«Первый». Том 7
Шрифт:
Стемнело совсем и быстро, Наташа со Светланой держали факел вечного огня по очереди. Поесть нужно было всем, но главным образом все умилялись, глядя на то, с каким аппетитом Лика расправляется со своей долей в общем ужине. Но та, как и все дети была не только голодна, но и любопытна:
— Тетя, а вы нимфа или русалка?
Анастасия раньше в школе всегда любила такие вопросы больше, чем любые другие. Шанс ответить правильно был сравнительно высок. Но сейчас слегка растерялась, растерянно она посмотрела на Дашу. Не дождавшись помощи от неё, она перевела
Пришлось самой:
— Лика, лапочка, ты уже наелась?
Ребенок отрицательно помотал головой, но явно ждал ответа на свой вопрос. И зачем ей это? Какая, кстати, разница между русалками и нимфами? Если русские сказки Стаська еще частично помнила, то с греческой мифологией не дружила совсем.
— Знаешь, малышка, каждая девушка в душе немного русалка. Затянуть мужика в омут любви. .
— Стаська, что ты несешь? Девочке лет десять, а то и девять.
— Доченьке девять, Великая Царица. Если велишь, то я прикажу ей молчать.
— Вот еще. Ребенок же. Пусть общается свободно. Но вообще-то пора подумать о сне. Стаська, ты первая. Наташа — ты тоже. Света, ты посиди, то есть лежи тут и неси вахту. Твой огонь под водой не гаснет?
— Не знаю, не пробовала, но это не сложно. Я сейчас.
Света опустила факел в воду рядом с Зебой.
— Не гаснет, но когда я его в сумку убираю, он уже не светит.
— Интересная вещь, а он греет? Если да, то почему мы от него не грелись в тот шторм у черного острова?
— Светлые боги. Великая Царица, ты вела бой с Тьмой у Черного острова? Ты победила? Конечно победила. Теперь в этих водах можно будет спокойно проводить корабли, а то из-за него приличный крюк все делали в маршруте от Семи островов к Дальнему.
— С этим надо что-то делать. — Даша не нашлась, что ответить Агафье, та твердо уверовала во встречу с Царицей, возможно, она так этого хотела, в те дни, что сидела на атолле смерти со своей малышкой, так молила о спасении хотя бы ребенка, что сейчас это все выливалось в фанатичную веру.
— Спорить с фанатиками опасно — решила Даша.
––—––—––—
Я вышла из игры и пошла на кухню, на ночь глядя кофе пить не хочется. То есть очень хочется, но не стоит. Потом не заснуть будет. Чаю и чего-нибудь. Творожок?
Звонок в дверь заставил вздрогнуть. Это еще что? Почти ночь на дворе.
Подошла к двери и попыталась посмотреть в глазок. В дверь стали стучать.
— Дашка. Открой. Царица морская. Открывай, а то я взорвусь.
В принципе это возможно, подсознательно я этого от нее всю жизнь жду. С такими мыслями я открыла дверь.
— Блин. Кофе нальешь?
— С коньяком?
— А есть? Было бы в тему.
— Мне бы — то же. Но ночь уже и спать пора. Нужно на Зебу часов через шесть вернуться. Девочек подменить и за новенькими присматривать.
— Да пофиг. Заваривай и подливай. Такое дело нужно обсудить подробно. Как
— Ладно, давай. Кофе так кофе. Самой ужасно хочется, а выспимся как-нибудь, когда-нибудь потом, но обязательно. Давно ты под моими дверями звонишь?
— Год. Что ты там делала? Я думала, что ты сразу за мной спать ляжешь и выйдешь.
— Отдохнула немного на Зебе и мы с Кешей сплавали к кораблю. С факелом Светки я туда нырнула.
— Ну? Что замолчала? Рекламная пауза в самом интересном месте? Довести меня хочешь?
— Нет, это ты уже сама и лет десять назад. Ладно, не буду мучить. Там добра целая куча. Сундуки такие тяжеленные, что я их даже сдвинуть не смогла, тюки, ящики, бочки….
— Золото? — Глаза у Стаськи зажглись азартом и жаждой сокровищ.
— Я их открыть тоже не смогла, но не камни же там перевозят? В запертых, окованных сталью дубовых сундуках. Насчет дуба — это версия.
— А может, камни? Драгоценные. Алмазы, бриллианты, изумруды.
— Ладно, пусть будут бриллианты. Я не жадная. Мечтай хоть о мифриле с адамантом.
— Ух ты. Буду. Теперь мне это все будет до утра сниться.
— После моего кофе на ночь, тебе кошмары сниться будут. Суть для нас в том, что все это добро придется оставить на дне. Потом, быть может, получится вернуться и забрать.
— А ты все это рассказала нашим?
— Светке и Наташе? Нет. Наташа тоже вышла, а как говорить со Светой и вообще между нашими, в присутствии Лики и Агафьи, я еще не придумала.
— А что тут думать? Просто забудем про реал, ведь для того мы в игру эту и играем. Ты лучше расскажи, как ты Царицей стала?
— Похожа я на нее.
— С каких дров? А я не похожа? Ну почему все мимо меня?
— Да что все? Ты о чем? Это всё ведь сейчас для меня один геморрой. Какие бонусы в том, что Агафья эта приняла меня за кого-то? Ее понять можно, она с ребенком на острове своей смерти ждала и боялась, что придется смотреть, как дочь умирает. У нее от этого глюки могут быть. От того, что ей это сходство крышу снесло, я ведь не изменилась. Я все та же Даша, ты в детском саду мой компот выпила.
— Не помню. Не было этого. А что у тебя в голосе такое появилось? Как вякнешь, так сразу мороз по коже и хочется побыстрее выполнить повеления.
— Ты это серьезно? Ну, да я немного устала, кроме того, ситуация стала жутко сложной. Голову можно сломать. Голос? Я и сама что-то почувствовала. Деда иногда так со мной говорил. Скажет, как припечатает и деваться некуда. Гены. Не те два урода, с которыми ты меня знакомила пару лет назад, а наследственность.
Но это ладно, разберемся, а вот что в игре делать? Ведь как-то нужно и между собой поговорить и не исключать Лику с матерью. Я не могу придумать, как нам вместе на крошечной Зебе общаться. Как Агафью убедить в том, что она обозналась? Как с Ликой быть? Что на ее бесконечные вопросы отвечать?