Первая исповедница

Гудкайнд Терри

Если при моем назначении и нашем бракосочетании ты сыграешь свою роль доброжелательно, с улыбками, твои друзья никогда не узнают, до чего близки они были к ужасным страданиям. Их жизнь в твоих руках. Если ты сдержишь слово, их ждут не муки, а радость оттого, что у нового Первого волшебника новая жена.

Магда кивнула.

– При условии, что и вы сдержите слово.

– Я? Дорогая, я не даю никаких обещаний. Играй свою роль, делай, что велят, и если я увижу, что ты искренна, то пощажу Тилли и всех остальных твоих друзей. Заверяю тебя также, что если ты все

сделаешь правильно и все поверят в твою искренность, то я приду в хорошее расположение духа и буду гораздо больше интересоваться удовольствием, которое могу доставить тебе в брачную ночь, чем причинением тебе вреда. Понимаем ли мы друг друга?

Магда снова сдержала ярость.

– Да.

– Хорошо. – Лотейн улыбнулся. – Хорошо. – Он повернулся и погладил Тилли по щеке. – Она ведь хороший человек, верно?

Тилли – по ее щекам от боли и ужаса текли слезы – кивнула. Магда сомневалась, что Тилли сознает, с чем именно соглашается.

– Не волнуйся, Тилли, – сказала Магда. – Я сделаю все, что нужно, чтобы спасти тебя.

Тилли плакала, закрыв глаза. Магда сумела разобрать невнятные слова благодарности.

Лотейн приподнял голову Магды за подбородок.

– Знаешь, я собирался убить тебя за все те неприятные хлопоты, которые ты доставила, но потом вдруг понял, что гораздо лучше будет низвергнуть тебя, свести на нет все причиненное мне зло. Значительно более остроумное решение, с какой стороны ни посмотри, а? Ты должна жить и все видеть: мертвая ты бы даже не подозревала о моем торжестве.

– Лучше отпустите ее. После этого я сделаю все, что вы хотите.

Лотейн усмехнулся.

– Меня не заботит эта ничтожная женщина. Для меня она пустое место. Мне незачем убивать ее. Все, что с ней происходит, зависит только от тебя.

– Я же говорю, что сделаю все, как вы скажете.

– Конечно, сделаешь. Верю. – Лотейн чуть отклонился назад, окидывая ее оценивающим взглядом. – Ты до того беспомощна, что способна пожертвовать собой ради чужого спасения. Глупо ставить жизнь человека так высоко.

Тебе недостает мужества, чтобы участвовать в столь серьезных противостояниях.

Именно поэтому ты никто.

Он жестом подозвал гвардейца.

– Отведите ее в ее покои, чтобы там ей сшили платье невесты. Всю ночь у дверей покоев должна стоять стража. Никто не должен входить или выходить, кроме швей.

Гвардейцы козырнули и рывком подняли Магду.

Она слышала за спиной плач Тилли.

Коридоры, по которым ее тащили, были пусты. Внутреннюю гвардию, очевидно, распустили, заменив личной армией Обвинителя. Стук каблуков мужских сапог эхом разносился по коридорам. Цитадель уже подверглась разлагающему влиянию надвигающегося правления Лотейна. Его влияние, его власть заражали всех и вся.

Пока гвардейцы тащили ее по коридору, Магду в пучинах отчаяния посетило озарение, и все сразу стало предельно ясно.

Магда поняла, как поступить.

Ясно, как никогда, Магда поняла, что ей делать.

Глава 81

– Вы уверены, госпожа? – Швея указала на другие

предлагаемые варианты. – Не хотите что-нибудь более эффектное? В конце концов, это знаменательное событие, важнейший момент в вашей жизни, соберется очень много народу. Не лучше ли что-нибудь более роскошное?

Магда улыбнулась ей с уверенностью, озадачившей женщину.

– Благодарю вас, но мне кажется, что мой выбор достаточно эффектен. Слои кружев, вышивки и бисера – не обязательно улучшение. Сила в простоте.

Лицо женщины казалось гобеленом, сотканным из беспокойства.

– Как скажете, госпожа.

– Да, скажу так. – Магда, стремившаяся к важной цели, сделала над собой усилие, чтобы ее слова прозвучали дружелюбно. – Пожалуйста, сделайте именно так, как я прошу.

Швея неохотно кивнула.

– Да, госпожа.

Было ясно, что женщины опасались по меньшей мере обвинений в том, что созданное ими многослойное великолепие не достойно восхищения.

– И не нужно ни о чем тревожиться, – сказала Магда женщинам, наблюдавшим за ней. – Я всем скажу, что сама выбрала такое платье и это только мой выбор.

Она сразу заметила, что это разрядило атмосферу в комнате.

Пока ее волокли обратно в ее покои, Магде удалось справиться со своими чувствами, заставив себя отложить возмущение и ужас на потом. Она знала: надо все продумать четко и не торопясь. Если она поддастся панике или, того хуже, опустит руки, то ничего не получится.

Магда не питала никаких иллюзий касательно склонности Лотейна к жестокости, поэтому, хотя и тревожилась за Тилли, знала, что пока сделала все возможное, чтобы дать Тилли больше шансов. Но не собиралась ограничиваться этим.

Когда в ее голове созрел план, она почувствовала невозмутимость и прониклась решительностью. Она знала, что теперь делать.

– Так какой материал, госпожа Сирус? – спросила швея.

На двух диванах были разложены десятки рулонов ткани. Материи с красивыми узорами, материи самых разных цветов и экзотических оттенков; кроме того, великое разнообразие всевозможных кружев.

Но Магда сразу же нашла, какая ткань ей подходит.

Из всего многообразия ее заинтересовал только один материал. Другого она не хотела.

Магда указала на простой шелк.

– Этот.

Женщина подняла на нее взгляд. Ее лицо опять отразило беспокойство.

– Вы уверены, госпожа? Магистр Лотейн, кажется, не одобрял белое.

– Не сомневаюсь, что он имел в виду ярко-белый. Эта ткань не белоснежная. Уверена, он имел в виду, что не хочет видеть на мне вопиюще белый, только и всего.

К тому же, наденет это платье вовсе не мой будущий муж. Его надену я. Это будет день моего торжества. Я хочу выглядеть как можно лучше. – Магда тепло улыбнулась, пытаясь дать понять, что им ее не отговорить. – Мне кажется, что вот эта ткань грязно-белого оттенка прекрасно подходит для нашей цели, вы согласны? Мне нравится, как она лоснится. Это самый элегантный из всех представленных здесь материалов. С ним ничто не сравнится. Он превосходен. Мне нравится. Она идеально подходит для задачи.