Перстень Агируса

Левченко Виктория Эдуардовна

Там посреди каменных плит, которыми вымощена площадь внутри замка, есть глубокий и старый Сухой Колодец, им никто не пользуется — там нет воды. Рыли его невольники, но опустившись на тридцать метров, уперлись в очень твердые породы. Они оставили эту затею, так и не дойдя до источника. На другом конце замкового двора был вырыт второй колодец, откуда и черпали воду замковые обитатели. Удачное место было подсказано пробившимися меж плит подорожниками — верным признаком присутствия влаги под землей.

В стене Сухого Колодца, метров на пятнадцать ниже поверхности, был сделан потайной склеп, размером с небольшую комнату. Чтобы добраться до него, надо спуститься по веревке

и ровно на полпути до дна колодца можно увидеть в стене кованую железную решетку. Запиралась она ключом, заговоренным специальными молитвами. Никто не мог войти и выйти через решетку без этого ключа».

Марк оглядел свою притихшую аудиторию и задержался взглядом на мне. Ничего не изменилось в его лице, только прекрасные глаза на миг потеплели и сверкнули. Дик заерзал на своем кресле — это не укрылось от молодого ученого:

— Наверное все уже устали сидеть, давайте сделаем небольшой перерыв. В столовой Рэйчел устроила чай, можно перекусить немного, согласны?

Мы уже насиделись и, чтобы размять ноги, выпили чай стоя. Вернее, я и Марк пили кофе. Я ела грузинскую чурчхелу, Марк не стал ничего есть, а только смотрел на меня. Профессор с аппетитом налегал на закуску с орехами, рецепт которой он привез из Грузии. Эми и Дик, будто сговорившись, попробовали того-сего и взяли по стаканчику фруктового мусса. Мне не терпелось вернуться в аудиторию, чтобы слушать рассказ моего парня.

Сигнал к возвращению подал профессор — делая последние глотки чая, он, мыча что-то, дал отмашку рукой в сторону зала заседаний. Марк взял меня за руку, мягко сжал ладонь и повлек за собой. Прежде, чем усадить свою девушку, то есть меня, в кресло, молодой ученый поднес к губам мою руку и, целуя ее, не отводил взгляда от моего лица.

— Я продолжаю пересказ истории Ласло — венгра, державшего дорожную корчму в Бухаресте, — напомнил Марк, направляясь к кафедре, — итак, корчмарь сказал:

— «Вскоре после того, как Дракулу похоронили в тайном склепе, спрятанном в стене глубокого Сухого Колодца, стали происходить странные вещи. Сначала пропал кастелян ⁵³. Звали его Фонсо из Пешта ⁵⁴. О нем следует рассказать особо, так как он важное лицо в этой истории. Много времени утекло с тех пор, а народ все еще помнит, как выглядел Фонсо-кастелян, управлявший в замке Кулешть около двадцати лет, начиная с 1456 года.

Няня рассказывала, что был он коренастым, сутулым — почти горбатым и очень сильным. Те, кому доводилось хотя бы раз увидеть Фонсо, навсегда запоминали его. Густые, курчавые волосы каштанового цвета обрамляли высокий и выпуклый лоб кастеляна. Глубоко посаженные глаза Фонсо были всегда хитро прищурены и его собеседнику казалось, что тот видит насквозь все помыслы и тайны. Стоило ему сверкнуть глазами и сдвинуть широкие, черные брови, как у подчиненных душа уходила в пятки и каждый стрелою несся выполнять свою работу, чтоб не вызвать гнев управляющего».

Ласло перевел дух, пригладил непокорные волосы, запустив всю пятерню в седую копну и действуя ладонью, как расческой. Я терпеливо ждал. Последовало продолжение:

— «Нужно также вспомнить о голосе Фонсо. Он был звучным, низким и хрипловатым, местные обитатели рассказывали, что раскаты голоса кастеляна были слышны из конца в конец замка Кулешть. Фонсо из Пешта управлял резиденцией венгерского короля в Трансильвании до тех пор, пока не исчез.

Поисками кастеляна занялся начальник стражи замка — рыцарь по имени Милош. Это был молодой венгерский дворянин, который из-за бедности, нередкой для знати, поступил на королевскую службу и надеялся сделать карьеру. Сильный

и рослый Милош был красив — черты мужественного лица говорили о твердом характере и храбрости, пышные, светлые усы и борода не скрывали свежих линий решительного рта, серые глаза смотрели на мир сдержанно и разумно, волнистые русые волосы спускались ниже плеч. Он был очень хорош, этот рыцарь Милош!

В тот день молодой начальник стражи с помощниками искали кастеляна с самого утра но никто не видел и не слышал его. Наконец, решили войти в комнату Фонсо, сломав для этого дверь. Там никого не оказалось, но была одна странная деталь — на столе лежала связка ключей, которую кастелян всегда носил на поясе и никогда с нею не расставался. Связка была раскрыта и оказалось, что не хватает лишь одного ключа — того самого, заговоренного молитвами ключа от решетки склепа Дракулы».

— «И тогда решили проверить склеп?», — предположил я.

— «Да, господин барон. Начальник стражи замка Кулешть понимал, что об этом происшествии узнает король и разгневается не на шутку. Наказание будет жестоким... Поэтому, взяв себе в помощь двух солдат из гарнизона замка, он направился к Сухому Колодцу. Там был механизм для спуска и подъема. Над колодцем размещалась система блоков, по которой двигались веревки, перемещая маленькую деревянную платформу — она могла выдержать вес троих человек. Сам механизм размещался прямо на платформе, чтобы передвигать ее, нужно было крутить изогнутую рукоятку — подобная конструкция ислользовалась в замке для подъема огромных ворот и моста надо рвом. Механизм в колодце установили для строительства склепа, потом его использовали, когда спускали в каменную нору тело Влада Дракулы. А теперь на эту скрипучую и шаткую поверхность ступили трое — Милош и два его помощника. Один из солдат начал вращать рукоятку и платформа, дернувшись, пошла вниз. Равновесие держать было очень трудно, поэтому все хватались за скользящую веревку, обжигая трением руки.

Спустившись на пятнадцать метров, они остановили платформу напротив входа в склеп. Решетка оказалась незапертой. Милош похолодел, предчувствуя, что совершилось ужасное дело. Он вошел в склеп, за ним следом — два помощника. Главный стражник зажег факел, потом прошел вглубь несколько шагов, приблизился к каменному саркофагу с тяжелой крышкой и приказал помощникам открыть ее. Едва солдаты прикоснулись к камню и сдвинули его, как целое облако летучих мышей с шумом ринулось на них изо всех углов склепа. Они царапали кожу, вцеплялись в волосы, забирались под одежду, били крыльями по лицу. Милош закричал от ужаса и выпустил из рук факел, который упал на каменный пол и погас. Воцарилась темнота, которая ничуть не помешала атаке мерзких тварей», — Ласло содрогнулся и после небольшой паузы возобновил повествование:

— «В дальнем от входной решетки углу склепа раздался крик. Глава стражи посмотрел в ту сторону — его глаза постепенно привыкали к темноте — немного света, совсем чуть-чуть, проникало в эту каменную нору со стороны решетки. Он успел заметить какое-то быстрое движение и все стихло. Лихорадочно оглядываясь, Милош увидел лишь одного из своих помощников — молодого солдата, он стоял с другой стороны от гроба Дракулы и ожесточенно отмахивался от мечущихся вокруг летучих мышей. Второго человека нигде не было видно. Преодолевая страх и отвращение, глава этой маленькой группы поднял факел, не без труда зажег его и принялся прогонять летающих рукокрылых, размахивая горящим факелом и мечом. Летучие мыши вылетели прочь через открытую решетку, но многие из них, сбитые стражником, ползали теперь по полу и казалось, что под ногами шевелятся каменные плиты».