Перстень Агируса

Левченко Виктория Эдуардовна

Ласло посмотрел на меня и доверительно сообщил:

— «Эта часть рассказа сильно пугала меня в детстве, с тех пор я очень боюсь летучих мышей».

Марк с улыбкой взглянул на Эми и подмигнул ей — он вспомнил, что она тоже не в восторге от этих животных. Моя подруга все поняла и, поежившись, сказала:

— Я бы умерла от страха, если б меня атаковала стая летучих мышей. Может быть тот второй солдат, испугавшись, случайно оступился и упал на дно колодца?

— Мне тоже пришло это в голову, Эми, хоть крик раздался из дальнего угла, но мало ли что могло случиться, я сказал

об этом Ласло, на что он ответил с загадочным выражением лица:

— «Историю надо слушать по-порядку, дойдет черед и до второго солдата. А пока что главный стражник Милош, стал обходить небольшой склеп, светя факелом во все углы, то и дело оступаясь из-за ползающих летучих мышей. Кроме него самого и одного солдата в мрачном помещении не было никого.

Напоследок Милош решил заглянуть в саркофаг Дракулы, хотя внутренний голос твердил ему, что не стоит этого делать. Напрасно он не послушался! Преодолевая непонятную робость, Милош медленно склонился над каменным последним пристанищем князя Цепеша и поднес факел, чтобы осветить его. А солдат не решился подойти и держался как можно дальше, буквально впечатавшись в стену.

Главный стражник увидел тело, лежащее в каменном гробе. Возможно все и обошлось бы, но Милош помедлил, и не водрузил в тот же миг каменную крышку туда, куда следует. Вместо этого он принялся всматриваться в лежащий труп, наряженный в богатые, расшитые золотом и драгоценными камнями одежды. На шею покойника была надета золотая цепь, украшенная топазами и увенчанная медальоном. Милош удивился тому, что на лице трупа был заметен румянец, а губы его казались красными. Он подумал, что свет факела мог сыграть такую шутку.

В отличие от солдата, который стоял у стены и трясся от страха, глава стражи замка был не робкого десятка. Ему вспомнилось, что князю Дракуле, по слухам, отсекли голову и он захотел проверить так ли это. Держа в левой руке факел, Милош правой рукой стал отодвигать воротник у покойника, чтобы увидеть место, где голову приложили к телу...

Князь Дракула открыл глаза.

Солдат первым увидел это, но не закричал, не побежал, не вытащил оружие. Нет, его охватил ужас такой силы, что парализовал беднягу на время. Он сгорбился, обхватил себя руками за плечи и стоял, опустив голову. И еще он скулил. Не плакал, не стонал, а именно скулил — это слово точнее всего описывало издаваемый солдатом тонкий, жалобный и вибрирующий звук.

Милош не сразу заметил, что мертвый Дракула смотрит на него, так как сосредоточенно искал под воротником место, где голову присоединили к туловищу. Услышав звуки, неосознанно издаваемые солдатом, он повернулся к нему и спросил удивленно:

— «Что с тобой?».

Вместо ответа солдат указал дрожащей рукой на Влада Дракулу. И только тогда главный стражник замка Кулешть встретился взглядом с живым трупом и буквально задохнулся на миг от самого сильного испуга за всю его жизнь. Он был молод, силен и здоров, однако сердце его потеряло ритм и застучало беспорядочно, то замирая, то бешено сокращаясь — грудь стиснула боль.

Дракула не пошевелился, а только одними губами издал звук «п-ф-у-у». Факел мгновенно погас. Милош снова выпустил его

из рук и, дрожа всем телом, отступил на шаг от гроба, озираясь по сторонам одними глазами. Но после яркого света факела, он ничего не мог видеть, его зрачки еще не успели адаптироваться к наступившей темноте. Милош сдавленно втягивал воздух через рот и прислушивался, раз уж не мог видеть. Но кроме продолжающегося скуления бедного молодого солдата, никаких других звуков различить он не мог.

Кто-то обнял его. Милош вздрогнул от неожиданности. Руки, обхватившие его, крепче сомкнулись вокруг трепещущего тела, и кто-то мягко прижался к нему всем туловищем и даже ногами. И таким нежным и сладким было это прикосновение! Неясный, тонкий запах, невыносимо приятный и волнующий, кружил голову бедному стражнику, ноздри его раздувались, а кровь ударила в голову. Сознание стало мутным. Милош чувсвовал то же самое, как если бы его обнимала прекрасная обнаженная девушка.

Он ответил на объятие и сам прижался к неведомому сладкому существу, расслабился, и напрягся одновременно, страх ушел. Осталось только влечение и оно было непреодолимым. Что-то легонько кольнуло в шею с левой стороны. А потом нежные губы и влажный язык прикоснулись к этому месту поцелуем. Это вызвало новую волну возбуждения у бедного Милоша и он застонал, испытывая наслаждение...

— «Очнитесь, мой командир!», — робкий солдатик тряс Милоша за плечо. Начальник стражи лежал на каменных плитах склепа и казался мертвым, но, присмотревшись, можно было заметить, что он дышит.

Веки Милоша затрепетали, он с трудом открыл глаза и в размытом изображении, словно в мареве, увидел, что рядом с ним на полу сидит молодой солдат, светит на него факелом и плачет. Сознание возвращалось медленно — Милош не понимал, где он находится и что здесь делает.

— «Кто ты?», — спросил он помощника.

— «Я солдат, мой командир, вы знаете меня, Григор — мое имя, — нас, верно, ищут по всему замку, надо выбираться отсюда».

Милош начал вспоминать, постепенно в его голове восстановилась вся череда происшествий, вплоть до того сладкого объятия... Несмотря на слабость, он ощутил горячую волну, пробежавшую по всему телу, при мысли о том прикосновении. Милош приподнял голову, намереваясь встать на ноги — страшно засаднила шея, боль отдавалась в голову, в плечо и даже в руку. Преодолевая неприятные ощущения, он все же сел, а потом и поднялся во весь рост и чуть не упал — Григор поддержал его. Подождав, пока сильное головокружение пройдет, Милош забрал из рук солдата факел и посветил в каменный гроб — он был пуст.

— «Что здесь произошло, Григор, почему я упал?».

— «Он укусил вас, мой командир!».

— «О чем ты говоришь, солдат?».

— «Я все видел, мертвый Дракула обнял вас, а потом присосался к вашей шее».

Милош поднес руку и прикоснулся к тому месту, которое сильно болело и пекло. Кожа на шее было горячей.

— «Посмотри, что у меня там такое», — приказал он солдату.

Григор подошел поближе, поднес факел и стал внимательно рассматривать место под левым ухом главного стражника. Потом сокрушенно поцокал языком и со вздохом сказал: