Перстень Агируса
Шрифт:
Я огляделась. Мы стояли на меленьком, ажурном мостике, который дугой перекинулся через прозрачный ручей, быстро текущий по камням. На берегах его густо росли высокие папоротники, чуть ли не с меня ростом! Вдалеке ручей впадал в озеро, то самое, с беседкой на берегу. Высокие деревья устремлялись в небо, чтобы обхватить их толстые стволы понадобилось бы три человека. По другую сторону мостика виднелась дорожка, петляющая между деревьями и ведущая к какому-то каменному сооружению. Туда мы и направились.
— Это природный грот, но, как видишь, здесь поработал и
Грот представлял собой три массивные каменные колонны, расположенные в углах правильного треугольника, на которые опирался каменный свод. Все сооружение было грубо вытесано из одной небольшой скалы. Оно выглядело вполне естественным, на его рукотворность указывало лишь абсолютно правильное расположение колонн, равноудаленных друг от друга, что редко встречается в природе.
— Это и есть мое тайное место, — с улыбкой проговорил Марк.
А я продолжала рассматривать чудесный грот, потеряв дар речи от восхищения. В центре, между колоннами, располагался маленький круглый бассейн. Он был диаметром футов пять, вода в нем отличалась прозрачностью и голубым цветом. Посредине бассейна стояла скульптура, вытесанная из того же камня, что и грот и изображавшая обнаженную женщину, прижимающую к себе кувшин. Из каменного кувшина струей вытекала вода и устремлялась в бассейн. Поза женщины была спокойной и грациозной, как у скульптур античных мастеров. Между колоннами стояли три каменные скамьи. На одну из них мы сели, вблизи наших ног плескалась вода, потревоженная струей из кувшина.
— Это настоящий родник, — пояснил Марк, — он бил из большого камня. Скульптор удалил все лишнее и вытесал эту женщину. Я часто прихожу сюда подумать. Когда меня одолевают проблемы и надо принять решение, я сажусь на эту скамью и смотрю на текущую воду.
— Как здесь красиво!, — сказала я.
Марк встал и протянул мне руку, я подала ему ладонь и он привлек меня к себе. В тот же миг я оказалась в объятиях парня, его руки крепко обвили мою талию. Не успела я опомниться, как поняла, что целуюсь с Марком, распаляясь все больше и больше! В животе возникла невесомость, в голове тоже, а горячие толчки указывали на то, что сердце мое билось с сумасшедшей силой. Я почувствовала его ладонь на своей груди и услышала странный звук, не поняв сразу, что у меня вырвался короткий, тихий стон!
— «Я все-таки очень несдержана...», — мелькнула мысль в глубине сознания и тут же исчезла, мое тело тянулось к Марку и он, не в силах сдерживаться, повлек меня на траву возле грота. Теперь мы целовались лежа. Марк, потеряв голову, начал расстегивать мою блузку...
В этот момент послышался голос Рэйчел Слейтер. Я не расслышала, что именно она прокричала, но Марк поднялся, подхватил меня, как пушинку, и поставил на ноги.
— Рэйчел зовет всех на ланч, — сказал он, немного задыхаясь, пойдем, любимая.
Я была в недоумении. Марк будто обрадовался тому, что нам помешали. И хоть я не планировала позволить парню дойти до конца в его ласках (надеюсь, что мне бы это удалось...), было обидно, что это не я, а он всякий раз прерывает
***
Домой мы с друзьями вернулись уже под вечер. На пороге дома нас встретила Персона. Огромная собака вертелась вокруг Эмили, Дика и меня, я внимательно наблюдала за ней, но она вела себя так же, как всегда при встрече. Дик спросил:
— Энни, а сколько же лет теперь сможет прожить Персона? Профессор оживил ее, когда она уже полчаса была мертва. Надо бы спросить мистера Мейсена, что именно он ввел собаке — средство викария или что-то другое?
— Да, это стоит узнать, — согласились я, взяла телефон, вышла в холл и набрала номер Марка. Мне ответил знакомый красивый голос и я сразу же перешла к делу:
— Привет, Марк, скажи пожалуйста, какое вещество твой дядя ввел Персоне, когда оживил ее?
— Этот состав мы называем «Спиритус». Он представляет собой продукт долгих экспериментов и включает средство викария. Мы применяем его для оживления недавно умерших. В этом состоит его отличие от средства «Элонгавита», которое исцеляет живых. И «Спиритус», и «Элонгавита» многократно продлевают жизнь.
— И сколько же лет теперь сможет прожить Персона?
— Я не могу сказать точно, но очень долго, не одну сотню лет.
— Вот это да!, — только и могла сказать я в ответ.
— Когда мы увидимся?, — спросил Марк.
— Когда хочешь, — ответила я.
— Я хочу прямо сейчас, уже успел соскучиться, — засмеялся парень.
— Отлично, мы как раз хотим разобрать бумаги мисс Тэтчер, ты можешь присоединиться.
— Окей, через двадцать минут я буду в Грейхолле.
Голос Марка все еще звучал в моем сознании, хотя разговор был закончен. Я стояла в холле и думала о чувствах, которые я испытываю к своему двухсотвосьмидесятилетнему молодому человеку.
— «Я влюблена», — констатировала я почему-то вслух и тут же с опаской огляделась, к счастью, никто не слышал мое признание.
Дело совсем не в красоте Марка. Что же есть в нем? Весь его гордый облик и движения тела полны гармонии. Суровое спокойствие Марка опирается на разум, силу и мужество. Магнетизм его строгого взгляда лишает меня контроля над собой. Всего этого и без красоты было бы достаточно, чтобы девушки влюблялись в Марка без памяти. Но вдобавок он еще и красив, и благороден, и аристократичен, и добр....
Я уверена, что нравлюсь ему, тем не менее, существует барьер, который Марк водрузил между нами. Когда его чувства ко мне прорываются сквозь этот барьер, парень прилагает усилия к тому, чтобы мы не сближались и восстанавливает преграду, отделяющую нас друг от друга.
Появление Эмили прервало мои размышления.
— Я пойду готовить ужин, чего бы тебе хотелось?, — спросила меня подруга.
— Мне все равно, Эми, давай я помогу тебе. У меня есть двадцать минут до приезда Марка.
— Он приедет?!, — девушка удивленно округлила глаза, — вы же всего час назад расстались.