех растений, которые есть в Беларуси. Однажды приезжаю к нему, а у калитки меня встречает его подруга тех дней Нина:
— Слава Богу, что ты явился! Поможешь мне этого придурка вытащить,
Я приехал его навестить, потому что знал, что у него микроинфаркт.
— А где он? — удивился я.
— Где может быть человек, у которого инфаркт?
Оказывается, он полежал день после инфаркта и полез чистить колодец. Там у него схватило спину, и он не смог вылезти, а у Нины сил не хватало, чтобы его вытащить.
Однажды я приехал к Могильному с двумя девушками и большим тортом. Торт он есть отказался, ссылаясь на вышеупомянутое раздельное питание. Тогда я предложил:
— Пусть девушки тогда сами съедят торт, а мы посмотрим!
— Они не смогут съесть такой огромный торт!
Мы поспорили, сели и стали наблюдать за девушками. Во время того, как они ели, офонаревший Могильный сказал фразу, которую я запомнил навсегда:
— Вот, что такое молодой развивающийся организм! Наверное, им чего-то не хватает.
Он не знал, что девушки были профессионалками! До этого я возил их в Москву, и в ресторане Домжура предложил им заказать все, что угодно. Они потрясли официантку своим ответом:
— Будем все!
Вечер закончился так: все посетители смотрели в нашу сторону, созерцали, как провинциальные девы добивают меню. Они действительно съели все, что там было — от закусок до десертов. И не потому, что хотели кушать, а потому, что были в центре внимания. Доедали, конечно, уже под аплодисменты.
Некая Маргарита
Наконец-то в городе появилась баня с шикарной обстановкой, в которой все разрешено.
Один из моих приятелей решил в этой бане отметить свой день рождения в чисто мужской компании, о чем рассказал жене.
Жена же его искренне решила сделать мужу ужасно остроумный сюрприз.
Она подъехала к бане, охранник открыл дверь, и она, не зная, как объяснить свое появление, ему сказала:
— Меня там ждут...
Она попала в точку, это была та самая фраза, которую, как пароль, традиционно произносили при входе все девки. Ведь какая же чисто мужская компания без блядей? И охранник ее пропустил.
И вот она врывается, разгоряченная...
И тут начался мордобой, вопли и битье посуды. Это не было бы так комично, если бы она приехала, чтобы поймать своего мужа на чем-то таком. А ведь она неслась, готовая на все, к голым мужикам... Какую же психологическую травму она получила!
После этого даже в газете было сообщение о том, что баня закрыта вследствие взрыва и пожара, которые там произошли.
Она у меня свой парень
Очень часто приятели уверяли меня, что я могу приходить к ним в гости с девушкой, потому что, мол, у них «жена — свой парень». Я всегда утверждаю, что они не ведают, что творят.
У Стреляного жена — писательница, творческий человек. Он мне всегда говорил, что я могу приезжать к нему с кем угодно, что его жену это не интересует. Я ему пытался объяснить, что если к нему приеду с девкой, то рано или поздно у его жены наступит прозрение: он — мой друг, значит, такой же, как я. Значит, когда он едет ко мне, то тоже едет с девкой. И дальше не играет роли, правда это или неправда. Все равно это будет заподозрено! Он только смеялся и доказывал обратное,
Вдруг он мне позвонил и возбужденно предупредил, что может позвонить его жена. Оказывается, она взяла его записную книжку и начала всех обзванивать, выясняя и расспрашивая... Однажды у женщин наступает некое замыкание, когда вдруг давно знакомая история обретает другой смысл. Но Стреляного этот сюжет ничему не научил.
Как-то всю зиму я писал книгу на шикарной даче у своего друга Лисичкина, Буднями я добросовестно работал, а по субботам съезжались мои друзья, которым я зачитывал уже написанные главы, мы устраивали баню и прочие развлечения. Так прошло три месяца, и все было нормально, у всех дома это называлось «съездить на мальчишник».
Потом у Лисичкина был день рождения. Собралась огромная компания, человек пятьдесят. Вдруг Стреляный, в присущей ему манере нарочитой грубоватости, пошутил, обратившись к жене Лисичкина:
— Надя, я тебе просто поражаюсь! У тебя такая шикарная дача, как же ты можешь отдавать ее Будинасу, чтобы он устраивал там бордели с блядями?
Только начало фразы прозвучало нормально, к ее концу за столом наступила гробовая тишина. Стреляный потом пытался объяснить, что он пошутил, и что всем должно быть понятно, что это просто грубая шутка.